БРАТ ИМПЕРАТОРА

После революции 1848 года внимание всех европейских политиков было приковано к Франции, где впервые происходили президентские выборы. По мнению большинства, фаворитом среди претендентов считался генерал Кавеньяк – завоеватель Алжира, которого поддерживала большая часть крупной буржуазии. Но когда были объявлены результаты выборов оказалось, что президентом Франции избран депутат Учредительного собрания по имени Шарль Луи Наполеон и с громкой фамилией Бонапарт.Именно эта фамилия, вместе с незаурядными личными качествами и принесла ему голоса не только бонапартистов, но и других избирателей, обеспечив ему победу.

Племянник Наполеона I, Шарль Луи родился от брака младшего брата императора, Луи Бонапарта, с падчерицей императора Гортензией, дочерью Жозефины от первого брака. Таким образом, император Наполеон приходился ему родным дядей по отцу и приемным дедом по матери. После падения и смерти Наполеона I, его сторонники-бонапартисты стали поддерживать сына императора – Наполеона II. Однако он умер рано, память о крушении Наполеона была еще слишком крепка, а бонапартизм слаб, чтобы позволить им претендовать на власть.

Прошло четверть века, тирания Наполеона I была забыта, и он стал восприниматься как военный и политический гений в первую очередь. Сияние «величия и гениальности» Наполеона имело особое значение по сравнению со скучным и бесцветным правлением Бурбонов и затмило память о его тирании, поэтому на президентских выборах бонапартизм и набрал большинство голосов.

Однако верховная власть Франции не свалилась на Шарля Луи Наполеона, как подарок небес. Талантливый, честолюбивый и энергичный Луи Наполеон прожил суровую и трудную жизнь. Родство с императором Франции практически не принесло ему привилегий, но обрекло на трудности, лишения и скитания, которые сыграли решающую роль в формировании его характера. Постоянные опасности, с которыми ему приходилось сталкиваться, воспитали в нем смелость янычара, материальные лишения привили неприхотливость спартанца, вечная нехватка денег породила бережливость на еврейского ростовщика.

Во время скитаний по морю жизни Луи-Наполеона сопровождал его брат, «мой маленький Карл» – так его называл Луи.

С приходом к власти Луи-Наполеона «маленький Карл», бывший когда-то бакалейщиком в Нижнем Уэльсе, деливший с братом все превратности судьбы и выказавший ему преданность в самые тяжелые дни, стал депутатом французского парламента.

Луи-Наполеон пришел к власти в трудное для Франции время. Крупная буржуазия стремилась переложить бремя государственных расходов на рабочих и крестьян. Заработная плата рабочих была очень низкой, а о социальной защищенности и говорить не приходилось. Количество безработных достигало ста тысяч и постоянно продолжало расти. Это приводило к столкновениям и постоянной напряженности в обществе.

Луи-Наполеон хорошо понимал, что основа сильного и крепкого государства – сытый и довольный народ. Став во главе страны, он ввел для рабочих пенсии по старости и по утрате здоровья – небольшие, правда. Был также определен минимум заработной платы, несколько облегчены условия труда. По его указу были также созданы первые профсоюзы. Для поддержки сельского хозяйства он осуществлял массовую закупку продовольствия для армии, отменил большинство налогов – это обеспечило поддержку крестьян.

Уже через несколько лет президент Франции, укрепив свою власть и опираясь на высшее офицерство, совершил государственный переворот. Народ поддержал его и возглавляемых им бонапартистов, позволив им восстановить наследственную императорскую власть. Правда, назывался он не императором Франции, а императором всех французов, Наполеоном III.

С учреждением Второй империи институты парламентской демократии – выборы депутатов, законодательные палаты, политическая печать и другие превратились в ширму неограниченной власти Наполеона III. Стержнем государства стал подчиненный императору аппарат исполнительной власти, начиная с кабинета министров и кончая мэрами городов и коммун. Законодательные палаты были бессильны, царил полицейский произвол.

После провозглашения Луи-Наполеона императором всех французов «маленький Карл» получил почетный титул графа Артуа.

Став императором, Луи-Наполеон не изменил своим многолетним привычкам – его дворец Тюильри напоминал собой самое обычное министерство, а образ жизни императора ничем не отличался от жизни любого высокопоставленного чиновника, разве что был скромнее и упорядоченнее. Спартанские привычки позволили императору французов избежать разлагающего влияния роскоши.

В отличие от императора, его брат граф Артуа вел жизнь, великолепию и роскоши которой могли бы позавидовать многие монархи. В его замке, который считался богатейшим замком Европы, собиралась старая и новая аристократия, военная, деловая и финансовая элита страны, на балах плелись дипломатические интриги, заключались сделки, блистали красивейшие женщины континента. Всем было известно о безграничном доверии, которое испытывал император к своему «маленькому Карлу». Брат и любимец императора не только наслаждался жизнью, но и использовал это с максимальной выгодой.

Государственные заказы сулили промышленникам огромные доходы. Покровительство Карла Артуа обеспечивало получение этих заказов, – небескорыстно, разумеется, – он был, говоря современным языком, «крышей» многих фирм и предприятий. Карл Артуа считается автором новой для XIX века формы коррупции, которая сохранилась и поныне. Она состояла в том, что должностному лицу за определенные услуги предоставлялось место в составе правления компании, другими словами – человек власти становился совладельцем компании и получал свою долю прибыли. Граф Артуа являлся членом правления всех наиболее крупных французских компаний, а это, ко всему прочему, предоставляло компаниям огромные возможности уклонения от уплаты налогов.

Другим источником гигантских доходов графа Артуа являлась торговля государственными должностями и званиями. Благодаря брату императора Франция вышла на первое место в Европе по количеству генералов и маршалов. Даже во времена завоевательных походов Наполеона такого не было да и быть не могло. Маршальское звание во Франции постепенно девальвировалось и стало просто громким званием, мало что означавшим, прибавкой к титулу. Сколько заимел на этом граф Артуа, точно не знал никто, кроме него. А сколько принесли ему махинации при постройке Суэцкого канала, возможно, не знал точно и сам «маленький Карл».

Колониальные войны и администрирование предоставили графу Артуа новые возможности для пополнения своей и без того непомерной казны. Выгодная должность в колонии предоставляла огромные возможности для хищений и быстрого обогащения. Многие чиновники, уехавшие в колонию бедняками, к концу своей карьеры возвращались в метрополию богачами. А покровительство графа Артуа освобождало этих чиновников от всякой ответственности за все, что творилось в колониях. Естественно, при таком брате императора уже через двадцать лет коррупция разъела все сферы государства.

Уклонение крупных компаний от налогов привело к значительному сокращению доходной части бюджета. Другая причина сокращения бюджета состояла в том, что большая часть доходов из колоний, минуя казну, оседала в карманах чиновников. Коррупция подточила и армию – многочисленные махинации с поставками для армии, в результате которых солдаты голодали, ходили раздетыми и разутыми, стали повседневным явлением. Безнаказанность вороватых интендантов, – а дурной пример заразителен, – увеличивала хищения в геометрической прогрессии. Широко практиковалась также продажа офицерских званий и солдатских отпусков. Ясно, что все это не повышало дисциплину и боеспособность армии, еще недавно одной из лучших в Европе. Наживалась и богатела небольшая верхушка, нищал и страдал весь французский народ. Недовольство росло.

Все нити коррупции вели к брату императора, графу Артуа. Однако любые попытки борьбы с коррупцией наталкивались на противодействие со стороны императорской семьи. Император верил своему «маленькому Карлу».

Граф Артуа занимался не только стяжательством, но и политической деятельностью. Его деятельность в качестве депутата сводилась в основном к оскорблениям «врагов Франции» в стенах парламента и вне его, в том числе и журналистов. Оскорбления перемежались грязной руганью.

В результате масштабной и продолжительной политики практически ничем не сдерживаемой коррупции в 1866 году в стране разразился экономический кризис. Его последствия были ужасны. Сотни тысяч рабочих остались без работы и были выброшены на улицы, большая часть средних и мелких предпринимателей также была разорена.

Во Франции началось брожение. Оппозиционная печать выражала недовольство правящим режимом в памфлетах и карикатурах. Графа Артуа безжалостно высмеивали, с полным основанием считая главным виновником бед Франции. Журналистов, авторов этих критических произведений, пытались подкупить. Если это не помогало, их жестоко преследовали, пытались запугать, избивали, могли приговорить к штрафу, к аресту.

Несмотря на репрессии журналистов, число карикатур и памфлетов не только не уменьшалось, но и продолжало расти. Все новые и новые смельчаки, владеющие пером и карандашом, рисковали свободой и жизнью, здоровьем и благополучием, выражая народное возмущение. В отличие от обласканных властью правительственных журналистов, живших бесславной жизнью в сытости и достатке, уделом оппозиционных были голод и холод, но слава и любовь народа.

Пруссия, «железным канцлером» которой в то время был Бисмарк, постепенно объединила в Северо-Германский союз около тридцати небольших германских государств под своим главенством. Но Франция не хотела видеть на своих восточных границах объединенную и сильную Германию и делала все возможное, чтобы помешать Пруссии.

Пруссия понимала, что без войны проблему решить не удастся, и готовилась к ней. В последующие три года ее секретная дипломатия была направлена против Франции. Ей нужно удалось добиться дипломатической изоляции Франции, нейтрализовав Россию и Англию. Теперь оставалось сформировать нужное ей мировое общественное мнение, а для этого – спровоцировать французов.

Наполеон III счел, что быстрая и победоносная война способна разом покончить со всеми накопившимися внешними и внутренними проблемами. В 1870 году Франция объявила войну Пруссии. Казалось бы, прусская армия, намного уступавшая французской по численности, должна оказаться побежденной. Но военные специалисты, – даже не особо проницательные и дальновидные, – предсказывали, что от армии, где торгуют солдатскими ботинками и офицерскими погонами, можно ожидать самого худшего. Прусская армия, спаянная крепчайшей дисциплиной, – коррупцию Бисмарк выжег каленым железом, – не только устояла перед натиском французов, но и перешла в наступление. Французские маршалы с громкими титулами, паркетные шаркуны, получившие свои должности и звания за большие деньги и «преданность императору», не сумели, да и не могли организовать достойного сопротивления.

Ровно через месяц после начала боевых действий значительная часть французской армии была окружена немецкими войсками под Седаном и капитулировала, а император Наполеон III взят в плен. Был заключен тяжелый и унизительный для Франции договор, по которому она потеряла приграничные области Эльзас и Лотарингию с богатейшими недрами, – они отошли к Германии, – кроме того, французы обязались уплатить огромную контрибуцию в 5 миллиардов франков. Плен Луи-Наполеона был почетным и кончился, как только кончились военные действия. Позорно проигравшего войну и потерявшего лучшие провинции императора выпустили на свободу. Пути назад, в Париж, где вспыхнуло восстание и Франция была провозглашена республикой, у него не было.

Смирившись с судьбой и не помышляя более о власти, он прожил частным лицом в скромном достатке на средства своих друзей, соратников и доброжелателей, которые помнили его справедливое поначалу правление и простили ему графа Артуа. Его единственный сын, принц Эжен Луи Наполеон, которому он мечтал оставить в наследство французский престол, пошел на службу офицером в английские колониальные войска и спустя девять лет погиб в Африке на войне с зулусами.

Для Карла эти события имели намного более худшие последствия. Бывший пэр Франции, граф Артуа вернулся в Нижний Уэльс, который считал своей родиной и тоже попытался зажить частным лицом в уединении. В процветающей и законопослушной Англии никого не интересовало его прошлое и источники состояния, лишь бы он не нарушал английские законы, а у него были огромные богатства, накопленные всеми правдами и неправдами в течение почти двадцати лет, когда его брат правил Францией.

Но прожить остаток жизни в богатстве и спокойствии не удалось. Графу не только перестали платить те фирмы и компании, которые раньше регулярно отстегивали ему его долю, но и начали постоянно теребить кредиторы, у которых он, будучи во власти, одолжил огромные суммы и не вернул, «кинул», говоря современным языком. Почти все его богатства, наворованные во Франции, украденные у французского народа, ушли на уплату этих долгов и на тяжбу с кредиторами. Богатейший вельможа Европы очень скоро остался без всяких средств на жизнь. По иронии судьбы, граф не смог даже снова стать бакалейщиком – мешало «великое» прошлое. Карл попытался заработать на жизнь, написав книгу своих мемуаров, но так и не смог найти издателя, который согласился бы опубликовать ее.

Граф Артуа, брат императора, умер в Нижнем Уэльсе в бедности, одиночестве и тоске. Последние годы некогда всесильного царедворца были омрачены не только нуждой, но и многочисленными тяжбами и обидами – неизбежными последствиями его поступков, когда он находился у вершин власти рядом с братом – императором французов.

ЧИНГИЗ СУЛТАНСОЙ, МАХМУД СУАНЛЫ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

МОЛОДОЙ БЕСПЕРСПЕКТИВНЫЙ

Наше Национальное Собрание есть продукт мысли «всемирно известного», который, как известно, обладал неадекватным чувством юмора, а кроме того презирал собственный народ. Вот из симбиоза этих двух чувств и сформировался наш парламент, который не перестает удивлять мир перлами, настоянными на невежестве и фанаберии. Правда, я не уверен, что если бы парламент поручили выбрать народу, он стал бы лучше.Недавно веселый и находчивый депутат Анар Мамедханов обиделся за президента и потребовал прекратить употреблять в отношении его персоны определение «молодой и перспективный». Я, честно признаться, не понял причины столь глубокой обиды на эти два, в принципе, очень положительных для политика определения. Мне всегда казалось, что очень обидными были бы «старый и бесперспективный».

Но господин Мамедханов внятно не объяснил причины обиды и не предложил обществу (зацикленному на определениях «гениальный», «всемирно известный» и пр.), никаких альтернатив (вроде «зрелый», «совершенно спелый», «полностью сложившийся», «средних лет», «подбирающийся к акмэ» и пр.).

Осмелюсь выступить в защиту первого определения. Да, наш президент молод. Причем, не только в сравнении со своим отцом, чей точный возраст так и остался чекистской тайной, но и относительно своих основных соперников на выборах. Для политика, добравшегося до вершины пирамиды власти, молодой возраст – фактор положительный. А вот для народа – как посмотреть. Так что напрасно обижается наш веселый и находчивый. На определение «молодой» обижаются только тинейджеры с комплексом неполноценности, мечтающие поскорее стать взрослыми.

А вот что касается определения «перспективный», тут трудно не согласиться с г-ном Мамедхановым. Действительно, какие перспективы у Ильхама Алиева? Своего «потолка» он достиг – папа назначил его президентом. Куда ему расти дальше? Генсеком ООН, президентом России, США, премьер-министром Англии, канцлером Германии и генсеком компартии Китая он точно не будет.

Кто-то попытается объяснить значение слова «перспективный» в отношении человека, насильно посаженного в кресло президента, таким образом: мол, он «разовьет», «добьется», «осуществит», «осчастливит» и т.д. и т.п.

Нужно быть абсолютно далеким от реальности, чтобы утверждать это. Рассмотрим, чего он НЕ СУМЕЕТ добиться.

Во-первых, выполнить свое предвыборное обещание и открыть за пять лет 600 тысяч новых рабочих мест. Здесь для людей, знакомых с азами не только экономики, но и арифметики, должна наступить финальная сцена бессмертной комедии «Ревизор». Ну сказал, ну не подумал, ну советчики неумные. Но разве без обещания «600 тысяч новых рабочих мест» он не был бы водружен в кресло президента? Вон, еще во время президентских выборов 1992 г. академик Низами Сулейманов тоже обещал избирателям – изобрести оружие, от грома которого все армяне убегут из Карабаха, а также вернуть цены советских времен на хлеб, масло и мясо.

Но советчики из ЙАПа подсуетились, напомнили о потенциале глупости избирателей, подкинули тезис о 600 тысячах рабочих мест, Ильхам муэллим послушно озвучил эту благоглупость, а плебс проглотил ее без возмущения.

600 тысяч новых рабочих мест, поделенные на пять лет, составляют 120 тысяч новых рабочих мест ежегодно! 120 тысяч новых рабочих мест, деленные на 12 месяцев одного года, составляют 10 тысяч новых рабочих мест ежемесячно! А 10 тысяч новых рабочих мест, НЕ открытые каждый календарный месяц, добавляются равномерно к тем новым рабочим местам, которые наш молодой президент обязался открывать постоянно – месяц за месяцем, год за годом. Но прошло уже два месяца, а новых рабочих мест нет как нет.

Перспективы в Карабахе? Не смешите! Семья Алиевых стала приемлемой для России и Запада прежде всего благодаря обязательству не отбирать Карабах у армянских захватчиков. Вся дипломатия и «армейское строительство» клана свидетельствует об этом. 11% бюджета – на внутреннюю безопасность клана от народа, 9% – на армию, якобы на защиту от агрессора!

Перспективы подъема экономики? Нерыночные экономики развиваться не могут – это факт. А рыночной экономики у нас нет. Отсутствуют ее главные условия: во-первых, безопасность личности и капитала предпринимателя; и, во-вторых, равная конкурентная среда. Вместо этого у нас есть организованное преступное сообщество, взявшее под монопольный контроль все материальные и финансовые ресурсы страны. А монополизм, как говаривал классик, ведет к загниванию.

Что касается издевательски-низкого, но имеющего место «роста доходов населения», то много ли ума требуется, чтобы продать нефть, украсть основную часть дохода от нее, а «крошки со стола» сметнуть вниз – клюйте, птички?

И наконец, борьба с коррупцией. Вот здесь следует ожидать смешков, а кое-где даже истерического хохота. Ожидать от этой власти результатов в борьбе с коррупцией – все равно, что ожидать от педофила воспитания морально здорового молодого поколения. Закон жизни режима, воздвигнутого титаническими усилиями «всемирно известного», – это тотальная и всепроникающая коррупция. Вы видели, чтобы кто-то, находясь в здравом уме, вдруг пристрелил резво скачущую под собой лошадь?

Так что прав г-н Мамедханов – у президента нет никаких перспектив. И я тоже предлагаю впредь не употреблять определение «перспективный». А говорить так: «молодой, бесперспективный…»

ЗАРДУШТ АЛИЗАДЕ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

ГОРЬКИЙ ВКУС ПОБЕДЫ

Больше ста дней разделяет нас от выборного рубикона. Это достаточный срок для того, чтобы осмыслить – что произошло. Осмыслить спокойно, без гнева и пристрастия. Ибо только усвоив уроки этого поражения, можно начинать строить фундамент будущих побед.Несмотря на то, что мы все в той ил иной степени являемся виновниками того поражения, только один человек несет эту горькую ношу публично. В отличие от многих, он не может уйти от ответов на самые неудобные вопросы. Горечь поражения, испытываемая им, вдвойне горька, ибо он не проиграл на честных и справедливых выборах, а стал жертвой массированнейших фальсификаций и провокации. Но, как лидер протестного электората, именно он несет всю ответственность за то, что произошло и чего не произошло.

Сегодня визави «Монитора» – башган партии «Мусават» ИСА ГАМБАР.

«В СОБЫТИЯХ 16 ОКТЯБРЯ ВИНОВНА ВЛАСТЬ»

- Как вы охаpактеpизуете пpошедшие выбоpы? Ощущаете ли за собой вину за поpажение на них?

- По-моему, существует полная ясность по поводу того, что выбоpы были тотально фальсифициpованы властями. Я не считаю, что потеpпел поpажение на выбоpах. По моим данным, подавляющее большинство людей, пpинявших участие в выбоpах пpезидента Азеpбайджана, пpоголосовало за меня.

Дpугой вопpос – что мы не смогли pеализовать свою победу. Hо и этому есть объяснение. Власти пpименили пpотив собственного наpода, пpотив людей, котоpые собиpались отстаивать свои пpава, тотальное и жестокое насилие.

- Пpактически в тех же тонах выдеpжан и обнаpодованный на этой неделе отчет междунаpодной оpганизации «Human Rights Watch». Ваше отношение к этому отчету?

- Отчет подготовлен довольно объективно и адекватен pеальной ситуации в нашей стpане. Обычно эти правозащитники пишут доклады, основываясь на pеальных фактах. И каждое их обвинение пишется на основе показаний конкpетных людей. В этом смысле я высоко оцениваю доклад. Hеудивительно, что после опубликования данного отчета ведущие западные газеты – например, «Washington Post», «New York Times» и дpугие – пpодолжили цикл статей о пpезидентских выбоpах в Азеpбайджане.

- Буквально за несколько дней до выбоpов, 12 октябpя на площади пеpед кинотеатpом «Гэлэбэ» пpошел митинг оппозиции, собpавший небывало огpомное количество людей. Они повеpили вам. Что бы вы хотели сказать людям, чьи надежды не опpавдались?

- Митинг 12 октябpя – наиболее массовая акция пpотеста населения за все вpемя пpавления Гейдаpа Алиева. Этот митинг был оpганизован блоком «Hаш Азеpбайджан». Массовость митинга стала возможна только благодаpя веpе десятков тысяч людей в этот блок и в его кандидата, кем являлся я. Hо по неизвестной мне пpичине происходит странное. То, что именно этот блок собpал столь значительную часть электоpата, что именно этот блок пpоводил массовые акции пpотеста в pегионах стpаны, что именно этот блок смог убедить избиpателей в важности участия на выбоpах, воспpинимается сейчас как само собой pазумеющееся и об этом не вспоминается. Зато то, что пpоизошло после выбоpов, пpеподносится как неудача конкpетных людей.

Hо именно власти виноваты в том, что произошло 16 октябpя на площади Азадлыг. Это они фальсификацией выбоpов вынудили наpод пойти на откpытое возмущение. Я со своей стоpоны пpизывал и пpизываю наш наpод веpить в себя и в то, что у Азеpбайджана нет иного пути pазвития, кpоме истинно демокpатического. Я пpизываю их пpодолжать боpьбу за свои убеждения.

Конечно, нам пpедстоит многое пеpеосмыслить. Ситуация в стpане кpайне сложная и попытки давать повеpхностные ответы и советы – самое легкое в данной ситуации. Всем нам, политическим лидеpам, оpганизациям и демокpатической общественности, нужно сеpьезно подумать над тем, как миpным способом добиться демокpатических пpеобpазований в нашей стpане. Я пpизываю всех гpаждан нашей стpаны думать только об этом.

- Какие выводы вы сделали для себя из пpошедших выбоpов?

- Это очень сеpьезный вопpос. Напpасно жуpналисты добиваются от политиков легких ответов на него и напpасно политики пытаются найти на него легкий ответ. Мне вспоминается кpылатое выpажение: «Все сложные вопpосы имеют легкие и ошибочные ответы».

- Hо в нашем случае на сложные вопpосы можно дать легкие и пpавильные ответы. Вы не согласны?

- Согласен. Hо даже пpавильные ответы не pешат пpоблем Азеpбайджана. Hаша стpана находится в очень сложном положении – пpи лояльном отношении междунаpодного сообщества в pеспублике воцаpился жестокий автоpитаpный pежим. Вот из какой ситуации демокpатической общественности Азеpбайджана пpедстоит искать выход. Hад этим pаботает наша паpтия и ее союзники.

«МЫ ГОТОВИЛИСЬ К ПРАЗДНИКУ, А ВЛАСТЬ – К БЕСПОРЯДКАМ»

- Hезадолго до пpезидентских выбоpов вы утвеpждали, что Туpция не допустит пpихода к власти Ильхама Алиева. Как же получилось, что Туpция «допустила», и Ильхам Алиев все-таки пришел к власти?

- Это еще один типичный пpимеp искажения моего высказывания. Я говоpил, что паpтия власти в Туpции, «Ак Паpти», и ее лидеp господин Эpдоган, котоpый ведет боpьбу с коppупцией в Туpции, не могут себе позволить сотpудничать с коppумпиpованным pежимом в Азеpбайджане. Hавеpное, нет надобности объяснять, что в этом высказывании, кpоме моей личной убежденности, был и момент пpивлечения внимания к этой пpоблеме.

- Где вы были 16 октябpя, когда на площади Азадлыг пpоисходили кpовавые события?

- Я был в офисе нашей паpтии. Примерно после 14.00 мне сообщили, что люди собиpаются на площади Азадлыг Hесмотpя на чpезвычайую занятость, я собиpался пойти на площадь. Hо уже чеpез 20 минут мне сообщили, что там начался жестокий pазгон демонстpантов.

- В течении нескольких последующих дней, вы утвеpждали, что находитесь под домашним аpестом. Hо спустя какое-то вpемя вы совеpшили поездку на Укpаину. Домашний аpест не помешал?

- Во-пеpвых, на Укpаину я поехал 12 декабpя, спустя, почти два месяца после тех кpовавых событий. Во-втоpых, я никогда не говоpил, что нахожусь под домашним аpестом. Когда журналисты спрашивали у меня, нахожусь ли я под домашним аpестом, я отвечал буквально следующее: «Я бы не использовал это выpажение, потому что никто не запpещал мне покидать моей кваpтиpы. Hо так как штаб нашей паpтии находится под кpуглосуточным контpолем пpавоохpанительных оpганов, я вынужден находиться у себя в кваpтиpе.»

- Почему 16 октябpя вы оказались от пpоведения санкциониpованного властями митинга пеpед кинотеатpом «Гэлэбэ»?

- Разpешение на пpоведение митинга было дано довольно поздно. Кpоме того, в условиях, когда за день до этого, 15 октябpя, власти пpактически штуpмовали офис нашей паpтии, было кpайне сложно обсудить ситуацию, пpинять необходимое pешение. Hо суть даже не в этом. Hам стало известно, что власти готовят очень сеpъезную пpовокацию пpотив демонстpантов. Этот сценаpий был гоpаздо более кpовавым, чем все имевшиеся до сих поp сценаpии пpавящего pежима по pазгону митингов.

- Ваша осведомленность впечатляет. Помнится, еще за несколько недель до выбоpов, в интеpвью pоссийскому инфоpмационному агенству «Регнум» вы заявили, что власти готовят пpовокацию, вина за котоpую будет возложена на оппозицию. «Пpедупpежден – значит вооpужен», говоpили дpевние. Почему вы не пpедотвpатили пpовокацию, если знали о ней?

- В этом случае мы вообще должны были бы отказаться от боpьбы с пpавящим pежимом и смиpиться с тем, что власть в Азеpбайджане захвачена коррумпиpованной криминальной кликой. Боpьба до конца была нашим долгом. И на этих выбоpах мы пытались боpоться, но ресурсы были неpавны. Мы рассчитывали на то, что активность населения и междунаpодных оpганизаций будет высокой, что эти оpганизации будут более внимательными, чем на пpедыдущих пpезидентских выбоpах. Как нам казалось, увидев это, власти не станут пpименять силу. Hо, видимо, этих фактоpов оказалось недостаточно. Сила была пpименена.

- Вы могли бы остановить своих стоpонников и не пускать их на улицы 16 октябpя?

- Начнем с того, что однозначного пpизыва выйти на улицы я вообще не давал. За несколько дней до этого я объявил, что 16 октябpя мы будем пpаздновать свою победу. И в это же вpемя pяд высокопоставленных чиновников заявил, что 16 октябpя в Баку будут массовые беспоpядки. То есть, мы готовились к пpазднованию, а они – к беспоpядкам. Hо ведь пpаздник – не есть беспоpядок.

И честно говоpя, я не думаю, что мой пpизыв не выходить на улицы сумел бы остановить людей. И я не думаю, что пpизыв не выходить на улицы имел бы для Азеpбайджана лучшие последствия, чем то, что пpоизошло на площади Азадлыг. Ведь, помимо пpочего, нас могли обвинить еще и в том, что мы не боpолись за свою победу.

- Откуда у митинговавших на площади Азадлыг были камни и дубинки?

- Не стоит забывать, что 16 октябpя люди пеpеживали события пpошлого дня, когда было совершено нападение на офис нашей паpтии, и хоть чем-то вооpужились для самозащиты. Кpоме того, давно не секpет, что в толпе была гpуппа пpовокатоpов, специально внедpенных для нападения на сотpудников пpавоохpанительных сил. Тем самым они вызывали у них ответную pеакцию. Hо несмотpя ни на что, 16 октябpя останется в истоpии Азеpбайджана как день боpьбы азеpбайджанского наpода за свои пpава.

- Пойдете ли вы на диалог с Ильхамом Алиевым?

- У меня нет и никогда не было желания идти на пеpеговоpы с властями. Да и с их стоpоны не было никаких поползновений в этом напpавлении. Говоpить же абстрактно не в моих пpавилах, я пpивык опеpиpовать фактами.

- По вашему мнению, сколько пpодеpжится у власти Ильхаим Алиев?

- Столько, сколько будет его теpпеть азеpбайджанский наpод. По-моему, он уже начал pазочаpовывать не только pядовых гpаждан нашей стpаны, но и своих зарубежных благодетелей. Поясню. Власти взяли на себя обязательства как пеpед Москвой, так и пеpед Вашингтоном. Одновpеменно угождать обеим стоpонам властям не удается. Безусловно, балансиpовать между интеpесами этих деpжав можно и нужно. Hо если ты даешь взаимоисключающие обещания, то одно из них обязательно оказывается невыполненным.

«ШЕВАРДНАДЗЕ НЕ СТАЛ ПРИМЕНЯТЬ СИЛУ»

- А пpавда ли, что теща Ильхама Алиева была вашим научным pуководителем?

- Hет. Она была заместителем диpектоpа нашего института, но моим pуководителем она не была.

- Какими вы видите свои будущие отношения с Михаилом Саакашвили, после того как он стал пpезидентом Грузии?

- Меня pадует успех демокpатических сил Гpузии. Хотя я понимаю, что им пpидется нелегко. Hо я увеpен, что междунаpодное сообщество будет поддеpживать новые грузинские власти. Это уже видно по последним событям в соседней стpане. Успех гpузинских демокpатов очень важен и для демокpатической общественности в нашей стpане. Что касается наших отношений с новым pуководством Гpузии, то отношения между нашими стpанами настолько глубоки и тесны, что не зависят от того, кто находится у власти в наших стpанах. Мы заинтеpесованы в pазвитии азеpбайджано-гpузинских отношений. Hо надеюсь, что они будут без того налета коppупции, что появился в пеpиод пpавления пpедыдущих глав наших госудаpств. Согласен, одно дело сотpудничать с Саакашвили-оппозиционеpом, и совсем дpугое – с Саакашвили-пpезидентом. Мы готовы сотpудничать с ним pовно настолько, насколько он готов к этому. Ибо он у власти, а мы – в опале.

- Почему в Гpузии пpи победе демокpатических сил удалось избежать кpовопpолития, а у нас, несмотpя на их поpажение, пpолилась кровь?

- Пpезидентские выбоpы в Гpузии пpошли позже, чем выбоpы в нашей стpане. И у гpузинской оппозиции была возможность пpоанализиpовать ситуацию в Азеpбайджане. Hо не это главное. Можно пpивести с десяток объяснений тому, что победа демокpатических сил в Гpузии пpошла бескpовно. Истина же в том, что Эдуаpд Шеваpднадзе не стал пpименять пpотив своего наpода насилие.

- Почему вы не пошли на альянс с Этибаpом Мамедовым и не выдвинули единого кандидата от оппозиции?

- Пpедложение с этой стоpоны поступило пpиблизительно за неделю до выбоpов. Согласитесь, что это был не самый благопpиятный момент для объединения оппозиционных сил. Кpоме того, поступившее пpедложение было недостаточно pеалистичным.

- Можно поконкретнее?..

- Они пpедлагали пpизнать меня в качестве единого кандидата, а взамен тpебовали, чтобы в случае победы вся власть с пеpвого и до последнего дня находилась в их pуках. Мне отводились лишь функции номинального пpезидента стpаны. Hа это я пойти не мог.

- Собиpаетесь ли в дальнейшем консолидиpовать усилия всей азеpбайджанской оппозиции в борьбе с пpавящим pежимом?

- И «Мусават» и дpугие оппозиционные паpтии пpодолжают свою pаботу в данном напpавлении. Я не считаю, что кто-то кого-то должен учить. Я увеpен, что все думающие люди в Азеpбайджане понимают, что к чему, и сами в состоянии все оценить адекватно. Пpосто все мы должны четко осознать, что в данный момент пpоисходит в Азеpбайджане, куда катится наша стpана и как можно пpедотвpатить ее сползание в пpопасть. Это должны осознать все и пpинимать соответствующие планы и pешения. Мы готовы сотpудничать со всеми pеальными оппозиционными силами.

- Чем вы объясните то, что после выбоpов pяды некотоpых оппозиционных паpтий покинули ведущие их члены, стоявшие у истоков становления этих паpтий?

- Я не хочу вдаваться в детали, но факт остается фактом – pяд оппозиционных паpтий потерпел воистину сокpушительное поpажение на пpошедших выбоpах. Самое удивительное, что когда говоpят о поpажении оппозиции на выбоpах, почему-то говоpят и о поpажении «Мусавата». Но наша паpтия не пpоигpывала выбоpы. Мы получили голоса большей части голосовавшего населения. И в этом смысле можно понять устойчивость нашей паpтии, котоpая, в отличие от дpугих паpтий, избежала оттока кадpов. Видимо, покинувшие pяды дpугих оппозиционных паpтий поняли, что, оставаясь в их pядах, они будут лишены каких-либо пеpспектив. Их пеpеход в pяды «Мусавата» был бы некорректным – как с нашей, так и с их стоpоны – по отношению к тем паpтиям, pяды котоpых они покинули. Кpоме того, возможно, что они вообще pазочаpовались в пеpспективах демокpатической оппозиции.

Я стоpонник того, чтобы дать возможность всем гpажданам спокойно и взвешенно обдумать свои идеи в общем и целом и ситуацию в поствыбоpном Азеpбайджане. Увеpен, что пpояснение ситуации уже пpоисходит.

- Уменьшилось ли число членов паpтии «Мусават» после того, как она не смогла пpидти к власти?

- Hет. Конечно, есть несколько – именно несколько – людей, котоpые покинули pяды паpтии. Это те, кто отчаялся ждать позитивных изменений в нашей стpане. Самое стpашное, что после этих выбоpов люди уезжают из стpаны, пpоисходит «утечка мозгов». Что до нашей паpтии, то после 16 октябpя и по сей день в ее pяды вступили сотни новых членов.

- Какая pабота пpоводится вами для освобождения осужденных за события 15-16 октябpя?

- Мы делаем все возможное, чтобы обеспечить им качественную защиту и добиться их освобождения. Это делается для восстановления истины. Более детальный отчет о pаботе, думаю, будет неинтеpесен.

«ДЕHЬГИ – HЕ ГЛАВНОЕ»

- Какие у вас связи с Фондом Соpоса? Почему, на ваш взгляд, он поддеpжал грузинскую оппозицию и не поддеpжал азеpбайджанскую?

- Паpтия «Мусават» не поддеpживает никаких отношений со стpуктуpами, являющимися гpантодателями. Удел этих стpуктуp – pазного pода непpавительственные оpганизации. Hо мы с уважением относимся к pаботе Фонда Соpоса, котоpый создает откpытые общества во всем миpе. А вопpос о том, почему данная оpганизация по-pазному отнеслась к азеpбайджанской и гpузинской оппозиции, думаю, нужно адpесовать не мне, а пpедставителям Фонда Соpоса.

- Прокомментируйте pяд слухов о том, что вы пошли на сепаpатный договоp с властями, котоpые в обмен на вашу свободу получили от вас согласие на сценаpий, котоpый пpоизошел 16 октябpя на площади Азадлыг.

- Такие пpедположения могут делать только люди, пpивыкшие все меpить исключительно по себе. О пpинципиальной позиции паpтии «Мусават» и ее лидеpа, я уверен, знает каждый в нашей стpане.

- Тогда пpокомментиpуйте слух о том, что вы получили помощь из-за гpаницы в pазмеpе 20 миллионов доллаpов, чтобы в ближайшее вpемя не пpоводить никаких акций пpотеста и вообще «залечь на дно «.

- Это смешно. Но, возможно, найдутся люди, котоpые повеpят в эту нелепицу. Да если бы у нас была хоть сотая часть указанной вами суммы, мы бы потpатили ее на поддеpжку семей граждан, осужденных за события 16 октябpя, на pемонт нового офиса нашей паpтии. Hо, увы, у нас нет и этой суммы.

- Раз уж pазговоp зашел о деньгах, то сколько вы потpатили на пpедвыбоpную кампанию? И сколько бы вам хватило для pеализации вашей победы на выбоpах?

- Мы потpатили на выбоpы очень незначительную сумму. Пpичем, не только по сpавнению с властями, но с pядом дpугих оппозиционных паpтий. Я бы не хотел сейчас называть конкpетную сумму, но пpидет вpемя и мы ее огласим. Огpаниченность наших финансовых возможностей – следствие того, что «Мусават» не связан с какими-либо финансовыми центpами. За вpемя существования нашей паpтии мы не вели сепаpатных пеpегоpов с подобными стpуктуpами. Да и центpов таких в нашей стpане немного, все монополизиpовано Семьей.

Конечно, будь у нас побольше финансовых возможностей, мы бы пpовели более яpкую избиpательную кампанию. Hо суть не в том. Даже имевшихся у нас малых сpедств нам хватило для победы на выбоpах. Поэтому я убедился, что в президентской гонке деньги – не главное. Куда важнее веpа наpода и его способность отстаивать свой выбоp. Пpи наличии этих двух фактоpов победа будет за нами.

Беседовал АКПЕР ГАСАHОВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

БИТВА ЗА РУБИЛЬНИК

Скандал возник совершенно неожиданно. Вначале (в полном соответствии с евангелием) было слово – премьер-министра правительства Азербайджана Артур Расизаде, касающегося невыполнения компанией Barmek принятых на себя обязательств. По словам главы правительства, с выполнением компанией обязательств по энергоснабжению Баку и Сумгаита возникли проблемы, и в случае неизменения ситуации отношения правительства с данной структурой могут быть прерваны.Премьер-министр отметил, что эта компания, управляющая энергосистемами двух городов, должна была постепенно повышать уровень собираемости средств, но Barmek с этой задачей тоже не справляется, и премьер порекомендовал поднять данный показатель оплачиваемости хотя бы до 55% от нормы, в противном случае компании угрожает все тот же разрыв отношений.

Общество, привыкшее к тому, что премьер у нас особой словоохотливостью не отличается, стало искать в его выступлении некий подспудный смысл. Действительно, в этом деле слишком много странностей.

Первая из них уже упомянута – это то, что заявление, больше похожее на угрозу, прозвучало из уст премьера. Электричество в Азербайджане – вопрос больше политический, нежели экономический, и поэтому подобное заявление свидетельствует о многом и в первую очередь – о росте политического влияния премьер-министра.

Вторая странность заключается в самой природе обвинений. Конечно, можно и до столба доколебаться, но не так же откровенно! Понятно, что компанию «Бармек» у нас в стране не любят. Да, честно говоря, любить ее не за что: в половину страны свет вовремя не дает, вторую половину без света держит и многое другое. Но это еще не повод для обвинений со стороны правительства. В конце концов, положение с электроэнергией у нас на порядок лучше, чем в иных коммунальных сферах. К примеру, Апшеронская водная компания, снабжающая Баку водой – крайне нерегулярно и за сумасшедшие деньги, – по премьерской логике давно должна быть четвертована.

И наконец, против премьера общая логика принятия решений в стране. У нас наказывают не за то, что не сделал, а за то, что сделал не то, что должен.

Наиболее интересно, что сама компания вины за собой не видит. Компания Barmek заявила, что ее отношения с правительством более чем удовлетворительны. Barmek имеет перед правительством обязательства, которые полностью исполняются, и ежемесячно поставляет правительству отчеты. С другой стороны, правительство оказывает компании содействие в решении возникающих проблем. Вот такая любовь и согласие – прямо завидно!

В качестве подтверждения «Бармек» приводит многочисленные цифры. Так, суммарный объем инвестиций в городские системы электроснабжения за два года составил 90 млрд. манатов. В 2003 года уровень собираемости средств составил 100% для бюджетных организаций, около 90% – для коммерческих структур и немногим более 50% – для населения.

Президент компании Гусейн Арабул сделал ряд сенсационных заявлений: «Я знаю, что РАО «ЕЭС России» хочет организовать в Азербайджане свое дело и заняться энергетической системой Баку. Это их право. До сих пор РАО контролировало энергетическую систему Грузии, Армении. Кроме этого, они организовали свое дело в Украине, Венгрии, собираются вести переговоры с правительством Болгарии. Однако есть люди, которые не имеют от деятельности нашей компании «левых» доходов. Вот они и стремятся, чтобы Barmek ушла из Азербайджана. У нас нет невыполненных обязательств перед правительством Азербайджана. Мы обязались вложить инвестиции в энергосистему страны и сделали это. Обещали, что снизим задолженность абонентов за потребленную электроэнергию. Так и получилось».

В небе запахло грозой. Интересно, что на сторону «Бармек» стал и министр экономического развития Фархад Алиев, заявивший, что ничего не знает о нарушениях «Бармеком» условий соглашения с правительством страны. Учитывая, что «Бармек» курируется его министерством, то налицо интересная ситуация – получается, что в нашем правительстве правая рука не ведает, что делает левая.

В суматохе взаимных обвинений так и не выяснилось – какая сторона права и что стоит за всей этой кампанией.

ВЕРСИЯ ПЕРВАЯ – ПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ

Премьер-министр утверждает, что компания «Бармек» не выполнила взятых на себя обязательств. Основные претензии: низкая собираемость оплаты за электроэнергию, перепродажа электроэнергии на сторону и, наконец, необеспечение двух крупнейших городов страны – Баку и Сумгаита – электроэнергией.

Рассмотрим эти обвинения подробнее. Безусловно, вина Бармека есть. Компания за почти 4 года работы ничего серьезного в стране не осуществила. Ее инвестиции в нашу энергетическую инфраструктуру носят поверхностный, косметический характер. Придя в Азербайджан, компания «Бармек» в лучших традициях местных политиков стала давать обещания. В частности, о том, что не будет производить так называемые «веерные отключения», станет стабилизировать подачу электроэнергии во время холодов и т.д.

Ни одно из них не было выполнено. Компания с самого начала заняла нишу подчиненного Семье предприятия. Большинство действий компании были подчинены политическим интересам. Так, обеспечив светом политически важный Баку, «Бармек» обесточил северные районы республики. И наконец, компания никак не может заставить азербайджанское население платить за свет.

Но виноват ли в этом «Бармек», или, точнее, только ли «Бармек» в этом виноват? Проблема неуплаты счетов за электроэнергию существует во всех странах постсоветского пространства. Весь советский народ, осколком которого нам «посчастливилось» уродиться, очень не любил платить за коммунальные услуги. Поскольку тезис «и все вокруг народное, и все вокруг мое» был взят большевиками на вооружение, народ вполне резонно счел, что за «мое» платить не стоит, хотя коммунальные услуги в Союзе всегда были очень дешевы. К примеру, в развитых странах они составляют около 60 процентов семейного бюджета. Электроэнергия – или в просторечии «свет» – не была исключением.

Единственный способ бороться с неплательщиками – драконовские меры. Например, РАО ЕЭС, столь рекламируемое нашим премьером, именно за их счет резко увеличило собираемость. Благодаря железной руке Анатолия Чубайса, им это почти удалось. В прошлом году около 80 процентов задолженностей за электроэнергию по России было погашено, а по Москве эта сумма достигла почти 96%. Так что, пример для подражания есть: у кого в руках рубильник – тот и заказывает музыку.

Но тут начинается самое интересное: «Бармек» не может применить санкции к неплательщикам, поскольку власти строго-настрого запретили им проводить в отношении граждан жесткую линию. Запретили по весьма банальной причине: бесплатный свет (следует признать, что большая часть населения потребляет свет бесплатно) есть вид социальной дотации. Стоит начать отключать свет неплательщикам, как начнутся проблемы политического характера. Электроэнергия имеет политическое значение, весомость которого трудно переоценить. В наших условиях это – свет, отопление, приготовление пищи (в условиях хронической нехватки газа именно электроэнергия является основным источником бытового тепла) и пропаганда властей путем электронных СМИ.

Если рассчитать энергетический баланс страны, то доля электроэнергии в нем будет неестественно большой. Эта диспропорция (по сравнению с западными странами доля электроэнергии в нашем энергобалансе неестественно велика) и приводит к высокой политической ангажированности электроэнергии. Отключив свет индивидуально, правительство рискует бумерангом получить в ответ бурю социального недовольства. Поэтому именно власти всегда сдерживали «Бармек» в его стремлении поставить неплательщиков к стенке. Последний раз это произошло в дни траура по экс-президенту. «Бармек» заявил, что останавливает на 40 дней действие своего ультиматума. Хотя, какая связь может быть между похоронами Г.Алиева и неуплатой долгов? Видимо, самая прямая.

Теперь перейдем к другим обвинениям премьера. Нехватка электроэнергии вообще ни какого отношения к «Бармеку» не имеет. Сия компания – всего лишь посредник. Сколько ей электроэнергии дадут в «Азерэнержи», столько она и продаст, к тому же электроэнергии не хватает в силу ее слишком большого потребления населением. А это связано с вышеуказанными причинами. То есть, если бы в каждой квартире были газ, тепло и в стране не было беженцев, то потребление электроэнергии сократилось бы в несколько раз. При всем желании, обвинить «Бармек» в том, что у нас нет газа и почти не работают теплосети, довольно трудно.

И наконец главное обвинение – насчет нежелания компании «Бармек» инвестировать в экономику Азербайджана. Чтобы понять абсурдность этих обвинений, достаточно изучить историю появления «Бармек» в Азербайджане.

В 2000 году был объявлен тендер на передачу электросети столицы иностранным компаниям. В тендере участвовали три фирмы: германская «Симменс», ее дочерняя структура в Голландии и турецкая «Бармек».

«Симменс» выиграла тендер и обязалась вложить в реконструкцию 1 миллиард долларов. А взамен потребовала правительственных гарантий: ежели что случится, чтобы деньги не пропали. Наше правительство, естественно, таких гарантий давать не стало. Посему «Симменс» от участия в проекте отказался, его голландская «дочка» – тоже. И «Бармек», занявший в тендере третье место, неожиданно вышел в лидеры.

А самое интересное – в том, что еще задолго до тендера Гейдар Алиев пообещал бакинские электросети именно Гусейну Арабулу. Турецкая газета «Хюррийет» опубликовала распечатку записи телефонного разговора бывшего президента Турции Сулеймана Демиреля с главой «Бармека» Г.Арабулом. Оказалось, что, по сообщению компетентных источников, Г.Арабул у себя на родине был замешан в коррупционном скандале с министерством топлива и энергетики Турции и имел подмоченную репутацию. С.Демирель посоветовал ему поехать в Азербайджан, где друг Демиреля Г.Алиев «даст ему какой-нибудь бизнес». Покойный президент не подвел друга, и дал его протеже бизнес.

Понятно, что инвестиционные возможности «Бармека» и «Симменса» несопоставимы. «Бармек» обязался вложить в реконструкцию нашей электросети 158 миллионов долларов – сумму смехотворную по сравнению с симменсовской. Более того, деньги для этой самой реконструкции «Бармек» взял в кредит у… Международного банка Азербайджана под залог… взятого в аренду государственного имущества. Короче говоря, на наши же деньги нам же проводят реконструкцию.

Понятно, что этих средств явно недостаточно для восстановления практически развалившейся инфраструктуры энергосистемы Азербайджана. Но при всей нашей нелюбви к вертким проходимцам из братской страны, в создавшейся ситуации их обвинять может кто угодно, только не наше правительство, поскольку, заключая контракт с «Бармеком», оно заранее знало, что малоизвестная компания не сможет справится с столь масштабной задачей.

ВЕРСИЯ ВТОРАЯ – ВОЙНА В КАБМИНЕ

Согласно этой версии, все происходящее символизирует начало «войны интересов» в Кабинете наших министров. И атака на «Бармек»- лишь составная часть атаки на Фархада Алиева.

Причина атаки проста и понятна. В Кабинете он – самый молодой министр. Круг его обязанностей обширен, его ведомство занимается всем: от макроэкономики до торговли, от поддержки предпринимательства до распоряжения государственным имуществом. По числу данных полномочий его министерство фактически – «малый Совнарком».

По степени влияния он, безусловно, самый влиятельный из министерского корпуса, поскольку сосредоточил под своим управленческим контролем ведущие компании, принадлежащие Семье. Потому причина атаки понятна.

Еще не достигнув сорока лет, Фархад Алиев занимает один из ключевых постов в гейдаровской иерархии. И если учесть, что при всем этом его головокружительная карьера связана вовсе не с генетическим родством с Семьей (сам он родом не с «малой земли», а из Джалилабада), что тоже о многом говорит. При всех многочисленных недостатках Ф.Алиева, о которых мы неоднократно писали, у него нельзя отнять его главное достоинство – работоспособность.

Так Ф.Алиев, сменив честного но инфантильного Н.Насруллаева на посту министра экономики, присоединил к министерству огромное количество других министерств и ведомств и превратил умирающий госплан в суперминистерство. Он буквально с земли подобрал осколки той империи, что сейчас вызывает зависть его коллег по кабинету.

Фархад Алиев стал суперминистром. Своей упитанной фигурой нахрапистый суперминистр все больше оттеняет серого и худого премьера. Реальные рычаги управления национальной экономикой навсегда ушли с улицы Лермонтова, 68, где расположена штаб-квартира правительства. Всю стратегию экономического развития, а также реальные полномочия по управлению экономикой перетянул на себя министр экономики Фархад Алиев. Именно в его руках сосредоточены все административные ресурсы экономики.

Без него А.Расизаде не в состоянии решить ни один стратегический вопрос. И это не могло не раздражать премьера. К тому же, политические амбиции Ф.Алиева также беспокоят главу правительства. Очевидно, что Ф.Алиев сам хочет стать премьером. Об этом красноречиво свидетельствует тот факт, что, имея в своем распоряжении дюжину прекрасных административных зданий, он упорно продолжает ютиться в тесном здании бывшего МВЭС. Причина весьма банальна – это здание имеет тот же адрес, что и Кабинет министров.

К тому же сама ситуация толкает Ильхама Алиева к смене премьера. Очевидно, что президенту на этом посту нужен человек, который будет работать вместо него. Нынешний премьер этого делать не может, так как за долгие годы сформировался как «человек, не принимающий решения». Над премьер-министром нависла реальная угроза смещения, и потому А.Расизаде, как опытный аппаратный волк, решил проверить зубы на Ф.Алиеве.

Да и нет у премьера иного выхода. Работая на руководящих постах, он так и не смог научиться главному – умению брать взятки. А.Расизаде не только не берет взяток (хотя одно это по азербайджанским понятиям – явление из ряда вон выходящее), но он еще не совмещает работу и бизнес. При всей абстрактной положительности этого факта, лично для Расизаде он имеет трагические очертания, так как его основным источником дохода является работа. У него нет капитала, достаточного для того, чтобы вести безбедную старость. И поэтому он будет драться за свой пост до конца.

Удар был нанесен по самому незащищенному месту империи Ф.Алиева, и от того, как закончится эта схватка, будет зависеть многое.

События вокруг «Бармек» неопровержимо свидетельствуют, что мирное сосуществование бюрократов завершилось. На повестке дня встает главный постулат закона джунглей – выживает сильнейший. И бармековский кризис лишь открывает сезон политической охоты.

ТОФИК РАДЖАБОВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

ЗА ВСЕ ХОРОШЕЕ – СМЕРТЬ

Вместе со смертью Г.Алиева начали отмирать и политические конструкции его имени. Но если смерть оппозиции еще можно было понять и отчасти даже объяснить, то смерть его политических союзников можно отнести к разряду сенсаций.Как это ни странно, но самые ярые сторонники алиевской семьи, сыгравшие ключевую роль в процессе престолонаследия, тоже начинают отмирать. Роль и влияние партии «Ени Азербайджан» (в миру более известной как ЙАП) сокращается подобно шагреневой коже.

Сегодня очевидно, что правящая партия находится в самом тяжелом за всю свою историю кризисе. Также очевидно, что у партии не сложились отношения с новым президентом страны. Несмотря на то, что положенные для приличия сроки прошли, партия так и остается без руководителя. Формально руководителем партии все еще является покойный Гейдар Алиев. Согласитесь, что в этом есть определенная фатальная символика – мертвый президент ведет созданную им же самим партию к ее окончательной гибели.

По сведениям из компетентных источников, Ильхам Алиев отказывается быть главой правящей партии, ссылаясь при этом на формальное ограничение в Конституции Азербайджана (которое, впрочем, совсем не мешало его отцу регулярно нарушать эту норму).

На самом деле ясно, что за формальным отказом президента занять пост председателя крупнейшей партии страны кроется личная неприязнь. Поговаривают, что Ильхам Алиев даже хотел распустить ЙАП, но его окружение отговорило его от этого опрометчивого шага.

ТЫ ПОМНИШЬ, КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ…

Еще недавно казалось, что тандем «Ильхам Алиев – ЙАП» незыблем как устои алиевской власти. На втором своем съезде «новые азербайджанцы» провозгласили сына президента Ильхама Алиева политическим наследником Гейдара Алиева, закрепив за ним пост первого заместителя председателя партии. Это означало, что правящая Семья наконец-то сделала свой выбор и отныне связала свое политическое будущее с партией «Новый Азербайджан».

За новейшую историю Семья неоднократно меняло свое отношение к «новым азербайджанцам». История становления партии «Новый Азербайджан», а также ее постепенная трансформация в партию правящего клана наглядно свидетельствует о том, что еще в далеком 1993 году Гейдар Алиев не вынашивал серьезных планов, связанных с «новыми азербайджанцами». Вплоть до 1999 года Алиев не отводил ЙАПу главенствующую роль в политической системе страны.

Резкое обострение политической ситуации накануне президентских выборов 1998 года и полный крах алиевской миссии по спасению азербайджанского народа, заставил консолидировать распыленные силы правящего клана вокруг единого политического центра – партии «Новый Азербайджан» – и отвести этой организации роль основного проводника концепции по передаче власти по наследству. Именно поэтому на съезде партии Ильхам Алиев, который до недавнего времени даже не состоял в рядах ЙАП, был представлен в качестве одного из лидеров партии и продолжателя дела Гейдара Алиева. Более того, сын президента был избран первым заместителем своего отца.

Но потом произошло невероятное. ЙАП был отстранен от предвыборной кампании Ильхама Алиева. В авантюре престолонаследия Гейдар Алиев отвел партии роль отвлекающего маневра. Пока ЙАПуны и ЙАПочки носились по стране с портретами почти умершего президента, а высшие функционеры ЙАПа дискредитировали себя в народном сознании заявлениями типа «Гейдар Алиев и теперь живее всех живых», Ильхам Алиев был выдвинут от группы представителей трайба, тем самым подчеркивая, что главная роль в президентской гонке отводится трайбу, а не партии.

В то время как кампания по выдвижению Ильхама Алиева приобрела всеобщий характер, ЙАП был вынужден заявлять, что у них только один кандидат – да и тот в Кливленде. Только за несколько дней до выборов, когда Гейдар Алиев снял свою кандидатуру (точнее, когда его сын счел, что пришло время это сделать, поскольку тогда у покойного президента просто физически отсутствовала возможность самому принять решение – он находился в глубокой коме) ЙАП смог присоединился к кампании пропаганды Ильхама Алиева. Это было впечатляющим началом партийного конца.

БЕЙ СВОИХ, ЧТОБ ЧУЖИЕ БОЯЛИСЬ

Интересно, а по какой причине Ильхам Алиев решил свести к минимуму роль ЙАПа как главного политического инструмента властей. Многие видят причину в том, что ЙАП и Ильхам Алиев – несовместимы по своей природе, и Ильхам Алиев, как представитель городской культуры, не может себе представить, что ему нужно будет опираться на провинциальный сброд, собравшийся в ЙАПе.

На самом деле все гораздо сложнее. Вообще очевидно, что восприятие Ильхама Алиева в качестве городского интеллигента – весьма надуманная химера «русскоголового» меньшинства, которое свое активное неучастие в политических процессах объясняет родственным социальным происхождением президента.

Сам Ильхам Алиев ничем, кроме внешнего вида, своего городского происхождения не выдает. Более того, все его окружение – такого же провинциального происхождения, что и скучковавшиеся в ЙАПе. Нейтрализация ЙАПа – это политический акт, исполняемый исключительно из политических соображений.

Сегодня очевидно (и власти это почти признают), что политический проект под названием «ЙАП – наш рулевой» провалился. ЙАП так и не стал партией власти, не превратился в азербайджанский аналог Индийского Национального Конгресса. Правда, и Алиевы – явно не Неру или Ганди.

ЙАП стал местом сосредоточения самых реакционных сил алиевского режима. Лица с нецензурным выражением лица стали его визитной карточкой, самые оголтелые реакционеры и мракобесы – его элитой. Такая организация лишь дискредитирует Ильхама Алиева, который хочет в своем лице явить миру образ более либерального диктатора, нежели его отец. ЙАП сделал свое дело, ЙАП может уходить.

ЙАП выполнил миссию, но не стал партией власти, а остался партией одного человека. Все в ЙАПе было построено под Гейдара Алиева, и совершенно очевидно, что с его смертью партия была обречена на уход в политическое небытие. К тому же прошедшие выборы неопровержимо доказали – Семья вполне может обойтись и без ЙАПа. Сегодня силовые структуры, изВирательная комиссия и подконтрольное телевидение являются гораздо более эффективными союзниками в деле сохранения власти, нежели политические партии.

Кризис ЙАПа – это продолжение системного кризиса, испытываемого сегодня всеми политическими партиями страны. Построенные по принципу фан-клубов и не имеющие социальной базы, они обречены на поражение. К тому же ликвидация ЙАПа не нанесет серьезного политического ущерба. В сложившихся условиях власть не нуждается в партии как инструменте контроля над парламентом. С переходом на мажоритарную систему формирования парламента роль партий сводится к нулю. На первый план выходят административный ресурс и пропагандистские возможности властей. ЙАПу в этой системе уготована роль пятого колеса в телеге.

Не последнюю роль в решении Ильхама Алиева нейтрализовать ЙАП могло сыграть и то, что со временем ЙАП может превратится в серьезную проблему для самого наследника. Организация, имеющая статус правящей, не может не претендовать на власть. А как показывает опыт большевиков, даже находясь на обочине управления, партийная иерархия вполне способна совершить переворот. Что и сделал Сталин, захватив власть. Пока основные действующие лица Октябрьского переворота делили государственные посты, он укрепил партию вокруг себя и тем самым создал задел для последующего воцарения.

При слабом и инфантильном президенте, которым является Ильхам Алиев, структурированная организация может стать проблемой, и вполне вероятно, что уничтожение ЙАПа есть одиннадцатая заповедь Гейдара Алиева сыну. Для успешного правления Ильхама Алиева просто неизбежно уничтожение всех структур – как вражеских, так и союзнических. Кто знает, как поведет себя ЙАП завтра, тем более, что его аппарат находится в полной зависимости от Рамиза Мехтиева?

Понятно, что ослабляя ЙАП, Ильхам Алиев подрывает позиции Р.Мехтиева. Сегодня позиции главы президентской администрации базируются на контроле над партийным аппаратом, а через него – и над парламентом, и на административном ресурсе, опирающемся на лояльные ему кадры в регионах.

По имеющейся в нашем распоряжении информации, Ильхам Алиев планирует в ближайшее время провести в Азербайджане административно-территориальную реформу. Подобная реформа назрела давно (о ее необходимости «Монитор» подробно написал еще в далеком 1997 году, и нам очень приятно, что Ильхам Алиев наконец начал внимательно изучать наши предложения), но основная ее роль в том, чтобы оставить в офсайте мехтиевские кадры. После проведения подобной реформы участь Рамиза Энверовича будет предрешена.

Таким образом, тихая смерть ЙАПа – это продолжение политики по укреплению власти Ильхама Алиева. Понимая, что слабый президент может удержаться у власти только в слабой политической системе, политтехнологи И.Алиева после уничтожения политических противников приступили к нейтрализации политических союзников. То есть, от устранения сегодняшних угроз власть переключилась на устранение угроз завтрашнего дня. ЙАПу в этом процессе уготована роль жертвенного барана. И Гурбан-байрамы не за горами. Вопрос только в том – готова ли эта структура к столь незавидной роли?

РАСИМ НУРИЕВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

ПРИЗРАК ФИЛАРМОНИИ

Открытие Бакинской филармонии, которое так долго ожидалось и неоднократно откладывалось, наконец свершилось.Немного из истории создания этого здания. В «Днях минувших» Манафа Сулейманова о создании Бакинской филармонии написано так: «Местные толстосумы выпросили у городской управы часть Губернаторского сада для постройки летнего клуба. Проект поручили архитектору Тер-Микелову. Его даже откомандировали на Лазурный берег – в Монте-Карло, чтобы он присмотрелся к тамошней филармонии, ознакомился с ее проектом. И соорудил нечто подобное здесь, в Баку. Считалось, что филармония в Монте-Карло по своей красоте занимает одно из первых мест в Европе. Тер-Микелов вернулся из Монте-Карло, переполненный впечатлениями и замыслами. Летний клуб построен на пересечении Николаевской (Коммунистической) и Садовой (Чкалова) улиц». Местные газеты, рассказывая о возникновении филармонии, при упоминании об авторе проекта теперь скромно пишут «архитектор».

Филармония была построена в конце 1912 года и сразу же стала центром музыкальных концертов, вечеров, меджлисов. Но время шло, здание ветшало и поэтому нуждалось в серьезной реконструкции.

В конце ноября 2002 года – через 90 лет после постройки – президент Гейдар Алиев издал очередной указ, которым постановил завершить реставрацию и реконструкцию Азербайджанской государственной филармонии до конца апреля 2003 года. И обязал министерство культуры АР провести торжественную церемонию открытия здания.

Указ имеет предысторию. Реконструкция филармонии шла с 1995 года. В течение шести лет из государственного бюджета выделялись средства для проведения отвода подземных вод и укрепления фундамента. Максимальный срок для таких работ – два, максимум три года. Но нет пределов усердию: фундамент укрепляли 5 лет – до 2000-го, а до 2002-го он, видимо, усыхал, усаживался и утрясался.

Наконец появился Ростропович, который, ужаснувшись состоянием азербайджанских беженцев, решил выделить им средства из собственного фонда. Но наш мудрый президент (не нынешний, а покойный) решил, что негоже культурные деньги тратить на беженцев, и направил их на реконструкцию филармонии. Поэтому первоначально открытие филармонии планировалось на 10 мая 2003 года – на 85-летний юбилей Г.Алиева.

Но в свете падения 21 апреля решено было отложить открытие до лучших времен. Считалось, что открыть филармонию должен именно Гейдар Алиев. Но оказалось – не судьба. Открыли ее только на этой неделе, спустя свыше 40 дней после его кончины.

Но, несмотря на физическое отсутствие дух Гейдара Алиева витал в воздухе. Покойный президент был на сцене, точнее – над сценой. Его портрет «а-ля дон Корлеоне» с бабочкой и в смокинге был главным ее украшением.

Послушать музыку в зал филармонии собралась политическая и культурная элита страны. Апофеозом стало выступление Мстислава Ростроповича. Великий виолончелист исполнил произведение Иоганна-Себастьяна Баха.

Днем ранее музыкант отказался назвать произведение, которое будет исполнять на открытии, лишь отметив, что оно «посвящается моему великому другу». Перед тем, как начать игру, известный музыкант, обращаясь к присутствующим в зале, сказал: «Это не просто музыка, а молитва. Поэтому прошу после ее окончания не аплодировать» и повернулся лицом к портрету, а к публике… мягко говоря, спиной.

Сразу вспомнилось гайдаевское: «И в твоем доме будет играть музыка, но ты ее уже не услышишь». Гейдар Алиевич, может быть, и великий друг для Мстислава Леопольдовича, но зачем же спиной к народу поворачиваться? В истории культуры на моей памяти это первый такой случай.

Можно, к примеру, понять министра культуры Полада Бюльбюль оглы, заявившего, что филармония – «это детище Гейдара Алиева». Чего не скажешь ради красного словца! Хотя, конечно, филармония построена была тогда, когда ныне покойного президента не было даже в проекте. Но Ростроповичу-то это зачем?

В завершение церемонии слово взял Ильхам Алиев. «Для меня этот вечер не только праздничный, но и грустный. Ведь с нами сегодня нет Гейдара Алиева». После его выступления память отца-основателя реконструкции была отмечена минутным молчанием.

В общем, праздник культуры, хоть слегка и омраченный отсутствием главного «вдохновителя и организатора реконструкции», состоялся.

А сама реконструкция выполнена в стиле культурного провинциализма. Построенное еще в начале XX века здание, состоящее из трех этажей, внутри окрашено в розовый цвет. Центральный зал и амфитеатр выдержаны в традиционных для филармонии тонах белого с золотым. Филармония поражает блеском хрустальных люстр богемского производства, великолепием интерьеров и итальянской мебелью. Центральные коридоры обставлены антикварными вазами. А кабинеты всех должностных лиц культурного комплекса оснащены компьютерами, телевизорами и даже холодильниками японского производства. Видимо, организаторы решили, что в филармонии все должно быть прекрасно.

Внутренние интерьеры перегружены элементами декора настолько, что выглядят безвкусно. Но задача была поставлена иная – ошеломить с первого взгляда посетителей, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Но вопросы все же возникают. Например такой – почему реконструкция филармонии обошлась в столь фантастические суммы? Конечно, искусство требует жертв, но не таких же! Суммы на реконструкцию выделялись гигантские. В 2002 году – 35 миллиардов манатов. В 2003 году предусматривается направить уже 60 миллиардов. А ранее реконструкция уже частично финансировалась, в том числе из бюджета, на сумму 25 млрд. манатов. Кстати, из этих цифр так и не понять, во сколько же нам обошлась филармония!

Эксперты утверждают, что предусмотрено практически полное покрытие реконструкции филармонии из бюджета. Изначально работы оценивались в 24 млн.долларов, но затем сумма была увеличена почти до 35 миллионов долларов. Сумма для Азербайджана гигантская. Это при том, что страна постоянно жалуется на отсутствие денег, а культура находится в позиции вечной бюджетной Золушки.

Сумма, потраченная на филармонию, по масштабу сопоставима с всеми расходами на культуру. И возникает второй вопрос – а почему эта сумма столь грандиозна?

Зная любовь наших чиновников к «откатам» за подрядные работы, можно не сомневаться, что все можно было сделать значительно дешевле. Честно говоря, на указанную сумму можно было спокойно построить новое здание филармонии. И еще вопрос, что важнее для азербайджанской культуры: новая с иголочки филармония с немецкими роялями и японскими холодильниками или нормальные зарплаты для работников этой самой культуры?

Но для кого предназначено все великолепие нашей филармонии, если в стране не будет тех, кто в состоянии оценить музыку Баха, Бетховена, Моцарта? В сегодняшнем Азербайджане классическая музыка – удел горстки вымирающей интеллигенции. Впрочем, как и многие другие составляющие культуры.

Многие выступавшие в тот день говорили, что теперь Баку станет в один ряд с мировыми культурными центрами. Да не станет!

Открытие Бакинской филармонии очень напоминает аналогичные мероприятия в странах Латинской Америки, диктаторские режимы которых в начале прошлого века были просто охвачены оперной манией, и блестящие, прекрасные оперные театры возникли по всему континенту, призванные показать высокий уровень культуры диктаторов. Но шло время, а театры оставались пустыми, так как нищее население этих стран так и не восприняло этот элемент цивилизации. Они и сегодня стоят, эти великие артефакты Европы на руинах цивилизации.

Хотя, возможно, наша филармония не будет пустовать. Дело в том, что Тер-Микелов скопировал ее с филармонии Монте-Карло. В самом Монте-Карло народ тоже не очень любил классическую музыку, поэтому в конце 30-х годов прошлого века в здании этой филармонии было открыто… казино. То самое, знаменитое казино Монте-Карло. Так что, если учесть любовь нашего нынешнего президента к азартным играм, можно быть спокойным за здание – если оно и будет пустовать, то недолго.

Все это сильно напоминает фильм-гротеск «Про бизнесмена Фому». Главную роль там исполняет известный юморист Михаил Евдокимов. Его герой повышает культурный уровень родной деревни постройкой… платного туалета из хрусталя и мрамора. В финале фильма окончательно окультуревшие односельчане спалили «храм культуры».

Давно необходимо понять, что без аншлагов (которые возможны лишь с появлением целого слоя лиц, для которых Гайдн намного выше, чем Айгюн Кязимова, а Шнитке значительно круче, чем Манана), без должной государственной поддержки культуры, не возможен настоящий интерес со стороны массовой публики. Надо осознать, что без традиций проведения музыкальных фестивалей серьезного уровня, все заявления о том, что «Баку может стать центром мировой музыкальной культуры» звучат по меньшей мере странно. Почти так же, как заявления Остапа Бендера о том, что Нью-Васюки станут шахматной столицей мира.

Может ли стать «музыкальной Меккой» страна, где музыкальная иерархия пронизана номенклатурными отношениями, где оперный театр держится на старом репертуаре, филармония не нужна, оркестр не укомплектован и собирается от случая к случаю, лучшие музыканты зарабатывают на жизнь в Турции, а творческие инициативы существуют на птичьих правах? И может ли одно, пусть и красиво отремонтированное, здание все это изменить?..

УЛЬВИЯ САТТАРХАН

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

ПЕССИМИСТИЧЕСКАЯ КОМЕДИЯ. Эльмар Гусейнов

«Весь мир – театр. Все люди в нем – актеры»Вильям Шекспир

Общеизвестно, что в азербайджанском цивилизационном пространстве нет места трагедии. Этот жанр так и не получил должного развития у нас в стране. Многие поколения культурологов так и не смогли ответить на вопрос – почему наша культура не может рождать Гамлетов и Ромео.

Театр, как и искусство в целом, есть отражение реальности. Пусть искаженное, гротескное, но отражение. И поэтому отсутствие трагедии в нашей драматургии скорее всего связано с ее отсутствием в нашей жизни. Подмостками, на которых разыгрывается азербайджанская национальная пьеса, является территория страны, а актерами – все ее жители. Но там нет места слезам. Слезы – удел либо очень сильных, либо очень слабых людей. Слезы – это поток настоящих чувств и чувства настоящих людей.

То, что происходит с нами сегодня, это, увы, фарс. Комедия! Мы не вызываем жалости и сожаления у всего цивилизованного мира. Мы вызываем смех. Это гомерический хохот цивилизованного мира. Он сродни тому смеху, что вызывали герои Чарли Чаплина.

Народ, который даже на краю катастрофы, не может взять на себя ответственность за будущее страны, не может вызывать иных эмоций, кроме смеха. Люди, не осознающие судьбоносность момента, ими переживаемого, не вызывают слез, они вызывают лишь насмешки.

ЗАВТРА БУДЕТ ХУЖЕ, ЧЕМ ВЧЕРА

Одним из узловых моментов национального кризиса является наше негативное мышление. Жизнь приучила большинство из нас или не думать о будущем вообще, или думать о нем исключительно в негативных тонах. Вопрос идет не о нашем восприятии персонифицированного будущего. Речь идет об национальном самоощущении будущего. Вот оно как раз и отсутствует. Вместо него – разбитое на осколки, локализованное на части, гипертрофированное ощущение личного будущего. Будущего, сугубо индивидуального, не связанного с будущим страны, а зачастую идущего в ортогональном тренде к ней.

Для азербайджанца судьба страны не всегда туманна и неопределенна, но всегда – безразлична. В иерархии ценностей азербайджанца на первом месте всегда он сам, индивидуум, и только потом – общество и страна. Отсутствие общественных ценностей очевидно. Поэтому с такой быстротой разрушаются бастионы нравственности.

Социальный статут человека напрямую зависит от его успешности в жизни и потому не является общественным фундаментом. Так, на Западе проститутка или наркоделец могут, конечно, заработать большие деньги, но эти деньги не откроют им путь в высшее общество. А в Азербайджане деньги дают социальную индульгенцию.

В этих условиях каждый индивидуум считает своей основной задачей личное благосостояние, не понимая каким образом оно коррелируется с благосостоянием общественным. Общественное ощущение будущего отягощено патологической недееспособностью общества, его неэффективностью как социального института.

Трудно винить азербайджанцев в негативном мышлении, если вся наша история полна фактов, просто провоцирующих национал-пессимизм. Сегодняшнее состояние нашего общества напоминает старый еврейский анекдот. Немного его перефразировав, можно сказать, что азербайджанские оптимисты учат английский язык, пессимисты – армянский, а реалисты – русский.

Национал-пессимизм расцвел буйным цветом на руинах национального сознания. Страна не может иметь будущего, если не имеет настоящего. Много ли мы думаем о будущем страны? Вспомните, например, когда вы в последний раз думали о судьбе государства? О судьбе сына которого нужно не пустить в мясорубку (которая по чистому недоразумению называется азербайджанской армией), о судьбе дочери, которой при ее смазливой внешности и соответствующем поведении гарантирована безбедная жизнь, думают почти все. А вот о том, какое будущее ждет страну, никто и думать не хочет.

Недавно один заядлый читатель «Монитора» рассказал, как он в кругу своих друзей обсуждал тему будущего детей. Участвующие в разговоре были людьми весьма состоятельными, и поэтому в основном речь шла о том, в какую страну лучше послать детей для продолжения обучения. Лейтмотив беседы был таков: главное в этой жизни – дать детям нужное образование. И никто из присутствующих не подумал: на кой черт нужно хорошее образование, если страна останется в нынешнем состоянии? Когда мой знакомый озвучил эту мысль, она всех поразила, как электрошок.

Признаемся, что сегодня многие из нас рассуждают таким же образом, оплачивая репетиров, экономя на последнем, лишь бы обеспечить своих детей достойным образованием. Но мало кто задумывается, что проблему нужно решать в корне. В стране, где нет работы, где умные люди не в чести, и где успех и интеллект находятся на разных полюсах, хорошее образование никого не спасает.

И до тех пор, пока наше общее будущее будет состоять из суммы локализованных личностно-футурологических прогнозов, мы, провожая один черный день, обречены ждать наступления еще более тяжелого.

Беспросветность нашего общего будущего во всем. Она витает в воздухе. Видимо, не случайно в азербайджанском языке нет устойчивого словосочетания «что нас ждет?». Азербайджанец может задаться вопросом «что ждет меня?», но этот вопрос сугубо личностный. А говоря об общем будущем, он задает вопрос «Каким же будет наш конец?».

То есть, азербайджанское общество априори убеждено в конечности происходящего с ним, видимо, на невербальном, подсознательном уровне ощущая неизбежность своего конца. Очевидно, это ощущение порождено структурой момента, переживаемого нами.

СТРУКТУРА МОМЕНТА

Судьбоносность сегодняшнего положения очевидна. Страна переживает системный кризис, размеры и очертания которого позволяют нам утверждать о том, что он носит параметры общенационального. Существуют два серьезных системных фактора, обуславливающих столь апокалиптическое видение ситуации.

ВО-ПЕРВЫХ, страны – как полноценного субъекта политики, носителя суверенной воли – пока что не существует. На протяжении минувших 12 лет территория, обозначаемая на политической карте мира как «Азербайджанская Республика», находилась под управлением одного человека. Произошла подмена понятий почти по Маяковскому. Говоря «Азербайджан», все подразумевали «Гейдар Алиев». И наоборот. И он отвечал на все вопросы и отвечал за все происходящее.

Практически все были убеждены, что во всех наших бедах (или почти во всех) виноват лично Гейдар Алиев. А кто же еще мог быть виноват? Ведь именно он нес прямую ответственность за состоянии государства. Именно он заложил большинство «мин», на которых подорвалась хрупкая конструкция национального развития, именно он уничтожил базовые устои азербайджанского государства.

Но стоило ему почить в бозе, как под давлением пропаганды властей и национального менталитета страшный миф о «великом и ужасном» сломался, разбился вдребезги. А вместе с ним разбилась и наша непоколебимая уверенность в том, что во всем, что происходит со страной, виноват именно он. Уже девять месяцев, как его нет на властном олимпе, а значит – и в нашей жизни. На его месте откровенно слабый политик и неспособный человек. Но кризис все продолжается.

Значит, дело не только в фигуре третьего президента и неких субъективных факторах. Дело в факторах объективных по своей природе, в кризисных явлениях, происходящих в самом азербайджанском народе.

Гейдара Алиева можно было обвинить лишь в том, что он, прекрасно изучив эти явления, использовал их для укрепления режима личной власти. Вместо попыток решить эти проблемы, он наоборот делал все, чтобы они продолжали свое разрушительное действие на национальное сознание, ибо только в их существовании и в паразитировании на них он видел возможность сохранения собственной власти.

Но сегодня эти разрушительные по своей природе факторы продолжают свое детерминирующее действие. И задача ближайших лет заключается в том, чтобы если и не прекратить это разрушительное влияние, то хотя бы свести его к минимуму.

ВО-ВТОРЫХ, до сих пор не сформирована азербайджанская нация как народ, связуемый воедино исторической судьбой и общим кругом врагов (определение Теодора Герцля). Осколок постсоветского народа, населяющий территорию Азербайджана, – это еще не нация.

Недавно, наблюдая процедуру инаугурации нового президента Грузии, я испытал шоковое чувство. Одним из ключевых моментов инаугурации явилась клятва, данная Михаилом Саакашвили на могиле царя Давида Строителя. Я вдруг задался вопросом – а на чьей могиле мог бы поклясться президент Азербайджана? И перебирая в уме наши исторические личности, не смог обнаружить ни одной.

Те, чья могила потенциально могла бы взять на себя эту символическую миссию, все как один захоронены на чужбине. Азербайджанскому президенту ничего не остается как клясться на могиле Гейдара Разрушителя. И сами понимаете, что ничего путного новый президент после подобной процедуры не совершит.

Но сам факт отсутствия в нашей истории личности, которая безоговорочно воспринималась бы всеми слоями общества в качестве общенационального эталона служения стране, весьма огорчает. Представьте себе Турцию без Ататюрка, Францию без де Голля или Америку без Линкольна, и вы поймете всю глубину нашей трагедии. И видимо не случайно гейдарофилы пытаются сейчас запихнуть в эту нишу своего идола, создавая культ, смешивающий воедино поклонение Молоху с элементами социал-дарвинизма. Но тщетны их попытки, История всех расставит по местам, оставив это место вакантным.

Азербайджан – это страна, где не действуют никакие тенденции, у нас свято место всегда пусто. Очевидно, что нация, ближайшее прошлое которой опирается в основном на нарративные источники, настоящее состоит из тьмы коллапса, а будущее туманно и неопределенно, не могла за 12 лет стать полноценным членом европейской семьи народов. Но вполне могла начать выход из постигшего ее национального кризиса.

К сожалению, за эти годы проблемы национального развития только усугубились. Азербайджанцы превратились в яркий пример газообразной нации. Нации, в которой каждый индивидуум движется хаотично. Броуновское движение азербайджанцев ограничено границами страны, но тем не менее каждый из них пытается вырваться за ее пределы. По своим базовым характеристикам азербайджанское общество беспрецедентно.

В ближайшие несколько лет нам предстоит решить воистину историческую задачу – найти очертания национального существования. Очертания нации либо проявятся, либо навсегда исчезнут в глобальном тумане – ибо запас отведенного нам исторического времени уже исчерпывается. А пока азербайджанское общество, запуганное собственными страхами и задавленное комплексом национальной неполноценности, с ужасом ждет ответа на главный гамлетовский вопрос.

ОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО

Это было бы похоже на дурной сон, если бы не было правдой. Но это правда. Азербайджанское общество ждет чуда.

Существуют ДВА ВАРИАНТА РАЗВИТИЯ СИТУАЦИИ.

ПЕРВЫЙ – ЖИТЬ СТАНЕТ ЛУЧШЕ. Но все прекрасно понимают, что лучше не станет. По той простой причине, что если в вашей жизни что-то меняется к лучшему без жертв и труда, то это настоящее чудо. А жизнь уже давно приучила нас к тому, что чудес не бывает.

Жить не станет лучше по той простой причине, что факторы, сдерживающее наше движение к лучшей жизни, сами по себе не исчезнут. В мгновение ока армяне не отдадут Карабах, коррупционеры не перестанут брать взятки, а Семья не перестанет эксплуатировать страну.

Чтобы жить стало лучше, необходимо идти непопулярным и тернистым путем реформ. А это невозможно по четырем причинам: 1) нет лидера национального масштаба, способного осуществить реформы и понимающего суть необходимых стране преобразований; 2) нет идеи, способной показать обессилевшему азербайджанскому обществу дорогу надежды, дорогу национального спасения; 3) нет общественного слоя, способного на себя взять тяготы национального лидерства в сложном процессе реформирования страны и нации; и, наконец, 4) у самого азербайджанского народа нет ни сил, ни желания что-либо менять.

Жизнь приучила нас к тому, что все перемены только к худшему. Поэтому ожидание счастья в стиле героя повести Стругацких «Пикник на обочине» – «Счастье для всех, каждому, и пусть никто не уйдет обиженным!» – контрпродуктивно, поскольку построено на зыбком песке ожидания чуда.

Мы напоминаем маленьких детей, которым все время кажется, что в жизни вот-вот должно произойти нечто важное: в один момент нищий станет богачом, несчастный – счастливым, а урод – красавцем. Это возможно только в индийском фильме, но никак не в азербайджанской реальности. Страна и ее народ должны осознать – мы не заслужили лучшей доли.

ВТОРОЙ – ЖИТЬ СТАНЕТ ХУЖЕ. Несмотря на вопли национал-пессимистов, утверждающих, что наша жизнь и так хуже некуда, мы вооружены учением классика мирового пессимизма Мэрфи, утверждавшего: «Если вам кажется, что ваша жизнь настолько плоха, что хуже быть не может, не обольщайтесь – она всегда может стать еще хуже». Мы точно знаем, что наша очень плохая жизнь в любой момент может вообще превратиться в ад.

В принципе есть все предпосылки для столь негативного прогноза. Если вы не решаете стоящих перед вами проблем, то сами загоняете себя в безвыходное положение. Ситуация будет ухудшаться, а вместе с ней будет расти социальный изоляционизм азербайджанцев. Тенденция десоциализации достигнет апогея, а это – прямой путь к утрате национального Я. И другие народы, лучше нас видящие историческую перспективу и более организованные, займут наше место.

При таком раскладе в наилучшем случае наш горький удел – это судьба территории, управляемой внешними силами. Но тогда необходимо быть готовыми к тому, что управляться страна будет исключительно в интересах этих самих сил, которые не всегда (а скорее почти всегда) совпадают с нашими интересами.

Все понимают, что для того, чтобы предотвратить катастрофу, необходимо что-то предпринять, но никто ничего не делает. Получается безвыходная ситуация: все убеждены в том, что нынешний политический режим обречен, что он тянет страну в пропасть хаоса, но в то же время общество застыло в столбняке ожидания. Все знают что надо делать, но никто не знает, кто это будет сделает. И в этом вся драматическая комичность ситуации.

Воистину, нет в мире нации, более несчастной, нежели мы. Ибо есть нации, влачащие худшее существование, но не понимающие всей глубины национальной трагедии. Но только азербайджанцы – осознающие все и знающие что надо делать – не предпринимают никаких действий, руководствуясь в этом своем ожидании не разумом, как то полагается хомо сапиенсу, а исключительно инстинктами – что более приличествует братьям нашим меньшим.

ДОЛГАЯ ДОРОГА В ДЮНАХ

Впереди нас ждут долгие годы блужданий. Это период определения участи бездомного куска суши. Отталкиваясь от Фридриха Ницше, можно сказать, что для обозначения повестки дня потребно не теоретическое, но трагическое миросозерцание. Ничто банальное, ничто мелкобуржуазное не может доминировать в этой повестке. Сегодня момент истины ибо «на пороге стоит – Судьба».

Страна вошла в особый период, который мы назовем постновейшей историей. Период ответа на главный гамлетовский вопрос.

Превозносимая гражданами-алиевофилами стабильность абсолютно иллюзорна. Нет никаких устоев стабильности, кроме замороженной общественно-политической ситуации, ледник которой кажется непоколебимой пирамидой. Но это иллюзорная стабильность, построенная на пассивности общества и монополии власти на электронные СМИ, что позволяет зомбировать население с телеэкранов гипнозом «стабильности». Но мираж растает, как только взойдет солнце.

В нашей ситуации по-настоящему стабильно государство – в реализуемой им воле к гибели. Изношена национальная инфраструктура, которая не модернизировалась последние полвека. Интерференция на максимум локальных инфраструктурных кризисов в любой момент может привести к самым тяжким последствиям в масштабах страны.

Наконец, главное – Азербайджан переживает период тяжелой национальной депрессии, вызванной, не в последнюю очередь, кризисом самоидентификации и ощущением тотальной безнадежности всего того, что мы делали все последнее время. Романтическая идея о том, что азербайджанский народ достоин участи европейской нации, идея равенства и свобод, идеи, которыми жили несколько поколений прогрессивной азербайджанской общественности, разбились в прах о реалии азиопского бытия, породив невиданный всплеск общенациональной депрессии. А депрессия и стабильное развитие – вещи несовместные по своей природе.

Отсюда – и повестка дня, которую, быть может, уместнее назвать повесткой бессонной ночи, которую мучительно проживает страна. Обессилевшая, она стоит на коленях, на разгромленном муравейнике. Она нервно курит, под глазами у нее пухнут сине-черные мешки, но когда и откуда придет рассвет, страна не знает – потому что нет у нее ни компаса, ни часов. Что делать – подчиниться страху перед демонами ночи и умереть или найти в себе силы и двинуться к рассвету на ощупь?..

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

ПАРАДОКСЫ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

С новым годом в нашу жизнь пришло новое (точнее – хорошо забытое старое) явление – инфляция. Рост цен очевиден и не заметить его мог только наш родной, но подслеповатый Госкомстат.Для большинства простых граждан все гораздо прозаичнее. Идешь в магазин и видишь, что товар, который еще вчера ты покупал за 10 тысяч манатов, сегодня стоит значительно дороже. К примеру, широко популярные в Азербайджане кондитерские изделия московского производства. Шоколад фабрики «Красный Октябрь» подорожал на 25%. То же произошло и со многими другими товарами.

Рост цен – в особенности на импортные товары – существует. Интересно, что рост цен имеет странную геополитическую особенность. Парадокс заключается в том, что подорожал не шоколад вообще, а именно шоколад российского производства, не товары легкой промышленности вообще, а те из них, что импортируются из Турции.

В принципе, если цены растут, то они поднимаются на всю группу товаров, вне зависимости от места их производства.

Странность нынешнего всплеска цен заключается именно в том, что он носит геополитический характер. Это очередной экономический парадокс, ответ на который мы попытаемся найти.

В правительственной прессе и сам рост цен, и причины, его породившие, практически не рассматриваются. В то же время пресса оппозиционная более чем подробно освещает этот вопрос. По мнению оппозиционных экспертов, причина нынешнего подорожания заключается в стремлении Семейных олигархов компенсировать расходы, понесенные ими в ходе избирательной кампании.

Действительно ли Семейные бизнесмены могли пойти на подобные меры для компенсации понесенных затрат? При всей их антинародности, это вряд ли так. Почему? По нескольким причинам.

Начнем с того, что размер понесенных ими расходов не носил для них критического характера. К тому же сегодня покупательная способность населения близка к минимуму, что подтверждается тем, что разница между оптовыми и розничными ценами практически равна нулю. В этих условиях, повышая цены (в особенности на отдельные группы товаров), бизнесмены рискуют вообще не найти потребителя.

Безусловно, подорожание вполне можно списать на нездоровую конкуренцию в Семье, на стремление компенсировать понесенные расходы и так далее.

Есть и макроэкономическое обоснование происходящего, и оно так же очевидно – рост совокупного спроса в результате активного сброса финансовых преференций населению в довыборный период. И наконец – отмена льгот по НДС на целую группу товаров первой необходимости.

Но ни один из указанных факторов не объясняет парадоксов, о которых говорится выше. Следует признать, что происходящее подорожание происходит не под влиянием субъективных факторов, а под воздействием серьезных геоэкономических процессов.

Следует признать – несмотря ни на что, азербайджанская экономика за эти годы стала составной частью мировой экономики, и идущие в мире процессы отражаются и на нашей стране. Параллельно с процессом инфляции в Азербайджане, в мире происходит удешевление доллара и рост курсов других валют. Происходит невиданное удорожание европейской валюты – евро.

Если мы проанализируем структуру роста цен, то обнаружим странную закономерность – в основном подорожали товары российского и турецкого производства, а также товары, произведенные в ЕС. Именно они, подорожав на 20-25%, и сыграли роль инфляционного локомотива.

С странами ЕС все понятно – подорожание евро автоматически приводит к росту цены на их товары. Но почему растут цены на товары, произведенные в РФ и Турции?

А все по той же причине – Россия и Турция отказались от привязки своих валют к курсу доллара, и курс к американской валюте формируется в них свободно. В результате и турецкая лира и российский рубль подорожали параллельно с евро.

Таким образом, геополитический парадокс азербайджанской инфляции объясняется весьма просто – подорожанием валют государств-производителей этих товаров. Вот таким, весьма необычным способом глобализация нанесла удар по благосостоянию азербайджанских граждан.

Глобализация, конечно, имеет множество положительных сторон, но у нее есть еще и негативные. Она не позволяет правительству отдельно взятой страны проводить изолированную экономическую политику. Говоря о правительстве, мы имеем в виду не погрязшее в коррупционном беспределе азербайджанское правительство, а правительство, выполняющее свои классические функции.

Наши валютные запасы практически равномерно разделены на две части. Первая часть – это золото-валютный запас НБА, размещенный в американских банках. Это сумма в более чем 800 миллионов долларов. Более 80% этой суммы размещено в американской валюте.

Вторая часть наших валютных запасов сосредоточена в ГНФАР. Там тоже сосредоточено около 800 миллионов долларов. Из них 65% размещены тоже в американской валюте. Эти средства разбросаны по нескольким крупнейшим банковским институтам, большинство из которых также американские.

За то время, что они там находятся, доллар основательно подешевел, а это означает, что Азербайджан уже потерял более 30 процентов своего стратегического валютного потенциала.

Интересно, а по какой причине не были учтены тенденции мирового валютного рыка? И почему те чиновники, которые отвечают за определение государственной политики в этой области не приняли срочных мер, а вместо этого ограничились декларациями о могуществе американского доллара?

Причина банальна – размещение валютных запасов тоже построено на принципе преобладания личного над общественным. И кое-кто был сильно заинтересован в том, чтобы наши национальные авуары остались под контролем американских банков.

Конечно, разве можно сравнить национальные интересы и интересы чиновника? Известно, что ради того, чтобы заработать один миллион в собственный карман, наши чиновники не пожалеют сотен миллионов государственных средств. В результате слепая привязка маната к доллару привела не только к значительным финансовым потерям, но и к инфляции, к нанесению удара по нашим карманам.

И судя по всему, эта политика будет иметь продолжение. Недавно главное лицо, отвечающее за национальную валютную стратегию, – Эльман Рустамов – пообещало, что доллар в скором времени поднимется в цене.

Странное заявление, поскольку господин Рустамов, по нашим сведениям, отнюдь не входит в число лиц, принимающих решения, влияющие на курс доллара. Учитывая, что падение доллара есть результат планомерных действий американской финансовой элиты, таким образом стимулирующей реальный сектор американской экономики, то ожидать, что доллар послушается господина Рустамова было по крайней мере наивно.

Для любого экономиста очевидно, что Буш и его администрация покрывают свои военные расходы, и средства, необходимые для стимулирования экономического роста, – именно в игре на понижение курса доллара. Но это очень опасная игра. Доллар давно перестал быть чисто американской валютой. Это мировая валюта, курс которой определяется не только и не столько макроэкономическими показателями США. Более того, основной спрос на доллар формируется за пределами Штатов, и если инвесторы во все мире скажут «нет» доллару, как надежному средству хранения своих инвестиций, то кто поручится, что доллар не ждет та же судьба, что и его предшественника в роли мировой валюты – британский фунт стерлингов? И что тогда ожидает наши валютные запасы, которые в одночасье обесценятся?

Сегодня национальные интересы страны требуют более гибкой, более сбалансированной валютной политики. Весь вышеприведенный анализ свидетельствует, что время самостоятельной экономической политики миновало, в сегодняшнем глобализированном мире процветают только те страны, которые в угоду собственным национальным интересам проводят гибкую экономическую политику, учитывающую тенденции и тренды геоэкономической ситуации. Правда, для проведения подобной политики наша нынешняя экономическая команда не годится. Слишком уж далеки они от фундаментального понимания экономических процессов, протекающих в новом глобализированном мире.

Рафик МАМЕДЛИ, mammadli@mail.com

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 46, 31.01.2004

ВЕК СВОБОДЫ НЕ ВИДАТЬ

Многие предполагали, что среди тех, кто был помилован в последние дни прошлого года, будет и Джан-Мирза Мирзоев, тем более, что его освобождения настойчиво требует Совет Европы. В списках международной правозащитной организации «Транспэрэнси Интернэшнл» Джан-Мирза Мирзоев значится как пострадавший за борьбу с коррупцией. Его имя как политзаключенного отдельно выделено в резолюции ПАСЕ N 1272, а также в отчете госдепартамента США за 2001 год. Он известен мировой общественности как лучший правозащитник года, как узник совести.Следует отметить, что свою борьбу с коррупцией профессор Дж.Мирзоев начал, еще находясь на весьма высокой должности, не в пример многим, которые начинают бороться за права и свободы лишь после того, как их снимут с высокого поста.

Его не освободили даже несмотря на то, что были амнистированы заключенные, проходившие с ним по одному и тому же уголовному делу. В этой нет никакой странности. Все предельно ясно.

НАША СПРАВКА:

Мирзоев Джан-Мирза Исмаил оглы родился в 1956 году в городе Баку. Окончил Каспийское высшее военно-морское Краснознаменное училище (ныне БВВМУ). Единственный азербайджанец, окончивший этот вуз с золотой медалью. После окончания служил на атомных подводных лодках Северного флота, был признан лучшим штурманом объединения атомных подводных лодок. В 1984 году поступил в аспирантуру и в 1987 году досрочно защитил диссертацию в Высшем военно-морском училище им.Фрунзе в Ленинграде, получив степень кандидата технических наук. С 1988 года преподавал в БВВМУ, с июня 1993 по июль 1995 гг. исполнял обязанности начальника БВВМУ. К тому времени он уже имел международную ученую степень доктора философии (в области технических наук) и ему было присвоено ученое звание – профессор по кафедре «Технические средства навигации и гидрографии». Женат, имеет двух сыновей.

* * *

В 1995 году между Дж.Мирзоевым и руководством министерства обороны возник конфликт, который длился несколько лет. Дело в том, что Мирзоев подал рапорт министру обороны с просьбой освободить его от занимаемой должности и уволить из вооруженных сил, поскольку его видение будущего БВВМУ не совпадает с видением руководства МО.

Как известно, наши высокопоставленные лица очень не любят, когда их подчиненные смеют иметь собственное мнение. Министр уволил Мирзоева, но не по собственному желанию, а за «допущенные недостатки», и благословил возбуждение против него уголовного дела. Оно было поручено прокурору, сына которого Мирзоев накануне отчислил из училища.

«Следствие» дошло до того, что наконец обвинило Мирзоева в пособничестве в организации государственного переворота. Дело рассматривалось в военной коллегии Верховного суда, но рухнуло, не получив подтверждения. Этому особенно способствовал академик Зия Буниятов, который обратился к президенту с депутатским запросом, где заявил, что «дело высосано из пальца».

Уголовное дело против Дж.Мирзоева неоднократно закрывалось: в 1996-м – в силу изменившейся обстановки, в 1997-м – за недоказанностью, и в 1998 – за отсутствием состава преступления. К этому времени суд Сабаильского района частично удовлетворил иск Мирзоева к министру обороны и обязал его аннулировать приказы об освобождении Дж.Мирзоева от должности и назначении на 10 ступеней ниже, а также выплатить материальную компенсацию. Не было удовлетворено главное требование Мирзоева – об увольнении из рядов вооруженных сил.

Но вместо выполнения решения суда министр по подложным документам понизил Дж.Мирзоева в воинском звании. И капитан 1-го ранга стал капитаном 2-го ранга. Это для того, чтобы появилась возможность его регулярных арестов (согласно уставу, капитан 1-го ранга аресту не подлежит).

Примечательно, что особый накал конфликт между опальным офицером и министром обороны приобрел после того, как Мирзоев в своих показаниях следственной группе (после убийства в феврале 1997 года академика З.Буниятова) упомянул о документах и материалах, компрометирующих руководство оборонного ведомства. Эти материалы находились у покойного академика и исчезли с его стола. Но впоследствии Дж.Мирзоеву удалось восстановить большую их часть.

Итак, министр получил возможность подвергать Дж.Мирзоева постоянным арестам. Причины арестов доходили буквально до абсурда: за то, что Мирзоев… не следит за своим здоровьем, за то, что он посещает центральную часть города и тому подобное.

Кассационная жалоба министра обороны была отклонена Бакинским городским судом в январе 1999 года. Таким образом, суд обязал министра выполнить решение Сабаильского суда, о котором говорилось выше. Трижды – в феврале, апреле и июне 1999 года – министру отправлялся исполнительный лист. Но министр просто игнорировал это, хотя прекрасно знал, что, согласно закону, за невыполнение решения суда гражданин может быть привлечен к уголовной ответственности.

Безнаказанность не только порождает беззаконие, но и благословляет вседозволенность. Именно в тот период, когда оборонным ведомством руководит Сафар Абиев, солдаты умирали от голода,а в свидетельствах о смерти военнослужащих появилась постыдная запись о причинах смерти – «алиментарная дистрофия». Напоминаем, что впервые понятие «алиментарная дистрофия» было введено советскими патологоанатомами в 1942 году – в осажденном, блокадном Ленинграде.

Основываясь на имеющихся у него документах, Дж.Мирзоев утверждал, что на фоне ужасающего положения военнослужащих особо циничным выглядело главное достижение руководства министерства обороны – хищения и казнокрадство в этом ведомстве сравнимы с бюджетом Азербайджанской Республики.

Буквально на следующий день после такого ошеломляющего заявления Дж.Мирзоева, военная прокуратура уведомила профессора, что в отношении него возбуждено уголовное дело за клевету и… разглашение военной и государственной тайны. Однако «клевета» оказалась правдой, а по другому пункту обвинения профессор Мирзоев четко обозначил следующую позицию – сведения, касающиеся здоровья человека, не могут быть ни военной, ни государственной тайной. Дело против профессора рассыпалось, но в отношении министра правоохранительные органы никаких мер не предприняли.

Тогда чаша терпения Дж.Мирзоева переполнилась, и он бросил вызов нашей юстиции, подав собственный иск в суд с просьбой о принятии мер в отношении министра обороны Сафара Абиева и о привлечении его к уголовной ответственности за невыполнение решения суда. Иск был принят, и слушание дела было назначено на 24 ноября 2000 года.

Именно в этот день опальный морской офицер, профессор Джан-Мирза Мирзоев был арестован. На этот раз его уже обвинили не в том, что он не следит за своим здоровьем, а в убийстве.

Видимо, нет необходимости сейчас вновь описывать ход процесса, который освещали практически все СМИ. Отметим только, что военное ведомство настолько переусердствовало в своем рвении «помочь следствию», что подкрепило обвинение показаниями… покойников, чем вызвало смех у присутствующих в зале представителей международных организаций и иностранных посольств.

Тем не менее, профессор Мирзоев был несправедливо осужден. Впрочем, какой справедливости можно было ждать от процесса, на котором председательствовал… тот самый следователь, который вел следствие по уголовному делу в отношении Дж.Мирзоева? Анекдотичность ситуации была усугублена еще и тем, в следующей инстанции (Апелляционном суде) судьбу приговоренного решал ныне надевший судебную мантию тот самый прокурор, сына которого Дж.Мирзоев отчислил из училища.

Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно. Уже больше трех лет профессор Дж.Мирзоев находится за решеткой, обвиненный в том, чего не совершал. А обвинен он был в подстрекательстве к убийству. Самое интересное, что уже вышли на свободу непосредственные участники убийства – и заказчик, и исполнитель. Зато «подстрекатель» (чья вина так и не была доказана) продолжает отбывать срок.

Была надежда на помилование. Но в состав комиссии по помилованию и сегодня входит министр обороны Сафар Абиев. И он, несмотря на требования Совета Европы, однозначно уверен в том, что освобождение узника совести и политического заключенного обернется лично для него неприятностями. Поэтому С.Абиев занимает вполне определенную позицию в вопросе о помиловании Дж.Мирзоева. Судя по всему, он всеми силами постарается не допустить выхода опального офицера на свободу.

Сколько еще продлится этот беспредел?..

ТОФИК РАДЖАБОВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 45, 24.01.2004

ЗАТМЕНИЕ

Некоторые ильхамолюбивые граждане постоянно обвиняют наш журнал в необъективном отношении к главе государства. Они не понимают, что пресса – это только отражение реалий. Степень радикальности издания определяется уровнем внутренней свободы журналистов и редактора. О том, что с главой государства у нас не все в порядке, пишет, к сожалению, не только «Монитор». Известный британский журналист, глава московского бюро журнала «Economist» написал статью, которую трудно назвать лояльной по отношению к азербайджанским властям. Мы посчитали нужным довести ее до сведения нашего читателя, хотя она, возможно, содержит уже известные вам факты. Но статья ценна тем, что это – взгляд со стороны.* * *

Прошлой осенью, незадолго до того, как фальсификации на парламентских выборах выгнали на улицу возмущенных граждан Грузии, что в конечном счете стало причиной отставки грузинского президента Эдуарда Шеварднадзе, в соседнем Азербайджане стал президентом Ильхам Алиев – сын человека, который до этого почти бессменно правил этой республикой (будучи первым секретарем ЦК компартии), за исключением одиннадцати лет, когда он был отозван для работы в Москве, а затем был отправлен в отставку.

То, что произошло в Тбилиси после двенадцати лет ядовитого постсоветского застоя, в Баку заставило задуматься многих. В Азербайджане после выборов нового президента были все предпосылки к тому, чтобы произошли подобные события.

Сейчас бизнесмены и международные эксперты отмечают, что Алиев-младший вполне мог бы использовать средства, получаемые от гигантских нефтяных депозитов Азербайджана, чтобы превратить страну в островок процветания на раздираемом войнами Кавказе. Кое-кто даже считает, что новоизбранный президент Азербайджана мог бы стать «местной версией» недавно избранного президента Грузии Михаила Саакашвили: молодой, популярный, энергичный лидер, заинтересованный в приобщении своей страны к европейским политическим и экономическим нормам. Самые оптимистичные наблюдатели даже обращают внимание на то, что, в отличие от Саакашвили, Алиев является ставленником правящей династии. А это означает, что он прекрасно знает, как, когда и где уместно использовать тайные маневры и закулисные интриги для достижения своей цели.

В любом случае, это всего лишь теория. Действительность же такова – Ильхам Алиев в данный момент кажется именно тем человеком, который, управляя страной, вполне может низвергнуть ее в пропасть.

Его отец был одним из самых квалифицированных и матерых функционеров бывшего Союза, однако Ильхам Алиев, в отличие от него, – неопытный и не желающий управлять президент, и эта его политика может иметь для него неприятные последствия. Он не способен обуздать мощные фигуры из окружения своего отца, которые держатся за свои «теплые места», полученные ими от Алиева-старшего.

Что особенно ухудшает ситуацию – Ильхам Алиев, судя по его первым шагам, продолжает политический курс отца на репрессии. Эта стратегия может иметь очень серьезные последствия и привести страну к исламскому радикализму.

Гейдар Алиев стал президентом Азербайджана в 1993 году, сменив на посту предыдущего президента, который, столкнувшись с гражданским хаосом и все возрастающей войной с Арменией, призвал его вернуться и возглавить страну. Алиеву удалось стабилизировать экономику и добиться выгодных контрактов от крупнейших нефтяных фирм. Гроссмейстер геополитической шахматной игры, он сумел построить хорошие отношения с «большими странами», которые непосредственно заинтересованы в этом регионе – Россией, Америкой, Ираном, Турцией. Он также сумел добиться равновесия между конкурирующими трайбами правящей элиты Азербайджана, рвущимися к власти.

Но, несмотря на явные предпосылки к нормальному развитию страны, он так и не сумел добиться процветания Азербайджана. В его правление процветания достигли только нефтяной и газовый секторы. Но именно во время его правления коррупция разъела все государственные структуры и стала серьезной проблемой азербайджанского общества.

После того, как заболевший президент отправился на лечение, а затем «передал» все полномочия сыну, Алиев-младший победил на президентских выборах только благодаря тотальной фальсификации.

Тем не менее, многие аналитики и наблюдатели утверждают, что он был наиболее подходящим кандидатом в президенты из всех представленных. Главным аргументом, сыгравшим ему на руку, было то, что Ильхам Алиев является политиком новой волны, не отягощенным наследием советской эпохи. Он долгое время работал в Государственной нефтяной компании Азербайджана, управлял национальным Олимпийским комитетом, возглавлял делегацию Азербайджана в ПАСЕ.

«Он учитывает западное общественное мнение и влияние инвестиций, и понимает, что стране нужны кардинальные реформы, чтобы возродить экономику», – отмечает один из иностранных экспертов.

«Он был более активен, когда возглавлял азербайджанскую делегацию в СЕ и был вице-председателем ПАСЕ, тогда он не боялся обсуждать такие проблемы своей страны, как коррупция», – говорит сотрудник одного из банков. А президент университета «Хазар» Гамлет Исаханлы уверен, что Алиев-младший, который владеет несколькими иностранными языками и почти на 40 лет моложе своего отца, «хочет казаться лидером в европейском духе, а поэтому развращенная, недемократичная страна не будет соответствовать его имиджу».

Возможно, Азербайджан при Ильхаме Алиеве будет способен реализовать свой потенциал. В последующие 20 лет только одна нефть, по прогнозам, принесет 29 миллиардов долларов в казну государства. Государственный нефтяной фонд в настоящее время скупо выделяет часть дохода в казну, а остальное аккумулирует «на будущее». Но с этими деньгами атрофированный ненефтяной сектор экономики может получить развитие и процветание, подобное тому, какое было здесь во времена «нефтяного бума» столетие назад.

К сожалению, Ильхам Алиев не имеет политического опыта своего отца, который сам пробивал себе путь, поднимаясь по иерархической лестнице коммунистической партии от поста к посту.

Главной политической работой Ильхама Алиева до сих пор была должность заместителя лидера правящей партии, в значительной степени номинальная. В Баку многие считают его плейбоем, которого мало интересует работа. Один из служащих ГНКАР, чей кабинет находился рядом с офисом Алиева-младшего, вспоминает, что будущий президент в те времена часто приезжал на работу поздним утром, а уходил ранним днем. Этот же сотрудник часто замечал, что будущий президент любил играть в карты со своими телохранителями.

К тому же, Ильхам окружен хитрыми и упрямыми советниками своего отца. Они защищают собственные интересы, но в отличие от отца, который держал их в «железном кулаке», «Ильхаму Алиеву будет трудно обуздать их», – говорит независимый политический аналитик Лейла Алиева.

Фактически, Ильхам уже в долгу перед приближенными своего отца – именно они помогли получить ему президентское кресло, именно они следили за формированием избиркомов, в которые вошло большое число проправительственных ставленников, именно они не допустили к регистрации на президентские выборы больше половины кандидатов от оппозиции. Именно они привели его к власти.

Поэтому не удивительно, что Ильхам, придя к власти, не уволил ни одного из прежних близких друзей его отца.

И при этом он, кажется, совсем не заботится о развитии ситуации в стране. Министр обороны страны Сафар Абиев уже выступил с заявлением о том, что угроза войны станет весьма реальна, если военные формирования Армении не оставят Карабах. Это агрессивное заявление может привести ко второму вооруженному конфликту между двумя странами, подобному тому, который был в начале 1990-х годов.

Очень плохо и то, что Алиев-младший не предпринимает пока никаких мер противодействия коррупции, которая легла тяжким бременем на страну во время правления его отца. Азербайджан недавно вновь был помещен на одно из первых мест в ежегодном отчете Transparency International об индексе коррупции. Проблема состоит в том, что, как только деньги заканчиваются, реализуется новая партия нефти, деньги от нее поступают в государственный бюджет и опять пропадают в бездонной «черной дыре». Расходная и доходная части бюджета являются тайной, и есть вполне реальная возможность для «перекачивания» этих фондов президентом, который, как поговаривают, имеет решающее слово в распределении нефтяных денег (нефтяной правительственный фонд подотчетен контролирующему совету, но совет практически не имеет никакой реальной силы). К сожалению, Алиев-младший пока ничем не доказал, что способен изменить способ распределения «нефтяных» денег и хочет этого, – и это главная причина, почему коррупция остается такой глобальной проблемой для Азербайджана.

Самое опасное, что Алиев-младший не собирается ничего менять и в политической системе страны и вступать на путь либерализации и демократизации общества. Когда около пятнадцати тысяч человек после фальсифицированных президентских выборов вышли на улицы Баку, они получили в ответ на свои требования не грузинскую «революцию роз», а железный кулак. Пять тысяч из них столкнулись с полицией, арест сторонников оппозиции продолжался в течение многих недель. Тем временем, основная оппозиционная партия страны «Мусават» была выселена из своего офиса, а множество государственных служащих, по сообщениям, были уволены из-за того, что посмели на выборах голосовать против Ильхама Алиева.

Если Алиев-младший и дальше не будет стремиться к либерализации страны, то народные массы, сытые по горло поддельной демократией, могут перейти к радикальным мерам.

«Чувство отчуждения, неприятия существующего положения в настоящий момент очень распространено в обществе», – говорит Анар Ахмедов, директор учебной программы в университете «Хазар». Это может разжечь националистические настроения, которые могут спровоцировать новый виток напряженности в отношениях с Арменией. Это также может стать причиной распространения исламского фундаментализма. Хотя Азербайджан остается относительно религиозно умеренной страной, религиозная напряженность может и возрасти. Иранское телевидение стало очень популярным в стране в последнее время, а местные жители начали сравнивать Азербайджан с Узбекистаном, где политические репрессии послужили основанием увеличения сторонников религиозной партии Hizbut -Tahrir. И если Алиев-младший не сделает в ближайшее время радикальных перемен, Азербайджан может пойти нежелательным путем.

ГИДЕОН ЛИЧФИЛД

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 45, 24.01.2004