ТОРГУЮТ ВСЕ!

Граждане нашей страны прославились во всем мире и его окрестностях как люди, любящие и умеющие торговать. Торговля – наше призвание, смысл и образ жизни. Что наиболее интересно – торговлей у нас занимается практически вся страна. Даже те, у кого совершенно иная специализация.Каждый торгует чем может – тем, что плохо лежит, тем, что лежит хорошо, и даже тем, что вообще не лежит, а стоит. В нашей стране нет ничего, что нельзя было бы купить или продать. И надо отдать нам должное – мы торгуем даже тем, что вообще никогда и не при каких обстоятельствах не является предметом торга.

Мы торгуем самым дорогим, что у нас есть, и продаем его за такие гроши, что кому-нибудь другому это было бы обидно. Но только не нам. Мы – корифеи искусства в жанре «купи-продай», виртуозы торгашества.

Но, как и любой вид деятельности, торговля по-азербайджански подразделяется на несколько видов. Некоторые из них видны невооруженным глазом, другие – тоже видны, но от них стыдливо отводят глаза, третьи широким массам общественности вообще не видны, тем не менее, они есть и оказывают серьезное воздействие на общественную атмосферу.

А вообще торговля, по моему скромному разумению, делится на три вида: честная, нечестная и проституция. Последнюю я выделила особо, потому что с одной стороны расчеты в ней нечестными назвать нельзя, но с другой – назвать этот бизнес честным язык не поворачивается. Как ни странно, именно этот вид деятельности и превалирует в наших торговых отношениях на всех уровнях.

У проституции тоже есть собственные модификации. Она бывает женская, мужская, политическая, социальная, духовная. Попытаемся рассмотреть каждую из них отдельно.

ЖЕНСКАЯ

Это наиболее известный вид проституции, но отнюдь не самый распространенный (о самом распространенном речь пойдет ниже).

К сожалению, за годы независимости женская проституция у нас достигла прямо-таки небывалого размаха. И здесь не только те, кто стоит по вечерам у входа в гостиницы, сидит у стойки бара в ожидании клиентов. Эта деятельность получила в последние годы более широкое толкование.

Обычное объяснение проституции – это когда женщина вступает в половой акт и получает за это определенную сумму. А если платой являются не только деньги – проституция ли это? Безусловно. Женское тело стало у нас неким универсальным средством оплаты тех или иных услуг – подобно тому, как в России таким средством до недавних пор была бутылка водки или самогона.

Хочешь работать в инофирме – переспи с работодателем. Хочешь работать в зарубежном магазине – переспи с владельцем или главным менеджером. Хотя почему это мы только об иностранцах? Хочешь работать на популярном частном телеканале – возлюби его хозяина.

Более того, немалое количество вполне замужних дам ради пополнения своего семейного бюджета сознательно идут на занятие проституцией. Проводив мужей на работу, а детей – в садик или школу, они идут «на валик», говоря местным жаргоном. Но пикантность ситуации даже не в этом, а в том, что их супруги, поедая вечером блюда, которые никак нельзя приготовить на ту зарплату, которую они дают в семью, даже не задаются вопросом – откуда деньги? Возможно, что они примерно подозревают откуда, но делают вид, что ничего не знают – ради «сохранения чести» и удовлетворения своих немалых гастрономических потребностей.

Есть у нас и выездная проституция, о которой писали уже все, кому не лень. Наших «жриц любви» в Дубаи, например, очень много. Вот только стоимость их услуг – самая низкая среди проституток стран СНГ. Почему – непонятно. То ли у наших проституток чересчур заниженная самооценка, то ли за рубеж уезжают самые невостребованные, на которых даже у самого невзыскательного отечественного клиента не появляется желание.

МУЖСКАЯ

Есть у нас и проституты (назвать их мужчинами тоже язык не поворачивается). В их число входят не только гомосексуалисты, чьими клиентами являются мужчины, но и вполне гетеросексуальные особи. Их немного, но и у них есть своя клиентура. Некоторые одинокие (и даже замужние) бизнес-вумен и просто состоятельные дамы иногда не прочь ощутить молодое тело и щедро заплатить за это. В число таких юношей входят студенты вузов и даже старшеклассники. Впрочем, эта модификация у нас мало распространена – очевидно, в силу традиций.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ

Этот вид проституции у нас очень распространен. Это было наглядно видно в течение всего нынешнего года. А особенно проявилось после выборов президента. Тех, кто у власти, назвать политиками сложно. До недавнего времени в правящей элите был только один политик, имевший право называться таковым – Гейдар Алиев. Все остальные исполняли ритуальную ламбаду под его политическую дудку.

В оппозиции, как мне казалось, политики были. Но какие-то не слишком политические. Возможно, поэтому их нынешняя повальная торговля собой – что, собственно, и называется политической проституцией – ничего, кроме презрения и брезгливости, не вызывает. Конечно, крысы всегда первыми бегут с тонущих кораблей. Но ведь потому они и крысы, а не люди.

Впрочем, я не буду здесь рассматривать все перипетии политической жизни Азербайджана. Во-первых, это не моя специализация, а, во-вторых, наш журнал уже неоднократно и досконально освещал эти проблемы. Я хочу сказать о другом.

Когда проститутка торгует своим телом, она наносит вред только себе. Ну разве еще некоторым особо чувствительным членам общества. А вот когда политик торгует собственными убеждениями и национальными богатствами целой страны, то результатом его действий становится колоссальный вред для миллионов людей.

Наши власти ухитряются торговать даже военно-политическими интересами страны и ее территорией. Правда, пока объем продажи невелик – всего каких-нибудь 16 с небольшим процентов. Но разве они когда-нибудь останавливались на достигнутом? Как утверждает пословица, аппетит приходит во время еды. А их аппетит явно не соответствует размерам нашей страны.

Правда, следует оговориться, что в нашей стране высшие политики участвуют в проституции исключительно косвенно – исполняя роль сутенеров (выражаясь современным языком, менеджеров от проституции). Нашу страну имеют все, кому не лень, – и север, и юг, и восток, и особенно запад. Страна имеет от этого гроши, едва хватающие на пропитание и покупку дешевых тряпок. Львиную долю от этого общего промискуитета, как и всегда, получают сутенеры. Их имена вам известны.

СОЦИАЛЬНАЯ

Именно этот вид проституции и является у нас самым распространенным. В нем участвует почти все население. Кто-то торгует, например, своими талантами, но это еще не самый худший вариант.

Чиновники торгуют своим служебным положением, которое им продало государство. Каждая взятка, каждый случай коррупции – это элементарная проституция «не отходя от кассы», то есть от рабочего места. Педагоги и преподаватели торгуют оценками – это один из имеющих наиболее тяжкие последствия вид проституции. Он чреват повальным невежеством подрастающего поколения и воспитанием его в проституточном духе.

Медики торгуют жизнью и здоровьем пациентов. А поскольку, как говорилось выше, в вузе они выторговали себе дипломы, то цена жизни гражданина нашей страны, имевшего несчастье заболеть, становится практически бесценной – в обоих смыслах этого слова. С одной стороны, потому что не у каждого найдется количество денег, необходимое для лечения, а с другой – потому что жизнь не стоит и гроша.

Стражи порядка торгуют вообще всем, что им под руку попадется. Так что, не дай Бог вам попасться им под руку. Любого, кто принесет в полицию заявление на ближнего своего, встречают с распростертыми объятиями. Полицейские торгуют своей властью и своими правами поступать с гражданами так, как им захочется. А вот обязанность у них только одна – охранять власть от народа. Пока что это у них хорошо получается. То ли потому, что у них высок профессионализм, то ли потому, что на власть у нас не особо покушаются.

Можете найти хотя бы одну профессию, представитель которой не занимался бы торговлей? Вот и я не могу. Даже наша журналистская братия в последние годы буквально предлагает себя – не хотите ли купить? И ведь покупают. Кого-то подороже, кого-то – за бесценок. И тогда свободные волки демократии становятся домашними мопсами тирании. Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно – повторим мы вслед за классиком.

ДУХОВНАЯ

Это один из самых страшных видов проституции, поскольку ею занимаются те, кто по своему общественному статусу является носителем духовности – композиторы и певцы, писатели и поэты. Наша, извините за выражение, интеллигенция.

Они тоже торгуют собой – поют дифирамбы власти, получая за это свою долю: виллу, квартиру, машину, пост, хлебное место, возможность «навластвоваться всласть». Они воспевают несуществующие достоинства, затушевывают явные прегрешения и яростно охаивают всех, кто с ними не согласен. А самое страшное – они, в отличие от многих вышеперечисленных «деятелей от проституции», прекрасно понимают – то, что они делают, есть самая настоящая проституция. Именно поэтому они с таким остервенением кидаются на тех, кто им об этом говорит, – правда сильнее колет глаза тому, кто ее осознает.

Вот и получается у нас вполне по-ленински: «Из всех видов торговли для нас наиважнейшим является проституция». А единственное, что при всем этом удивляет – почему мы, сделавшие торговлю образом жизни, так и остаемся бедняками? Может, именно потому, что проституция, в отличие от торговли, никогда не дает возможности по-настоящему разбогатеть?..

БЭЛА ЗАКИРОВА

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 39. 22.11.2003

ТЕОРИЯ ПОРАЖЕНИЯ

Тяжела доля азербайджанской оппозиции. Сегодня они вспоминают афоризмы классиков и, прикрываясь историческими примерами, объясняют свое поражение: «мы страшно далеки от народа!», «нас не поняли!, «мы опередили свое время!». Вождь мирового пролетариата в свое время удачно сравнил такие откровения с попыткой оправдать свою несостоятельность.ИЛЬХАМ ЖИВЕЕ ВСЕХ ЖИВЫХ

Азербайджанская оппозиция пережила трагедию, вернее – фарс. И повинна в этом не только власть, хотя Г.Алиев и его команда создали такие условия, при которых подавляющее большинство населения было настроено на смену власти.

Но не оппозиция, а Г.Алиев и его коррумпированные чиновники создали в Азербайджане предреволюционную ситуацию. Оппозиции оставалось лишь воспользоваться сложившимися реалиями и взять власть в свои руки.

Не вышло! Оппозиционные лидеры сделали все, чтобы Семья удержала бразды правления. Проигнорировав исторический опыт борьбы с диктатурой и отбросив в сторону все рекомендации пособий Народных фронтов, оппозиция положилась на волю судьбы. А судьба оказалась индейкой.

Впервые за всю историю мировой антиправительственной борьбы, лидеры оппозиции возложили ответственность за судьбу государства на избирателей.

Оппозиция понимала, что избранный путь приведет к краху не только ее, но и все демократическое движение. Почему же был избран этот путь? Либо во главе движения стояли ограниченные люди, не понимавшие тонкостей политических процессов, либо эти политики, действуя согласно директивам власти, намеренно пилили собственный сук? Скорее всего в ближайшее время на этот вопрос будет получен исчерпывающий ответ.

Но, так или иначе, а демократический процесс в Азербайджане отброшен на пять лет назад. Будем надеяться, что биологический детерминизм наших оппозиционеров остался в прошлом, и на сей раз новое движение не будет настраивать общество на ожидание смерти президента. Ильхам Алиев уже пережил пиковый период для инфаркта миокарда. А ждать, пока он заработает цирроз, придется долго.

ПРИЯТНОГО АППЕТИТА!

Общество считает, что победить даже эту власть и даже этого президента будет гораздо сложнее, чем было бы отправить в отставку Г.Алиева.

Дело в том, что при борьбе с диктатором все общественные и человеческие ресурсы были мобилизованы до конца – гиганта можно победить лишь с помощью борьбы, равноценной его масштабу. Но сейчас и ситуация и настрой общества резко изменились. Жестокое подавление октябрьского мятежа негативно отразилось на протестном электорате, ибо даже он – последний оплот борьбы с диктатурой – потерял остатки надежды на вероятность крушения мафиозной системы.

В ближайшие годы трудно рассчитывать на организацию массовой борьбы. В этих условиях даже большевики вряд ли смогли бы восстановить революционную ситуацию. У оппозиционно настроенных людях остались два выхода: либо превратиться в вассалов, питающихся объедками с шахского стола и строить свою политдеятельность на «острой критике экологической политики И.Алиева»; либо, избрав путь лидера эсеров Виктора Чернова, надеть кожаный пиджак, взять маузер и объявить войну преступному режиму.

Второй путь для борцов нашего сопротивления неприемлем. Терроризм ныне не в почете, и местных эсеров скорее свяжут с «Хезболлах» или Усамой бин Ладеном, чем с черновцами. Да и сами азербайджанцы воевать не любят.

Первые шаги оппозиции подтвердили наши умозаключения. Очередь оппозиционеров у кабинета Ильхама Алиева, просящих статус «острого и непримиримого критика экологической политики», очень напоминает очереди советских времен за колбасой или водкой. Здесь собрались сплошные демократы: и либеральные, и справедливые, и национально-независимые, и социальные. Еще никогда у дверей кабинета Алиевых не было столько демократии.

Но зачем они властям? У И.Алиева и своего мусора полно. К примеру, веселый и находчивый интернет-портал DAY.az на своих страницах поместил целый список претендентов на роль послушных мальчиков режима. Кого только здесь нет!

Оппозиция, получив пониже спины сильный удар кнутом, теперь лелеет надежду получить пряники. Что ж, приятного аппетита!

КТО СЛЕДУЮЩИЙ?

Среди противников режима только два политических лидера отказались от роли «мальчиков для битья». Иса Гамбар и Али Керимли не встали в очередь к кабинету. Хотя некоторые из соратников А.Керимли еще не совсем определились. Но речь не о малоизвестном Асифе Махмудове – советник председателя ПНФА, откомандированный в Центральную изВирательную комиссию и в лучших фронтистских традициях сдавший А.Керимли, уже определился.

А.Махмудов и представитель от ДПА Юсиф Багирзаде признали «победу» И.Алиева и поставили подписи под фальсифицированным протоколом. Взамен Ю.Багирзаде получил благожелательное отношение властей, а А.Махмудов – подержанный «Мерседес» и денежную компенсацию на покупку пряников. Сочтя членство в ПНФА дыркой от бублика, А.Махмудов променял убеждения на сам бублик.

До сих пор остается неясной и позиция Гуламгусейна Алибейли, который на заседаниях ПАСЕ всегда выбирает роль тени И.Алиева.

Итак, главной проблемой вероятного лидера антиалиевского сопротивления А.Керимли продолжает оставаться неблагонадежность его соратников. А как показывает опыт, политическая партия с ярким лидером, обладающим вотумом доверия населения, но не опирающимся на прочную и популярную в народе политическую команду, больше напоминает театральную декорацию, чем серьезную политическую силу.

Оппозиция обязана отказаться от теории поражения, которая обусловила ее крах в борьбе с Семьей. Для нее жизненно важно выработать новую эффективную программу действий, которая в самое ближайшее время реанимирует оппозиционных лидеров и создаст новые условия для деятельности партий.

Что же должны сделать И.Гамбар и А.Керимли – два непримиримых конкурента-нацдека, которые волею судьбы обязаны объединить усилия для возрождения сопротивления? Какие уроки они должны извлечь из поражения и спасти себя от череды новых неудач?

ТЕЗИС ПЕРВЫЙ – АГИТПРОП

Они должны пересмотреть свой пропагандистский курс. В течение последних лет нас убеждали в том, что падение власти – закономерный итог исторического процесса. Население было полностью подготовлено к крушению алиевщины. А этого не случилось.

Стержнем пропагандистской и агитационной деятельности должен стать следующий тезис – эту власть можно победить, но путь к этому идет через серьезную борьбу.

ТЕЗИС ВТОРОЙ – ФРОНТ ВСЕГО НАРОДА

Оппозиция до сих пор ошибочно полагала, что вопрос власти решается исключительно на президентских выборах. Грузинские уроки утверждают обратное. Необходимо вести последовательную борьбу и на муниципальных, и на парламентских выборах, бороться за каждое депутатское место и тем самым – за усиление политического влияния.

Если бы в 2000 году после парламентских выборов И.Гамбар дал серьезный бой властям и поборолся за места в парламенте, то в преддверии выборов-2003 оппозиция смогла бы достичь кульминационной точки в решающей схватке октября 2003 года.

ТЕЗИС ТРЕТИЙ – БАКУ – КОЛЫБЕЛЬ РЕВОЛЮЦИИ

К сожалению, ни И.Гамбар, ни А.Керимли не воспринимаются населением столицы. Баку – их ахиллесова пята. Хотя судьба власти решается именно на площадях колыбели революции. Оппозиция должна пересмотреть свою политическую команду, собрать в руководстве движения яркие личности, уделять особое внимание работе с русскоязычным населением.

ТЕЗИС ЧЕТВЕРТЫЙ – ИНТЕРРЕГИОНАЛИЗМ

Удар по партии «Мусават» нанесла и крикливая агиткампания ее лидеров, направленная против представителей правящего региона. За И.Гамбаром закрепился образ главного и непримиримого врага клана. В результате это привело к отчуждению политически самого активного региона от «Мусавата». В преддверии выборов И.Гамбар попытался исправить положение и провел серию встреч с представителями Нахичевани. Но стереотип существует, и обязанность оппозиции – разбить его.

По сути попытка И.Гамбара объединить под своими знаменами весь антирегиональный электорат и направить его против правящего трайба обернулась провалом.

ТЕЗИС ПЯТЫЙ – ДЕНЬГИ РЕШАЮТ ВСЕ

Как показала избирательная кампания, определяющим фактором в политборьбе продолжает оставаться финансовый ресурс. Именно он дает доступ на телеканалы – главное оружие пиар-кампании, возможность создать мобильную партию и готовить сторонников не к беспорядкам, а к кампании протеста. Но внутренние источники финансирования оппозиции полностью ограничены влиянием власти. Оппозиция обязана прибегнуть к любым методам, чтобы обеспечить себя финансовыми поступлениями.

ТЕЗИС ШЕСТОЙ – РАСКОЛ ЭЛИТЫ

Лидеры оппозиции должны начать активную работу с представителям правящей элиты. На март-апрель 2004 года И.Алиев планирует дворцовый переворот, когда партфункционеров потеснят комсомальчики. Обиженные олигархи могут пойти на сотрудничество с оппозицией, чтобы наказать неблагодарного, который именно им обязан своим престолом. Грядущие пертурбации неминуемы. Оппозиция должна быть к ним готова.

ТЕЗИС СЕДЬМОЙ – «ВЕЛИКАЯ РУСЬ»

Россия сильно усиливает свои позиции в регионе. В вопросе формирования власти – как в Азербайджане, так и в Грузии – Кремль избрал наилучший принцип политического планирования: «лучший президент – это наш президент». Поэтому указующий перст В.Путина остановился на И.Алиеве, ибо РФ не могла допустить к власти нацдеков, фонтанирующих антироссийскими проклятиями. Ошибка оппозиции в том, что она и не пыталась работать с Россией. Лидеры замкнулись на сотрудничестве с Западом и их демократическими институтами, которые на выборах их и предали.

Точно так же они предали в свое время царя и Россию. Душевные истязания наших оппозиционеров напоминают белогвардейскую эмиграцию. Вначале непримиримые противники большевизма, предрекая скорую и неминуемую гибель красных, каждый божий день готовили себя к спасению Отечества. Но каждый день гражданской войны и красного террора отдалял их от победы. Вот-вот, еще чуть-чуть, осталось совсем немного… Но красное кольцо вокруг белых сжималось все плотнее и плотнее. Наконец они потеряли Россию.

Но вера продолжала жить, поскольку они считали, что нарушены законы мироздания. Затем все скопом дружно ждать скорой смерти безнадежно больного Ленина. Разгромленные спасители Отечества, хватаясь за последнюю соломинку, с нетерпением ожидали «вестей с Воробьевых гор». Но вождя погребли в Мавзолее, а система продолжала крепнуть. Жизнь превратилась в ад, а смерть стала избавлением от душевных терзаний.

ЭЙНУЛЛА ФАТУЛЛАЕВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 39. 22.11.2003

ГРАНИ ГРУ…

Ситуация в Грузии продолжает оставаться в центре внимания мировой общественности. Парламентские выборы спровоцировали серьезный политический кризис. Наверное, самый серьезный из всех за новейшую историю этой страны. Пожалуй, еще никогда за всю «эпоху Шеви» не было столь серьезных оснований, чтобы утверждать – Грузия на грани гражданской войны.Сидя в Баку, очень трудно понять причины, вызвавшие кризис, так же как невозможно узнать – кто прав и кто виноват.

Поездка в Грузию оставила двойственное впечатление. Слишком много схожего в политических процессах, протекающих в наших странах, но имеющихся отличий достаточно для того, чтобы ситуация изменилась самым неожиданным образом. Но одно со щемящей болью в сердце я понял и был вынужден признать – в отличие от нас, грузины готовы биться за свою свободу до конца. В этом меня убедили многочисленные встречи и беседы, проведенные в Грузии – такой близкой и такой далекой.

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

В центре политического скандала, развернувшегося в Грузии, парламентские выборы. Сюжет незатейлив и прост. Правящий режим хочет таким и остаться, а оппозиция хочет его сменить. Шеварднадзе, воодушевленный примером «старшего брата и друга» Гейдара Алиева, решил, что «главное не то, как голосуют граждане, а то, как их голоса будут подсчитаны».

Эту гениальную мысль, пришедшую в голову грузину Сталину, легко было понять и другому грузину. Тем более, что выборы в Азербайджане показали политическую целесообразность подобных фальсификаций, построенных на принципе «ЦИК не выдаст, Запад не съест». Интересы оппозиции никого не волнуют, главное – объяснить всем, что в случае прихода к власти оппозиционеров страну ждет нестабильность. И тогда все станет на свои места. Испуганное население проголосует, испуганный Запад подтвердит и… аллилуйя!

Но то, что относительно гладко прошло в Азербайджане, в Грузии не получилось. Оппозиция получила больше голосов, чем ожидалось. Пришлось идти на тотальные фальсификации. Грузинские эксперты подсчитали, что в Аджарии – регионе, где права граждан не соблюдались, если принять во внимание официальные итоги голосования (они, как известно, дали 90 процентов голосов партии сторонников Абашидзе) голосующие делали выбор со скоростью 8 секунд.

Не сильно уступало аджарским спринтерам и население азербайджанских регионов Грузии – там средняя скорость составила 18 секунд. В результате властям удалось получить в парламенте незначительный перевес.

Оппозиция разделилась. Умеренные лейбористы и их союзники согласились с итогами голосования, то время как наиболее радикальная часть оппозиции – «Саакашвили – Национальное движение», и «Бурджанадзе – Демократы» – создали политический союз и начали кампанию неповиновения.

В время пребывания в Грузии мне довелось наблюдать и за действиями непримиримых оппозиционеров, и за действиями их противников. Как это ни странно, в политические лидеры власть выдвинула Аслана Абашидзе – крайне авторитарного лидера Аджарии, партия которого заняла второе место.

Наблюдая за тем, как сторонники Абашидзе приезжают на автобусах стройными колоннами в Тбилиси для защиты Шеварднадзе, я невольно вспоминал начало 90-х, когда такими же стройными толпами везли нахичеванцев на поддержку Гейдара Алиева. Но в Грузии все гораздо сложнее, потому что обе стороны конфликта там вооружены до зубов.

Митинги оппозиции собирают больше народу, чем организованные митинги властей. На них собирается разноликая публика – в основном молодежь и интеллигенция. Много студентов и преподавателей вузов. На мой вопрос – не боятся ли они быть исключенными за политическую деятельность из вузов? – в ответ недоумение: кто будет исключать, если преподаватели все здесь. Даже ректоры вузов и те стоят на площади, мотивируя свой выбор тем, что не могут оставить своих студентов. Ректор в Грузии – должность выборная, а потому они практически независимы от правительства.

Среди приверженцев обеих сторон сразу бросаются в глаза боевики. Их быстрый волчий взгляд и оттопыривающиеся левые предплечья говорят о том, что обе стороны готовы к крайним мерам.

Шеварднадзе явно не ожидал такого отпора, и это чувствуется. Старый лис растерян, голос его дрожит. В своем традиционном радиообращении к народу он стал призывать всех к спокойствию. Первым делом Шеварднадзе поблагодарил всех за выдержку, а сторонников оппозиции – за то, что они защищают свои конституционные права. Этакий монолог грузинского кота Леопольда. Я первый раз слышал, как благодарят политических противников. Это говорит либо о великодушии (в чем Шеварднадзе подозревать сложно), либо об откровенной слабости.

«Они требуют моей досрочной отставки, – сказал Шеварднадзе. – Но разве я диктатор? Разве я Милошевич или Саддам Хусейн?» Имени соседнего диктатора, своего друга и брата он так и не назвал. Хотя мог бы. Он действительно не Гейдар Алиев, потому что за прошедшие годы не смог взять под тотальный контроль все сферы общества, как это сделал его «лепший друг». Это прекрасно видно на примере СМИ, в особенности – электронных.

В Грузии множество телеканалов, и степень их зависимости от властей различна. Но самый «смотрибельный» из телеканалов – «Рустави-2″ – однозначно независим. И это превратило его сегодня в основной гарант демократии. У этого канала сложная история, но одно вызывает бесспорное уважение – его непродажность. За несколько месяцев до выборов власти предложили руководству канала чендж. Взамен лояльности на время выборов им дарили сеть вещания ОРТ (в Грузии этот канал закрыт, а его место пустует). Получив эту сеть, канал «Рустави-2″ имел бы возможность вещать по всей Грузии. Но его владельцы отказались от сделки, заняв независимую позицию.

Ах, как разнится эта позиция с позицией азербайджанских телеканалов, претендующих на статус «независимых», а на деле являющихся лакеями властей! Почему у нас все только и ищут возможность продаться власти? И кто виноват в том, что мы не имеем независимого телевидения: сами телевизионщики, продавшие свободу слова за кусок хлеба с маслом и черной икрой, власть, понимающая силу электронных СМИ и уничтожающая уже в зародыше неподконтрольные телеканалы, или сам народ, не желающий защищать свободу слова?

Сегодняшняя непримиримая и неподкупная позиция «Рустави-2″ – во многом итог той общенациональной акции, когда вся Грузия встала на защиту этого независимого ТВ. Имея такую поддержку, как независимый телеканал, грузинская оппозиция может совершенно спокойно наращивать давление на власть. Тем более, что на ее стороне и поддержка западных стран, которые открыто принуждают Шеварднадзе к поиску компромисса.

ЗДЕСЬ ВАМ НЕ РАВНИНА, ЗДЕСЬ КЛИМАТ ИНОЙ

И это резко контрастирует с соглашательской позицией Запада в Азербайджане. Видимо, запах нефти отбивает у западного человека всяческую любовь к демократии.

В Грузии все западные посольства занимаются тем чем, собственно, и должны заниматься – пытаются сохранить стабильность в стране при соблюдении демократических прав и свобод граждан. Представители ОБСЕ, Совета Европы в открытую призывают Шеварднадзе идти на компромисс. При этом они встречаются с лидерами радикальной оппозиции.

В Азербайджане этого, увы, не происходило, и это не единственное отличие. Западные СМИ ситуацию в Грузии описывают совершенно иначе, нежели ситуацию в Азербайджане. Лидер грузинской оппозиции Михаил Саакашвили получает в прайм-тайм постоянное место в новостях СNN и других мировых телевизионных агентств. Несмотря на весьма радикальную позицию Саакашвили и его сторонников (самый ультрарадикальный лидер нашей оппозиции по сравнению с ним ягненок), Запад ведет с ними диалог, пытаясь убедить их в пользе компромисса.

«Двойные стандарты!» – скажет читатель и будет, несомненно, прав. Они на каждом шагу. К примеру, у нефтяной компании BP, которая в связи с прохождением трубопровода БТД по территории Грузии весьма активна в этой стране. Так вот, ее руководство не лоббирует Шеварднадзе, как они лоббировали И.Алиева. А с грузинским общественным мнением ВР ведет целенаправленную работу, с тем чтобы постоянно объяснять преимущества, которые получит Грузия от прохождения Трубы. Недовольные экологи и журналисты регулярно приглашаются в штаб-квартиру ВР, где им разъясняют преимущества проекта.

А отношение ВР к гражданам Грузии, проживающим в населенных пунктах вблизи Трубы, вообще выше всяких похвал. Их всячески обхаживают. В каждом таком населенном пункте созданы «клубы дружбы местного населения с ВР». В общем, ВР создает имидж полноценной заботы о населении Грузии.

Интересно, а почему ничего подобного не происходит у нас? Вместо заботы о населении Азербайджана – наплевательски высокомерное отношение чиновников ВР. Руководство компании, конечно, может заявить, что это не так, и в качестве подтверждения показать множество отчетов о спонсируемых ими концертах и проплаченных конференциях НПО. Но почему никому в этой стране об этом не известно?

А потому, что все мероприятия ВР в Азербайджане давно превратились в междусобойчик избранных. И широкой общественности абсолютно неизвестна благотворительная деятельность ВР. Вот это и есть «двойные стандарты», когда, живя в своей стране, мы ничего не знаем о том, как компания, которой власть дала право распоряжаться нашим национальным достоянием – нефтью, заботится о гражданах этой страны. Зато, пробыв неделю в Грузии, на каждом шагу встречаешься с результатами отеческой заботы ВР.

Двойные стандарты Запада убивают надежду в нас, но дают надежду грузинам. На то, что в их стране произойдут позитивные изменения.

НОВЫЙ ЛИДЕР

У грузинской оппозиции появился новый лидер. Михаил Саакашвили молод, ему всего 36 лет. На постсоветском пространстве это возраст даже не политического юноши, а ребенка. Но несмотря на это, у него за плечами большой политический путь.

До этих выборов он был просто одним из лидеров оппозиции, в результате их он стал первым среди равных, но после выборов своей острой и бескомпромиссной позицией он однозначно завоевал место лидера грузинской оппозиции.

Отношение к нему со стороны простых грузин двоякое – либо восторженное, либо резко негативное. И на то, и на другое у них есть свои основания.

Его политический путь очень напоминает путь раннего Ельцина. Общегрузинскую популярность он получил, став одним из самых молодых министров – министром юстиции. Его реформы были оригинальны и хотя не всегда успешны, но имели широкий общественный резонанс. Впрочем, достижения были очевидны: тестирование полицейских привело к резкому снижению их числа, а судебная реформа привела к тому, что судебная система Грузии стала одной из самых независимых в СНГ.

С шумом покинув пост министра, М.Саакашвили ушел в политику, создал собственную партию и выиграл выборы в муниципальный совет Тбилиси. На посту председателя городского совета он проявил свой фирменный стиль – большое количество популистских мер, имеющих слабое значение, но дающих прекрасную репутацию. На одном из заседаний он бросил в лицо Шеварднадзе: «Коррупция непобедима до тех пор, пока вы у власти, потому что вы и ваше окружение провоцируют коррупцию».

В ходе последних парламентских выборов ярко проявился политический талант Саакашвили. Его недостатки и те работали на него. Он импульсивен, даже можно сказать, горяч, но людям импонирует эта импульсивность. Они готовы терпеть его, потому что грузинское общество хочет перемен, а Саакашвили их обещает.

Саакашвили – личность яркая, но не очень уравновешенная, это видно во время выступлений – он зачастую срывается, и в его голосе появляются истеричные нотки. Этим он напоминает революционных лидеров начала прошлого века.

О том, что Саакашвили еще до выборов был главным оппонентом властей, говорит и тот факт, что именно на него был обрушен главный удар их пропагандистской машины. Используя то, что в названии его партии есть слово «национальный», проправительственная пресса стала именовать его и его сторонников «нацистами» и пугать его образом национальные меньшинства, сравнивая Саакашвили с Гамсахурдия, что вызывало у населения национальных окраин нервозную реакцию.

Именно нацменьшинства должны были сыграть роль социальной опоры властей. Шеварднадзе с треском проиграл в Тбилиси и в регионах, где грузинское население составляет абсолютное большинство. В то же время он взял реванш в Аджарии и Квема Картли – регионах, где его пропаганда достигла успеха и население которых политически индифферентно.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ КАРТА

Говоря о политической индифферентности, в первую очередь стоит сказать о наших соотечественниках, проживающих в Грузии. Азербайджанцев в Грузии много и, несмотря на большой отток последних 10 лет, они составляют значительную часть населения Грузии.

Грузинские азербайджанцы либо голосовали за власти, либо не голосовали совсем (в этом случае за них голосовали власти). Все встреченные мной в Грузии азербайджанцы объясняли свое редкое политическое единодушие, с которым они проголосовали против Саакашвили, тем, что он армянин и его настоящая фамилия Саакян. Хотя, как ни странно, но армяне, проживающие в Джавахетии, тоже голосовали против него, объясняя свою позицию тем, что он – грузинский националист, и отдав свои голоса блоку «Бурджанадзе – Демократы», поскольку в этом блоке решающую роль играет Жвания, про которого официально известно, что его мать армянка. Что самое интересно – блок Жвания набрал в азербайджанских районах больше голосов, чем блок Саакашвили.

Власти на полную катушку использовали страхи национальных меньшинств, убеждая их в том, что только власть, какой бы плохой они ни была, в состоянии обеспечить их безопасность. Сказалась и позиция исторической Родины, сделавшей ставку на сохранение режима Шеварднадзе, не сознавая, что его время истекло. Точно так же и в Азербайджане национальные меньшинства поддались на пропаганду властей, посчитав, что из двух зол следует выбрать то, которое больше знакомо.

Одно мне стало абсолютно очевидно – у азербайджанцев в Грузии весьма сомнительные перспективы. К большому сожалению, наши соотечественники почти не интегрированы в идущие в Грузии политические да и общественные процессы. Многие из них выступают с классической азербайджанской социально-изоляционистской позиции. В результате чувствуется их оторванность от идущих в Грузии процессов.

При встречах с соотечественниками невозможно не заметить, что они отличаются от общегрузинской массы. Все встреченные мною грузины открыто говорили, за кого они голосовали, и не боясь объясняли причины своего волеизъявления. Но ни один из встреченных азербайджанцев так и не смог толком объяснить причины своей политической позиции.

Азербайджанцы уезжают из Грузии не только потому, что их права нарушаются, а еще и по тем же причинам, по которым миллионы других наших соотечественников покидают Азербайджан, – в поисках лучшей доли, в поисках более благополучного общества. Это вечный отток из деревни в города, мало связанный с политическими катаклизмами.

Тбилиси – не азербайджанский город. Так уж получилось, что на всем постсоветском пространстве у азербайджанцев всего один национальный город – Баку. Сюда стекались и будут стекаться все наши соотечественники, осуществляя «бросок на асфальт».

УРОК СВОБОДЫ

Грузия на пороге гражданского противостояния. Оппозиция не хочет уступать, у нее есть вооруженные сторонники. Но не хотят уступать и власти.

Если победит оппозиция, то ситуация изменится кардинально. По крайней мере вся грузинское чиновничество окажется за решеткой. Поэтому правящая элита мечется в поисках «сильной руки».

У Шеварднадзе появился новый сторонник – Аслан Абашидзе. Все, что удалось услышать об этом человеке, лишь подтверждает – перед нами уменьшенная копия Гейдара Алиева. Он правит Аджарией так, как Гейдар Алиев правил Нахичеванью, а затем Азербайджаном. Он может сотни раз говорить о том, что не хочет быть президентом, но его жажда власти все равно приведет его к этому решению. Он уже играет в общегрузинские игры, пытаясь подставить плечо поскользнувшемуся Шеварднадзе – он надеется занять его место.

Механизм престолонаследия по-азербайджански для всего постсоветского пространства – хороший стимул. Многие, с кем пришлось мне встречаться в эти дни в Грузии, говорили – не будь азербайджанского примера, ситуация была бы совсем иной.

Но в Грузии приход наследника может привести к глобальной и тотальной гражданской войне. Грузинское общество значительно дальше нас продвинуто в демократических реформах. Сказалось многое – и менталитет, и личность Шеварднадзе, который так и не смог взять под полный контроль все идущие в обществе процессы. В стране есть реальная, а не виртуальная оппозиция, которая неоднократно скрещивала оружие с властью и имеет богатый опыт политических боев.

Грузинская оппозиция, в отличие от нашей, не сидела и не ждала, когда Шеварднадзе уйдет. Она участвовала во всех выборах и на всех, даже самых малозначительных, давала бой властям. Нынешнее противостояние – не исключение, и даже если ситуацию удастся урегулировать с позиций гражданского мира, то власти Грузии получили такой урок, что вряд ли посмеют на президентских выборах повторить свои политтехнологические трюки с подсчетом голосов.

В стране существует хоть и неполное, но разделение властей, и суд в Грузии – не подстилка исполнительной власти. Экономика страны не монополизирована, а олигархами являются не обязательно чиновники. И все это вместе дает шанс стране на то, что она не скатится к авторитаризму. Самым главным гарантом этого является грузинский народ.

Уезжая из Грузии, я услышал заявление председателя национального гостелевидения. В ответ на обвинения со стороны Шеварднадзе о том, что Национальное телевидение недостаточно активно защищало интересы правящего режима, он бросил в ответ: «Национальное телевидение не обязано защищать ваши личные интересы, господин президент!». И написал прошение об отставке.

Вот тогда я окончательно понял, что нас так сильно отличает. В тот день, когда Низами Худиев сможет таким образом ответить Ильхаму Алиеву, все мы можем надеяться, что наше общество готово сказать «нет» диктатуре.

А пока нам остается сидеть и смотреть, как свою свободу отстаивают другие. Видимо, судьба у нас такая – быть безучастными наблюдателями того, как кто-то становится свободным.

Ш.АЛИЕВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 39. 22.11.2003

Охотник на лиса. Эльмар Гусейнов

Ситуация в Грузии разворачивается стремительно Происходящее там можно смело назвать революцией. У революций всегда много баррикад, но главная дуэль идет между лидерами. Сегодня «старому лису» Эдуарду Шеварднадзе бросил вызов один из самых молодых политиков на постсоветском пространстве. Несмотря на молодость, он уже породил вокруг своей фигуры множества мифов и слухов. Его называют «новым Гамсахурдия» им пугают общество, но в то же время именно за ним идет молодое поколение страны. Если бы президентские выборы в Грузии состоялись сегодня то на них однозначно победил бы именно он.В Азербайджане о нем практически ничего не известно, наши СМИ тиражируют штампы грузинской официальной пропаганды и слухи об его армянском происхождении. Одно можно сказать уверенно – это политическое завтра Грузии. Сегодня собеседник «Монитора» – руководитель блока «Национальное движение» МИXАИЛ СААКАШВИЛИ.

«МЫ ХОТИМ ВЕРНУТЬ ГРУЗИЮ ВСЕМУ НАРОДУ»

- Хочу начать с вопроса, который наверняка набил оскомину, но более всего интересует читателей в Азербайджане. У нас распространено мнение, что вы армянин и ваша настоящая фамилия Саакян. Правда ли это?

- Я не менял своей фамилии, и она у меня та же, что и у нескольких поколений моих предков. Саакашвили – довольно распространенная в Грузии фамилия, и среди всех Саакашвили трудно обнаружить армянина. Это очередной пропагандистский штамп, который придумал Шеварднадзе, чтобы грузинские азербайджанцы не голосовали за меня, Дожив до 30 лет, я и не подозревал о своих «армянских корнях», но стоило мне стать в оппозицию к нынешней власти, как он распространять обо мне эти слухи. Кстати среди армян наоборот о том, что я – грузинский националист и выселю их из Джавахети. В Турции тоже распространяется слух о моем «армянском происхождении» и о том, что я ненавижу Турцию и турков, и если стану президентом, то буду проводить враждебный Турции курс. При этом они опускают тот факт, что моя мать – известный в Грузии тюрколог, поэтому я воспитан в уважении к турецкой культуре.

- Но ваша партия называется «Национальное движение», и это позволяет властям называть вас нацистами…

- В слово «национальное» я вкладываю не советское, а западное содержание. То есть, «национальными» мы считаем все проживающие в Грузии народы. Мы считаем, что все граждане Грузии, вне зависимости от этнической принадлежности, должны иметь равные права. Мы граждане одной страны и ее интересы для нас имеют первостепенное значение. Поэтому мы пошли на выборы с лозунгам «Вернем Грузию». Но заметьте не «вернем ее грузинам» Мы призываем вернуть страну и ее богатства народу, каждому гражданину. Именно с этой идеей мы пошли на выборы, и их результаты подтвердили, что нашу позицию разделяет большинство граждан.

- Сегодня существует множество версий того, как прошли выборы в парламент. Как вы оцениваете итоги прошедших выборов?

- Эти выборы стали настоящей революцией. Во всех крупных городах, где мы смогли не допустить фальсификаций, мы получили абсолютное большинство голосов. Ни одна политическая партия в новейшей истории Грузии не получала столько голосов. А это означает только одно – люди хотят перемен. Грузия нуждается в безотлагательных реформах. В первую очередь это касается борьбы с коррупцией. За все время правления Шеварднадзе ни один чиновник не был наказан за коррупцию. В результате коррупция превратилась в бич национальной экономики, И если сегодня не принять радикальных мер, то коррупция уничтожит страну.

Коррупция везде имеет одни и те же корни, но если в Азербайджане это покрывается тем, что страна ваша очень богатая, то в Грузии это наносит смертельный удар по самому государству. Поэтому люди голосовали за то, чтобы спасти страну, Они голосовали за силу, способную осуществить эти реформы. И наша заслуга в том, что мы смогли их убедить в этом.

К сожалению, были фальсифицированы выборы в Аджарии и, что особенно огорчает, в регионах компактного проживания азербайджанцев, Там правительство устроило настоящий прессинг, и поэтому большинство предпочло не идти на выборы вообще, а власти использовали их голоса для фальсификаций.

«АЗЕРБАЙДЖАНЦЫ – НАЦИОНАЛЬНОЕ БОГАТСТВО ГРУЗИИ»

- Но азербайджанцы могли проголосовать против вас и из-за устойчивых слухов о вашем «армянском происхождении». Быть может, они просто поверили пропаганде властей?

- Это исключено, потому что наши наблюдатели сообщают обратное. К тому же, мы тоже не сидели сложа руки. Наша пропагандистская кампания строилась не на лжи, а на попытках убедить азербайджанцев в том, что они борются не за Саакашвили, а за свои права. За то, что им не дают землю, за то, что их дискриминируют в судах. В местных администрациях практически нет азербайджанцев. Поэтому мы предложили азербайджанцам реальную альтернативу: либо вы продолжаете жить без прав и земли, либо начинаете борьбу за свои права. А как только кто-то начинает бороться за свои права, он автоматически становится нашим союзником. Наши интересы совпадают, поскольку мы боремся за права всех граждан, вне зависимости от национальности.

Я уверяю вас, что многие азербайджанцы откликнулись на наш призыв. В моей команде много азербайджанцев, и я удивляюсь их стойкости и гражданской позиции. Прессинг на них в несколько раз сильнее, чем на моих соратников-грузин, но, несмотря на это, они продолжают борьбу. Поэтому я считаю азербайджанцев самыми последовательными своими сторонниками.

У нас есть неопровержимые данные, что многие азербайджанцы голосовали за нашу партию, Например, в Тбилиси есть район Ваке, где исторически проживают азербайджанцы, и я знаю, что 80 процентов из них проголосовали за нашу партию.

- Интересно, почему?

- В этом районе живут мои избиратели, которые голосуют за меня на протяжении последних пяти лет. Я пытаюсь им помочь, но каждый раз мои попытки натыкаются на сопротивление властей. Это касается и вопроса строительства мечети в этом районе, и открытия школы на азербайджанском языке и многих других вопросов. Они прекрасно видят, что я на их стороне, а правительство ущемляет их права. Я подчеркну, что это район, где проживает азербайджанская интеллигенция, и я считаю важным, что они проголосовали за нас.

Городские жители более интегрированы в общественную жизнь страны и поэтому их позиция более активная. Кстати, не только в Тбилиси азербайджанцы голосовали за нас. В центре Кахетии, в Телави мы победили с 50 процентами голосов, львиная доля которых принадлежит азербайджанцам – жителям села Караджалы. Традиционно оппозиция проигрывала в этом округе, потому что азербайджанцы поддерживали правительственных кандидатов. Но сейчас они смогли преодолеть нагнетаемый властями страх и проголосовали за нас, поэтому я считаю себя в особом долгу перед ними.

- Но все же очевидно, что азербайджанские регионы в основном проголосовали против оппозиции. Не приведет ли это к возникновению в будущем – в случае вашей победы – дискриминации азербайджанского населения?

- Этого не будет никогда. Мы понимаем, что это – не результат свободного волеизьявления азербайджанцев, а результат фальсификаций властей и их запугивания. Я скажу больше – ни одна власть, если только она не самоубийца, не станет затрагивать интересы азербайджанцев. Во времена Гамсахурдия грузинское общество получило огромную дозу прививки от национализма. Азербайджанцы – самые лояльные граждане нашей страны. К тому же они самые трудолюбивые граждане Грузии.

В качестве иллюстрации приведу пример. При посещении нами грузинских сел, когда бы мы ни приехали, люди охотно бросали работу и шли на площадь. А во время посещений азербайджанских селений нас предупреждали – позже 10 часов утра можете не приезжать, все на полях и работу ради политики никто не бросит, Работа азербайджанцев имеет стратегический характер для Тбилиси. Во времена Гамсахурдия были определенные притеснения азербайджанцев, и однажды ни один азербайджанец на базар не приехал, Так продолжалось три дня, и тбилисцы поняли – если не будет азербайджанцев, они умрут с голоду, Азербайджанцы – это национальное богатство Грузии, потому что они гораздо более трудолюбивы, чем. остальньа, жители страны. И любое государство просто обязано заботиться о таких гражданах.

Когда мы посещали азербайджанские села, то на встречу с нами приходили тысячи людей, и это еще раз доказывает, что официальная пропаганда потерпела крах. Но все голоса азербайджанцев были украдены, и сегодня мы боремся за их права.

- Говоря о проблемах азербайджанцев, я в первую очередь имею в виду их массовый отъезд. Причин много, но, на мой взгляд, главная – их неинтегрированность в общественно-политическую жизнь Грузии. У азербайджанцев нет политического лидера, они не имеют своих представителей в органах власти. Если грузинские власти хотели бы сохранить азербайджанцев в качестве полноценнык грамдан, а не сельхозработников, то они должны бь пи начать их интеграцию в грузинское общество и тем самым прекратить массовую миграцию. Как вы считаете, почему Шеварднадзе, твердящий на каждом углу, что он друг азербайджанцев, так этого и не сделал?

- Шеварднадзе не смог прекратить миграцию из страны не только азербайджанцев, но и грузин, и жителей других наций, Страну уже покинуло более миллиона граждан. Механизм выживания азербайджанцев мало чем отличается от механизма выживания грузин. На селе люди так и не получили землю. Ре выкупили в огромных количествах чиновники и их окружение, которые прщратились в латифундистов и теперь сдают землю в аренду. Мы предлагаем: давайте бороться против этого, добиваться, чтобы земля принадлежала тем, кто ее обрабатывает.

Но посмотрим, кто сегодня спекулирует азербайджанским фактором. Например, Мамаладзе – губернатор Квемо Картли – один из крупнейших землевладельцев. С одной стороны, он заявляет, что если не будет Шеварднадзе, то азербайджанцы объявят автономию. Странно, что это говорят не сами азербайджанцы, а он. Он что, большой друг азербайджанцев.

А с другой стороны, он уверяет азербайджанское население, что если Шеварднадзе уйдет, то азербайджанцев ждет депортация, и поэтому они должны терпеть, что им не дают землю, что у них нет возможности обратиться в суд, что им не дают права на образование, что у них нет собственных политических деятелей. В противном случае, говорит он, вас могут депортировать или вообще убить.

Это полная ложь, потому что никто не собирается этого делать. Я вас уверяю, что большая часть грузинского общества будет приветствовать активное вовлечение азербайджанцев в общественно-политическую жизнь страны. К примеру, у нас один из лидеров нашей партии Камал Мурадханов. Он один из лидеров грузинской оппозиции, и когда мы едем даже в отдаленные грузинские села, жители просят нас – привезите Мурадханова, он один из лидеров грузинской оппозиции. И когда мы едем в отдаленные грузинские села, жители просят нас – привезите Мурадханова, потому что в Грузии трудно найти второго политика, который мог бы так хорошо выражать свои мысли.

Пока власти говорят о дружбе с азербайджанцами, мы воспитали азербайджанца – политика общенационального масштаба. Его успех свидетельствует, что есть социальный заказ на новый тип азербайджанских политиков, интегрированных в политическую жизнь Грузии, но не разрывающих связи с Азербайджаном. Но смотрите, что происходит. В Тбилиси выкинули на улицу азербайджанский театр. За это время уже вее получили помещения, кроме азербайджанцев, потому что нет политиков, отстаивающих их права. Власти выгодны только молчащие азербайджанцы, и потому она не хочет их интеграции в грузинское общество.

«ГРУЗИЯ НЕ ПРИМЕТ ДИКТАТУРЫ»

- Что бы вы ни заявляли, но у вас уже сложился имидж национального политического деятеля. Не думаете ли вы, что победив на выборах, вы ыце больше осложните отношения между Тбилиси и регионами с компактным проживанием негрузинского населения?

- Это исключено. На самом деле мои первые шаги будут направлены на формирование интернациональной администрации. Первые же наши шаги дадут всем понять, что Грузия является общим домом для всех, Все жители получат возможность свободно избирать местных руководителей, получат в собственность землю и технику, и я не думаю, что они будут недовольны этим.

- Говоря о проблемах национальных регионов, я имел в виду национальные республики. Не считаете ли вы, что ваша победа приведет к тому, что к двум фактически независимым и неуправляемым территориям Грузия получит еще одну Аджарию, потому что Абашидзе никогда не смирится с вашей победой?

- Проблема Абашидзе – это проблема не национальная, а политическая, Абашидзе не признает никакой другой власти, кроме своей собственной. Я вас уверяю, что если бы он мог вывести Аджарию из состава Грузии, то давно бы это сделал. Он и так уже сделал Аджарию фактически независимым государством, Степень ее автономии настолько высока, что даже выше, чем у некоторых независимых государств,
Абашидзе стал таким не сразу, он был пугливым секретарем обкома и не претендовал на большее. Но Шеварднадзе, закрывая глаза на его «шалости», позволил ему создать мафиозный механизм личной власти, и теперь Абашидзе хочет всю Грузию сделать похожей на Аджарию. Конечно, лучший способ недопустить сепаратизма Аджарии – это уступить Абашидзе. Правда, в этом случае мы можем потерять Грузию, Я считаю, что это неприемлемая цена.

- А что вы будете делать, если Шеварднадзе, вооруженный нашим примером, пойдет на процедуру с преемником и передаст власть Абашидзе? План известен: Абашидзе становится председателем парламента, через год Шеварднадзе едет в Кливленд, где его давно ждет Гейдар Алиев, Абашидзе становится исполняющим обязанности, проводит масштабные политические репрессии и затем проводить по всей Грузии выборы «а ля аджарули»…

- Это исключено. Шеварднадзе слишком слаб, он не управляет ситуацией. Абашидзе – реальная угроза, но не потому, что его поддерживает Шеварднадзе, а потому, что у него есть деньги, сторонники и вооруженные формирования, Но остальная часть Грузии не примет диктатуры Абашидзе. А если он решит придти, то должен знать, что будет гражданская война.

- Вы говорите о слабости Шеварднадзе, но кроме него есть созданная им система. Наш опыт свидетельствует о том, что коррумпированные чиновники до конца борются за власть, потому что боятся лишиться своих доходов и быть подвергнутыми наказанию за свои преступления. Не кажется ли вам, что это объединит грузинских чиновников, также прекрасно понимающих, что в случае вашей победы их не ждет ничего хорошего?

- Это точно. Но наше чиновничество неоднородно. В Грузии много региональных фракций, и поэтому мы имеем больше шансов на созданне демократических институтов. При этом многие чиновники понимают, что приход Абашидзе не гарантирует сохранения их доходов – у него своя команда, и он будет стремится монополизировать все сферы, как он это сделал в Аджарии. Сегодня в этой республике нельзя даже шагу ступить без разрешения Абашидзе.

«ШЕВАРДНАДЗЕ УПУСТИЛ ИСТОРИЧЕСКИИ ШАНС»

- Сегодня вы – главный соперник Шеварднадзе. Как бы мы ни относились к этой политической фигуре, мы не можем ие признать, что он большой политик и целая эпоха в истории Грузии. Ваше отношение к Шеварднадзе не как к политическому противнику, а как к исторической фигуре?

- Я отношусь к нему, как к человеку, который упустил уникальный политический шанс. У Шеварднадзе была уникальная возможность сделать Грузию процветающим европейским государством, чем-то вроде кавказской Греции. Вместо этого он начал думать о том, как обогатить членов своей семьи, Он превратил правоохранительные органы в свою политическую опору, при этом позволив им заниматься банальным рэкетом. Недавно на встрече с Шеварднадзе я ему сказал: «У вас был уникальный шанс войти в историю отцом-основателем современной грузинской государственности. Теперь у вас осталось всего две возможности: либо уйти как президент, который много обещал, но ничего не сделал, либо уйти как человек, развязавший гражданскую войну, Третьего не дано», Он сегодня делает все, чтобы остаться, не понимая, что его время прошло. Но не вызывает сомнений, что он уйдет, не смотря ни на что, Его попытки сохранить власть стимулиованы событиями в вашей стране. Для нас большой удар то, что произошло в Азербайджане. Это дало нашему режиму стимул для сохранения власти. Но это безрезультатно – он должен уйти.

- Вы сказали, что если Шеварднадзе не уйдет, то будет гражданская война. Это не самая радужная перспектива для страны. Но если ситуация подойдет к развязке, что вы будете делать?

- Мы и так всеми силами пытаемся не допустить развития событий по негативному для страны сценарию. Пока нам удается сдерживать порывы толпы. Мы все время пытаемся остудить пыл наших людей. Но с каждым разом это все труднее сделать. Народ у нас горячий и на провокации властей реагирует остро. К тому же Шеварднадзе совершенно не идет на поиск компромисса. Если он согласится с тем, что мы победили на этих выборах, и даст гарантии того, что на президентских выборах не повторится сегодняшний сценарий, то конфликт будет исчерпан.

Но он вовлекает в конфликт все новые силы расширяет его, Так что, если возникнет война, то кровь наших сограждан будет на его совести.

- То есть, сегодня перед грузинской оппозицией нелегкая дилемма: или свалить Шеварднадзе или сваливать из страны?

- Свалить его возможно, он сбежит при первых же выстрелах. Но вопрос не в этом, а в том, что станет со страной после него.

- Если нынешняя патовая ситуация будет продолжаться, что вы намерены предпринять?

- Наши намерения очевидны – мы начнем акцию гражданского неповиновения, чтобы мирным способом дать понять Шеварднадзе, что вся страна желает его ухода. Мы должны создать мощный антишеварднадзевский фронт. Мы хотим только одного – чтобы Шеварднадзе признал свое поражение и не допустил дальнейших фальсификаций.

Трудность нашей задачи в том, что мы пытаемся сохранить мирный характер нашей кампании, а это становится все труднее.

- Возможно ли повторение собьггий 1992 года, и не уйдет ли Шеварднадзе таким же способом, как и пришел?

- Если он будет слишком упорствовать в попытках обеспечить пролонгацию своей власти и ради этого привлечет аджарские вооруженные силы, то ситуация выйдет из-под контроля. В этом случае против него восстанет армия. Потому что все понимают – если Абашидзе введет свои формирования в Тбилиси, это будет означать начало российской оккупации. Все знают, что в Аджарии расположена российская военная база, а сам Абашидзе заявляет, что он – генерал российской армии.

- Даже если это так, то что, на ваш взгляд, сможет это остановить? Кремль не скрывает своего желания восстановить свое влияние на Кавказе.

- Я очень рассчитываю на реализм Путина. Российское руководство в начале 90-х уже имело возможность видеть к чему приводят подобные опыты, После Чечни у российского руководства выработался иммунитет на подобные необдуманные эксперименты. Конечно, для РФ было бы хорошо получить полностью лояльное грузинское правительство, но они понимают, что это возможно только условиях тотальной гражданской войны.

России лучше иметь в Грузии нейтральное дружественное правительство, контролирующее ситуацию, нежели лояльное правительство при хаосе и нестабильности. Не приняв Абашидзе, несмотря на многочисленнык просьбы Шеварднадзе, Путин показал, что понимает критичность ситуации в Грузии. Вот если бы он принял Абашидзе, это было бы очень плохим симптомом.

«ЗА ВАШУ И НАШУ СВОБОДУ!»

- Позиция Запада в Грузии полностью отличается от его позиции в Азербайджане. В одном из своих заявлений Шеварднадзе заявил, что знает, что у вас есть связи в американском истеблишменте. Объясняется ли специфическая позиция Запада вашими связями или же это политическая линия?

- Я думаю, что Запад – и в первую очередь США – не хочет, чтобы Грузия стала банановой республикой в подбрюшье у РФ, да еще с авторитарным и пророссийски настроенным руководством. Американское руководство нас очень поддерживает. Вообще в Америке сейчас колоссальный интерес к Грузии.

- Сегодняшняя ситуация на Южном Кавказе очень напоминает начало ХХ века, когда независимые государства одно за другим стали жертвами российской экспансии. Сегодня опять все взоры направлены на Грузию, которая является последним бастионом борьбы за права и свободы. Если и вы не устоите, то весь Южный Кавказ начнет дрейфовать в сторону среднеазиатской политической модели. Вы осознаете всю серьезность политического момента?

(Так получилось, что интервью проходило во время совместного ланча, и на мой последний вопрос Михаил Саакашвили поднял бокал вина и сказал:)

- Ну что же, в таком случае давайте выпьем за нашу и вашу свободу.

Беседовал Э. ГУСЕЙНОВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 39. 22.11.2003

ПАРОДИЯ НА ПРЕЗИДЕНТА

Президент Ильхам Алиев вышел в свет. На прошлой неделе состоялась его презентация.

Да-а, прошли те времена, когда президент Азербайджана с утра до ночи (а если верить Лале Шовкет, то даже ночами) проводил время в своем рабочем кабинете. Жизнь Гейдара Алиева, собственно, и состояла из рабочего кабинета и окружавшей его страны. А вот Ильхам Алиев избрал совершенно другой образ президентской жизни.

Новый глава государства приезжает в свою резиденцию в 12.00 и покидает пост, оставленный ему отцом, уже в 17.00-18.00. Аппарат в растерянности, Р.Мехтиев бьет тревогу, злые языки вовсю разглагольствуют о недееспособности президента. И.Алиев взвалил всю ответственность за управление государством на узкие плечи Рамиза Энверовича. А тем временем застолья и веселые приключения Ильхама и его команды продолжаются. Новый президент продолжает свой плейбойский образ жизни.

ЯВЛЕНИЕ ПЛЕЙБЕЯ НАРОДУ

Народ сильно соскучился по третьему президенту, который каждый день по нескольку раз появлялся на телеэкранах, на протяжении долгих часов произносил нудные и монотонные речи, доводившие публику до отупения. Мазохизм телезрителей, получавших нескончаемое удовольствие от речей президента, не имел предела. И вдруг Г.Алиев ушел. Но не просто ушел. Он еще унес с собой целое политическое пространство, кипучую деятельность, нескончаемую энергию. И на месте президента Азербайджана образовалась громадная озоновая дыра. В нашем случае – АЗоновая.

Ай-яй-яй, что же делать?! Ведь раньше каждый вечер обожаемый третий президент устраивал политический ликбез восьмимиллионному населению. Он учил нас всему – жизни, литературе, поэзии, искусству, здравоохранению, даже сельскому хозяйству и архитектуре. А проводимые Г.Алиевым совещания и заседания вообще запечатлелись в нашей памяти навеки. В этих шедеврах актерского мастерства президент выступал в главной роли; его монологи, нарекания и поучения доставляли нам большое удовольствие.

Гейдар Алиев не произнес ни одного своего выступления, сидя в президиуме. В течение 6-7 (и даже 10!) часов он выступал только стоя. Все гейдарофильство гордо равнялась на президента. Он был смыслом их жизни. И потеряв Г.Алиева, они фактически утратили весь смысл своей жизни. Теперь там образовался большой философский и политический вакуум, который обязательно нужно было чем-то заполнить.

Свято место, как утверждают предки, пустым бывает недолго. Алиев умер, да здравствует Алиев! – провозгласила йаповская пропаганда.

И они спешно воздвигли себе новый идол для поклонения (хотя не понимают, что это скорее агнец на заклание). И Ильхаму Алиеву стали оказывать почести ровно такие же, какие оказывали его отцу. Но разве может новый президент хотя бы на одну сотую часть заполнить вакуум, оставшийся после ухода своего отца? Он обязан быть похож (хотя бы внешне) на отца, чтобы олицетворять собой силу престола и власти.

Вот эта попытка и была предпринята И.Алиевым на проведенном впервые после выборов заседании Кабинета министров. И впервые И.Алиев встретился с министрами не как обычно – за кружкой пива или у кассы Семьи, а в зале заседания. Презентация плейбея состоялась.

ПЕРВАЯ ОШИБКА ПРЕЗИДЕНТА

Первое, что сильно удивило телезрителей, – присутствие в президиуме Рамиза Мехтиева и Артура Расизаде. Г.Алиев никогда и никому не позволял сидеть рядом с собой. Он демонстративно подчеркивал свое превосходство над окружающими, восседая в президиуме в гордом одиночестве. Ильхам допустил свою первую ошибку, которая, безусловно, не ускользнула от взглядов членов команды его отца.

Но всех поразило и другое примечательное событие, о котором долгое время предупреждали эксперты. На этом заседании всех удивило поведение (а если точнее сказать – самодовольное выражение лица) Рамиза Мехтиева, который на сей раз действительно превратился из слуги в серого кардинала. Он восседал как новый хозяин, ощущающий всю полноту собственной власти над кабинетом. И каждый, кто внимательно следил за этим заседанием, задавался вопросом – насколько же слаб Ильхам, что харизма безликого Мехтиева затмевает его присутствие? Министры больше устремляли свой взгляд на нового Хозяина, чем на «царевича Дмитрия». Мехтиев вполне может стать Борисом Годуновым! Но кто же тогда станет Лжедмитрием?

С Мехтиевым Г.Алиев допустил свою роковую ошибку, плоды которой придется теперь пожинать его сыну. Если все так пойдет и дальше, то вполне вероятно, что грядущие поколения будут смотреть фильм «Гейдар Алиевич меняет профессию», в котором попавший в будущее патриарх будет возмущенно восклицать: «Рамизку на царство?! Так он злым заплатил за предобрейшее!»

А вот Артур Расизаде вполне оправдал ожидания патриарха. Он совсем не изменился. Премьер безостановочно ерзал на своем месте, что подтвердило сомнения многих граждан по поводу быстрого выздоровления Артура Таировича. Видимо, болезнь, из-за которой он не мог временно исполнять свои обязанности, была элементарным геморроем, поскольку только после этой болезни можно так быстро встать на ноги. Его выступление на этом заседании тоже поразило телезрителей. Он еще никогда не опускался до столь унизительных панегириков, тем более – в адрес Ильхама Алиева. Даже болезнь не исправила премьера.

ИЛЬХАМ-СТРОИТЕЛЬ

За последние годы трудно вспомнить столько короткое и статичное заседание Кабинета, которое, судя по всему, прошло исключительно по требованию официального протокола. Кабмин и президент ограничились поздравительной речью А.Расизаде и первым выступлением президента И.Алиева. Больше чем уверен, что даже в своем нынешнем состоянии Гейдар Алиев произвел бы более яркое впечатление, чем то, которое осталось после выступления его сына.

После этого выступления все те, кто еще питал хотя бы призрачную надежду на повторение «феномена Гейдара», были вынуждены распрощаться со своими иллюзиями. Уж лучше бы Ильхам выступал по-английски, поскольку более бедную и корявую азербайджанскую речь мог произнести разве что Абдурахман Везиров.

Обратив свой взор к министрам-алиевцам, Ильхам воззвал их к совести и добропорядочности, а также к ответственному исполнению ими своего долга.

Сразу же после этих слов телекамеры почему-то перевели свои объективы на Али Инсанова. Свирепое выражение его лица ясно отражало его мысли, вернее, планы на вечер. Судя по лицу, в приемной министра его ожидала длиннющая вереница главврачбухов.

Более совестливым оказался, как всегда, Гаджибала Абуталыбов. Совесть его замучила сразу же после операции «Фонарные столбы». Первые же бакинские ветры уложили несколько столбов наземь. Поэтому мэр решил вздремнуть на заседании, чтобы не чувствовать укоров совести.

А больнее всех призыв нового президента сказался на Кямаледдине Гейдарове. Вид его на заседании и так был измученным от бессонных ночей. А после этих слов лицо главы таможни почему-то вообще скривилось. Вот что делают с человеком непомерные блага жизни!

А Ильхам Алиев в худших традициях Г.Алиева, продолжал свою монотонную и бестолковую речь о «первых итогах ударной пятилетки», избитой «нефтяной стратегии», «расцвете страны», «мобильных телефонах» и прочих жизненных удовольствиях. Ему трудно было произносить слова и очень хотелось обратиться к бумажке-суфлеру. Поэтому он часто поглядывал то на довольного Мехтиева, то на ошарашенного Расизаде, ища помощи и поддержки. Но образ Г.Алиева, возвышающийся над его головой, запрещал ему и регенту подобные поблажки. Он был обязан до конца справиться с этой непосильной задачей – стоя в течение полутора часов, диктовать все эти никому не нужные цифры. А ему так хотелось в этот момент раскрепоститься в компании с Кямалом или Алиагой и плюнуть на все статистические данные с высоты своего президентского кресла!

Министры нервничали. Им было очень важно поддержать образ нового Алиева. Они, пытаясь скрыть растерянность и слабость этого образа, вскакивали на ноги и усиленно аплодировали. Особенно усердствовал Абид Шарифов. Вскакивая первым, он поднатужившись, опять был готов поднять штангу или в костюме броситься в бассейн, но спасти лицо Ильхама.

Далее Ильхам Алиев стал призывать к строительству фаллоэтажек не только в Баку, но и в регионах страны. У человека, наслышанного о бурном развитии экономики в Азербайджане и строительном буме, и попавшего в регионы страны, может возникнуть вопросом – а туда ли я попал? А может, я неожиданно пересек границу и попал в послевоенную равнинную Чечню? В мрачных и холодных регионах царит голод и разруха. И даже Ильхам Алиев был не в состоянии скрыть эту правду.

Главной задачей, которую новый президент поставил перед своим кабинетом, стала директива о начале строительства и в районах страны.

Вот, собственно, и все. Только эти примечательные особенности и запомнились нам на первом совещании Кабмина с участием нового президента. После этого заседания всем стало ясно, что в Азербайджане произошло формирование не власти, а пародии на государственную власть. Президент – пародия, власть – пародия. Да и наша жизнь – уже не жизнь, а только пародия на нее.

ЭЛЬНУР САРАБСКИЙ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 39. 22.11.2003

ДЕПРЕССИЯ НАЦИИ. Эльмар Гусйнов

В душе надлом. Жизнь потеряла смысл. Веры нет. Надежда тоже погибла… Сколько раз за последнее время вас посещали подобные мысли? Мысли о безнадежности того, что мы делали все последнее время.Романтическая идея о том, что азербайджанский народ достоин участи европейской нации, идея равенства и свободы, идея, которой жили несколько поколений прогрессивной азербайджанской общественности разбилась в крах о реалии азиопского бытия.

Власть… Нет, даже не власть, поскольку трудно назвать властью кучку проходимцев, узурпировавших страну и правящих ею сутенерскими способами. В общем, они показали обществу, что в нашей жизни нет места романтике, нет общечеловеческих ценностей. Есть только отдельные интересы конкретных персон, и интересы эти гораздо выше стремления миллионов людей к свободе и процветанию. Нам дали это понять, дали понять со всей ужасающей ясностью. И осознание этой истины шокировало азербайджанское общество настолько, что оно не нашло ничего лучшего, чем впасть в депрессивное состояние.

ДЕПРЕССИЯ ПОСЛЕ РЕПРЕССИЙ

Нация впала в депрессивное состояние. Главная причина этого в том, что ожидаемого конца алиевской эры не произошло.

Общество ждало перемен. Но ждало пассивно, без активного личного участия в политических процессах. Для многих противостояние властям заключалось в крамольных кухонных разговорах. Но этого было явно недостаточно для того, чтобы изменить ситуацию, потому что противная сторона предпринимала все возможное и невозможное, дабы сохранить ситуацию без изменений.

Нажившие за годы правления Г.Алиева грандиозные финансовые ресурсы и получившие в собственное управление целые отрасли национальной экономики, они никогда не смирятся с тем, что их время кончилось. Сила построенной системы не в лидере, а в глобальной заинтересованности всех звеньев системы сохранить господствующие положение.

Гейдар Алиев дал каждому чиновнику возможность зарабатывать гигантские деньги, не сравнимые с доходами крупнейших бизнесменов, «не поднимая зада». Для этого необходимо лишь родиться в нужном месте и в нужное время, не иметь никаких достоинств, как личность, и быть преданным Семье. Взамен – возможность грабить вверенный тебе сегмент экономики или административного управления.

Сегодня страной управляет не Ильхам Алиев и даже не его серые кардиналы. Страной управляет тень – тень Гейдара Алиева, а не он сам. Он создал систему стабильную и не требующую постоянного мониторинга. Ее уникальность в том, что она стабильна и управляема уже без его непосредственного участия. Потому что в ее основе лежит вечная страсть человека к легкой наживе, реализуемая через сращивание власти и капитала в невиданных для цивилизованного мира масштабах.

Подобное сращивание власти и капитала вообще характерный признак восточных деспотий. Но отличительная черта наших монархов – их полная антинациональность. Если арабские шейхи боятся Аллаха и любят свой народ, считая своей первейшей обязанностью его благополучие, то шейхи Каспийского моря не боятся ни Бога, ни черта, а к народу и стране относятся как к дойной корове. И боязнь потерять все это сплотила сторонников власти гораздо больше, чем стремление к свободе объединило народ.

И народ пошел по наиболее легкому пути – он впал в депрессию. Все слои азербайджанского общества были буквально шокированы легкостью, с которой прошла процедура престолонаследия, и тем, как быстро общество смирилось, что страной будут править политики, не избираемые народом по их талантам и способностям, а полученные исключительно половым путем.

Это не могло не привести общественное сознание к депрессии. Нация, ближайшее прошлое которой опирается в основном на нарративные источники, настоящее состоит из тьмы коллапса, а будущее туманно и неопределенно, не могло не свалиться в бездну национальной депрессии, после того как власть цинично дала понять – чтобы править, она не нуждается в доверии народа. Это единственное состояние, позволяющее не потерять рассудок после перенесенного шока.

Согласно медицинским справочникам, депрессия – «тоскливое подавленное состояние, характеризующееся осознанием собственной никчемности, пессимизмом, заторможенностью». Сравните эти симптомы с симптомами состояния, в котором находится большинство из нас, и вы поймете, что страна (точнее – мыслящая ее часть) погрузилась в депрессию.

Депрессия – это единственно возможный способ пережить трагедию. Так было всегда. Слабые и неспособные обуздать власть, общества погружались в пучину депрессии. К примеру, в 60-е годы советское общество после хрущевской оттепели погрузилось в депрессивное состояние, что в дальнейшем привело к застою. Потому что стагнация и застой – синонимы депрессивного состояния общества.

BEZNADEGA.AZ

Главной причиной охватившей общество депрессии является поразивший страну кризис доверия. Точнее, эпидемия недоверия. Население не верит в то, что власть может работать во благо народа. Но страх перед властью, присущий азербайджанцам, и ее безальтернативность не позволяют населению даже подумать о том, что эту власть можно заменить.

Оппозиция разрушила веру тех, кто надеялся, что она способна что-либо изменить. Октябрьский кризис со всей очевидностью обнажил слабость и недееспособность азербайджанской оппозиции. Более благоприятного момента для того, чтобы переломить ситуацию и взять контроль над страной в свои руки, у оппозиции не было. И не скоро будет.

Не столько коронация И.Алиева, сколько действия его политических оппонентов после этого судьбоносного акта доказали непреложную истину – они не в состоянии противопоставить власти действенную программу дефеодализации страны. Даже на краю пропасти, в которую они неизбежно попадут после полного завершения процедуры престолонаследия, они не смогли унять своих амбиций и выступить единым фронтом.

Они так долго ждали, что со смертью Гейдара Алиева власть упадет им в руки, что не заметили как эта власть пролетела мимо них. Ожидавшие смерти патриарха, они не заметили, что их политический ресурс закончился гораздо раньше, чем истощилась его здоровье.

Лидеры оппозиции, ставшие частью политической системы, сами уверовали в то, что власть сменится автоматически в их пользу. Но уход от борьбы наказуем. Результатом всегда бывает забвение.

Еще большое разочарование постигло наше общество в связи с позицией Запада – и в первую очередь США – по отношению к прошедшим процессам. Сегодня в стране произошел взрыв антизападных и антитурецких настроений. Причем, именно среди тех, кто еще вчера был ярым сторонником ориентации на эти геополитические центры. Равнодушие, с которым Запад буквально «сдал» Азербайджан, привело в шок азербайджанскую общественность.

Сегодня необходимо, признать что наиглавнейшей нашей ошибкой была опора на примат общечеловеческих ценностей. Ничто не спасло нас от циничного выбора заокеанского патрона. Между нефтью и свободой США не раздумывая выбрали нефть.

Можно, конечно, говорить о том, что нам не повезло, что сейчас в США у власти «нефтеориентированная» команда, что высшие чины нынешней американской администрации имеют свои личные интересы в Азербайджане, а поспешивший поздравить Ильхама Алиева с победой мистер Армитедж известен в Вашингтоне, как лоббист семьи Алиевых… Но не слишком ли много совпадений?

Речь идет не об одиночных фактах. Речь идет о системе. Американская администрация и при Буше-младшем, и при Клинтоне заигрывала с правящей Семьей. В конце концов, не надо демонизировать Буша, поскольку самого одиозного из американских послов – Стенли Эскудейро – назначил вовсе не он, а Билл Клинтон. Того самого Эскудейро, который так сдружился с членами алиевского окружения, что бросил дипломатическую деятельность и вопреки дипломатическому этикету остался в Азербайджане в качестве бизнесмена.

Наша беда в том, что мы забыли – этим миром все еще правят деньги. Семья Алиевых заработала десятки миллиардов долларов на эксплуатации собственного народа, и ради сохранения своего господства была готова на любые финансовые траты. Мы забываем, что противостоим силе денег. А в этом мире самоубийственно быть в оппозиции 20 миллиардам долларов!

Купленный западный «одобрямс» нанес непоправимый удар по чаяниям и надеждам миллионов азербайджанцев, всех тех, кто верил – Запад не допустит туркменизации страны. Но он допустил. Видимо, потому, что имел веские и, скорее всего. очень осязаемые основания.

Вспоминается последняя сцена из бессмертной пародии Оруэлла «Скотный двор». В ней свиньи, узурпировавшие власть на некогда восставшей против власти людей ферме, пригласили своих соседей-людей на ужин. И подошедшие к окнам звери могли наблюдать, как свиньи и люди сидят за одним столом. А через некоторое время уже было невозможно разобрать – где люди, а где свиньи…

Воцарение принца и его последующая политика убили надежду не только у оппозиционно настроенных граждан, но и у тех, кто надеялся, что став президентом, Ильхам Алиев начнет реформы. Он их не начал и тем самым дал понять обществу – не ждите перемен. В результате лимит национального доверия иссяк.

Военно-политическое поражение, хаос безвременья и годы алиевской диктатуры не могли не спровоцировать взрыв национал-пессимизма, буйно взросшего на ниве комплекса национальной неполноценности. В одном из предыдущих номеров журнала в беседе с нашим корреспондентом Хикмет Гаджизаде заявил, что самое трудное – это научиться жить без надежды, поскольку надежда умерла.

Нет, она не умерла. Надежда умирает медленно, под воздействием неких эволюционных факторов. А наша надежда погибла. Погибла под грузом несбывшихся мечтаний, рухнувших ожиданий, грузом недееспособности оппозиции и предательством Запада им же самим декларируемых ценностей.

Сегодня азербайджанское общество находится в тисках полной безнадеги. И находит утешение в песнях. Русскоязычные утешаются «Иванушками Интернейшнл», азербайджаноязычные – Айгюн Казимовой. Вот такой хит-парад.

ЦАРЬ СОЛОМОН СПЕШИТ НА ПОМОЩЬ

Азербайджанское «сегодня» беспросветно. Гораздо беспросветней, чем «у негра в ж…». Нет не только света в конце туннеля, нет даже уверенности в том, что он вообще когда-нибудь появится. В обществе совершенно серьезно обсуждаются перспективы грядущего 30-летнего правления Ильхама Алиева с тем, чтобы затем передать власть Гейдару Алиеву-младшему. Многие уверены что патриарх пошел на процедуру престолонаследия именно для того, чтобы через некоторое время страной снова правил человек с теми же инициалами. Своего рода бессмертие…

Как бы то ни было, но подобные разговоры лишь подтверждают – азербайджанское общество, оскорбленное предательством и раздавленное властью, не видит возможностей позитивных изменений в ближайшее время. И именно этим объясняется паническое бегство крыс с тонущего оппозиционного корабля, уход большинства активистов оппозиционных партий из партийных рядов и резкое снижение интереса большинства граждан не только к политике, но и вообще ко всему, что происходит в нашей стране.

Подобное состояние и есть результат нахождения нашего общества в депрессии. Люди не видят не только возможности трансформировать общество, они не видят и нормального будущего для себя и своих детей. А это провоцирует массовый отток граждан из страны, их отход от борьбы за свои права, стагнацию общественно-политической жизни.

Но, как показывает опыт других стран, подобное депрессивное состояние не может продолжаться вечно. Как любил говорить библейский царь Соломон, читая надпись на своем перстне: «И это пройдет».

Сегодня очевидно, что власть семьи Алиевых не рухнула вместе с уходом отца-основателя. Но это вовсе не означает, что она не рухнет никогда. В принципе, сегодняшняя стабильность не является фантомом. Она имеет совершенно нормальное объяснение.

Анализируя все возможные сценарии развития событий, мы, как и большинство экспертов, совершаем роковую ошибку. В качестве базы для анализа мы берем развитие событий в других странах, переживших подобные трансформации и катаклизмы. Но при этом мы забываем, что построенная в Азербайджане система беспрецедентна.

Схема взаимоотношений субъектов власти в Азербайджане мало напоминает политические игры в других странах, но весьма сильно напоминает то, что весь мир уже знает на примере итальянских мафиозных семей. Как уже отмечал наш журнал, Гейдар Алиев построил свою власть по образу и подобию мафиозного клана и сам превратился в ее крестного отца.

В результате сращивания мафии и государства получился интересный симбиоз. Азербайджанское государство перестало быть общественным образованием, а его глава перестал быть общественным деятелем. Он стал крестным отцом мафии, ставшей государством. Поэтому анализируя ситуацию, необходимо исходить не из политологических конструкций, изложенных в работах Макса Вебера или Дрейфта, а искать аналогии в книгах и фильмах про «Коза ностру».

Основа этой власти, точнее, мафиозной организации – в эксплуатации природных богатств Азербайджана. Именно на эксплуатации наших природных богатств эта власть построила свою империю. Главным же природным богатством Азербайджана, приносящим невиданные доходы, являются… сами азербайджанцы. Да-да, не нефть, и не дары Каспия, давно монополизированные Семьей, являются источником ее несметных богатств, а азербайджанцы, зарабатывающие миллиарды долларов за пределами страны. Именно они обеспечивают стабильность нынешней политической конструкции.

Ежегодно в страну поступает более 3 миллиардов долларов – экспорт людей приносит грандиозные доходы. Власть, сама того не ведая, изобрела вариант «перпетуум мобиле».

Во-первых, выезжая из страны, наши граждане лишают себя возможности участвовать в политических процессах. А, как правило, страну покидают граждане с активной политической позицией, критически относящиеся к власти (поскольку тот, кто доволен властью и свои социальным статусом, страну не покинет). То есть, отток происходит из рядов протестного электората.

Во-вторых, уезжая, они отдают судьбу своих голосов в распоряжение фальсификационной машины властей, что позволяет властям, используя такой резерв, решать судьбу любых выборов.

В-третьих, покидая страну, они уменьшают совокупный спрос, тем самым снимая с властей множество социальных проблем.

И наконец, в-четвертых, посылая из-за рубежа деньги родным и близким, они резко увеличивают совокупный доход, и тем самым способствуют тому, что социально-экономическая ситуация в стране стабилизируется.

А теперь представьте на секунду, что будет, если в один момент большинство уехавших вернется в страну. Последствия будут воистину катастрофическими. Понимая это, власти делают все от них зависящее, чтобы поток иммигрантов не ослабевал.

Но, как ни крути, существуют объективные экономические законы, и они неизбежно скажут свое слово. Экономическая иммиграция – отнюдь не азербайджанское ноу-хау. Многие народы, спасаясь от политических катаклизмов и экономических кризисов, искали спасение в поисках лучшей доли за рубежом. Классический пример – турецкие гастарбайтеры, которые после Второй мировой войны заполонили страны Западной Европы, чем способствовали экономическому процветанию Турции.

Но со временем эффект от экономической иммиграции ослабевает. Причины очевидны: по прошествии времени гастарбайтеры либо натурализуются на чужбине, заводят там семью и поток денег домой прекращается, либо перевозят всю семью с родины к себе, либо, накопив достаточно средств, возвращаются домой. И вот тут происходит взрыв. Вернувшись домой, они обрушивают экономику, провоцируют инфляцию и в результате через несколько лет становятся банкротами.

Нечто подобное произошло в Турции в начале 70-х годов прошлого века. Кризис затронул все сферы турецкого общества и продолжается по сути по сей день.

В Азербайджане эти тенденции будут усилены еще и местными факторами.

Во-первых, что Ильхам Алиев – это не Гейдар Алиев, как бы это ни банально звучало, и не может управлять страной как отец. Для поддержания политической стабильности Гейдар Алиев эксплуатировал собственный политический капитал и в результате к концу правления превратился из спасителя в национальную кару. Ильхаму Алиеву торговать нечем. Политического капитала у него нет, и потому ему придется начать улучшать социальное положение населения. Во-вторых, появится и макроэкономическая предпосылка для этого – доходы от нефтедолларов.

Но как только ситуация в стране начнет улучшаться, изменится и политическая ситуация. Никто не захочет горбатиться в России без семьи и под постоянной угрозой унижений, если дома можно будет заработать ту же сумму. И вот тогда построенная пирамида рухнет, поскольку никакие нефтедоллары не в состоянии компенсировать доходы от экспорта людей.

Практически за короткий промежуток времени совокупный спрос возрастет вдвое, в то время как совокупный доход вдвое упадет. И возникший дисбаланс в 4 миллиарда долларов можно будет покрыть только одним способом – гиперинфляцией. Социальное положение граждан резко ухудшится, и это неминуемо приведет к радикализации политической жизни.

По нашим расчетам, это произойдет не позже 2007 года. А это значит, что уже к следующим президентским выборам страна подойдет в совершенно ином состоянии. С одной стороны – резкое ухудшение социального положения, а с другой – нереализованные ожидания от сегодняшнего президента. Все это вкупе поставит крест на алиевском периоде в политической жизни Азербайджана.

ЗА УСПЕХ НАШЕГО БЕЗНАДЕЖНОГО ДЕЛА!

Но для того, чтобы ожидания оправдались, необходим коренной перелом всей общественной жизни. Сегодня в обществе идет ломка привычных отношений. В условиях полной безнадеги очень велик соблазн перестать бороться и начать устраивать свою жизнь. Можно уехать, можно, заглушив угрызения совести, наняться в прислужники к этим властям. А можно продолжать бороться, даже не имея надежды.

В качестве утешения для тех, кто решит продолжать борьбу, я приведу цитату из «Бусидо» – самурайского кодекса чести: «Настоящий самурай продолжает драться даже тогда, когда не остается надежды. Им движет не желание победить, а стремление сохранить честь. Потому что в этой жизни честь самурая превыше жизни…».

Мы продолжаем бороться. Хотя нет уже веры, не осталось людей, которым можно было бы верить, и идей, которые давали бы веру. Но осталось главное – человеческое достоинство. Я – счастливый человек. Потому что каждое утро мне не стыдно смотреть в зеркало. И поверьте – ради этого стоит бороться. Потому что самураи были правы – честь действительно превыше всего…

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитор», еженедельное аналитическое ревю, № 39. 22.11.2003

БАТУМСКИЙ ВОР

Ситуация в Грузии приближается к развязке. Внезапный успех Аслана Абашидзе на выборах, не менее внезапный визит Эдуарда Шеварднадзе в Аджарию и столь же внезапные визиты Абашидзе в Баку и Ереван вновь всколыхнули разговоры политических оппонентов Шеварднадзе о том, что старый лис решил передать власть в Грузии самому авторитарному и самому одиозному из политических деятелей Грузии.Страх Шеварднадзе перед оппозицией сублимировался в полный отказ от политики, проводимой им на протяжении всех последних лет. Все эти годы балансирующий на грани Шеварднадзе пытался выстроить в Грузии общество, максимально соответствующее европейским стандартам. На сегодня Грузия – самая политически цивилизованная страна не только в Закавказье, но и в СНГ. Его позиция обуславливалась патологической зависимостью страны от Запада. Только ежегодные субвенции в размере 50 миллионов долларов, а также громадные гранты, получаемые грузинскими НПО, спасали страну от полного краха. Платой за это была политическая либерализация.

К тому же капитализм в Грузии изначально принял олигархические черты. Несмотря на то, что семья Шеварднадзе и его «гурийская гвардия» обзавелись серьезными позициями в экономике страны, они не смогли взять под тотальный контроль всю экономику. Именно интересы клана и семьи, видимо, и сыграли роковую роль в выборе Шеварднадзе наследника. От него последовательно уходили все сторонники, и в итоге сейчас у него не осталось иного выбора как сдаться на милость победителя.

«Аджарский диктатор» или «Батумский вор» – так называют в Тбилиси Аслана Абашидзе. Он представляет собой типичный на просторах СНГ тип диктатора. Его политическое кредо, сформированное под влиянием российских спецслужб, мало отличается от политического кредо бывшего азербайджанского президента. У них даже политические прозвища одинаковые. Аджарский диктатор в народе известен как «Бабу», что означает то же, что и азербайджанский «Баба».

Сегодня Абашидзе – единственный, кто готов дать гарантии безопасности семье Шеварднадзе и обеспечить безопасность его капиталов. Он прекрасно понимает обеспокоенность «Шеви» о семье, поскольку единственный сын Абашидзе, имеющий репутацию плейбоя и азартного игрока, является мэром столицы Аджарской автономии – Батуми.

Шеварднадзе крайне опасается, что в случае победы радикальной оппозиции – в лице Михаила Саакашвили – его и его семью ждет судебное преследование, поэтому он готов пойти на сговор хоть с дьяволом, лишь бы не допустить прихода националистов новой волны. В случае, если Абашидзе станет политическим наследником Шеварднадзе, Грузию ждут громадные перемены. А.Абашидзе известен как креатура Москвы, а это значит, что традиционно теплые отношения между Западом и Тбилиси прекратятся. Это очевидно, потому что в их основе не столько заинтересованность Запада маленькой республикой на Южном Кавказе, сколько личное отношение к «мистеру Да» – именно этот титул завоевал на Западе Шеварднадзе, будучи министром иностранных дел СССР.

Процедура передачи власти Абашидзе проста до примитивности и повторяет российский и азербайджанский сценарии. Абашидзе будет избран спикером парламента, пользуясь тем, что коалиция его карманной партии «Возрождение» с пропрезидентской «За новую Грузию» и группой проправительственных мажоритариев обеспечит ему победу. После этого, утихомирив непримиримую оппозицию, Шеварднадзе уйдет в отставку, с тем чтобы его обязанности принялся исполнять, согласно грузинской конституции, председатель парламента.

Остальное – дело техники. Аджария – это 21 процент избирателей Грузии. Если добавить голоса регионов, традиционно голосующих за власть, и массовые фальсификации, то результат президентских выборов очевиден.

Приход Абашидзе будет означать, что позиции РФ на Южном Кавказе сильно укрепятся. Правды ради следует признать, что это позволит разрешить несколько этнических конфликтов, но цена, которая за это будет заплачена, грандиозна. В своем политическом развитии Грузия будет отброшена на десятилетия назад.

При этом в Грузии, в отличие от Азербайджана, есть силы, готовые защищать свободу и демократию с оружием в руках на баррикадах, и поэтому страну ожидает вполне прогнозируемое гражданское противостояние.

Политическая логика развития процессов в странах Южного Кавказа подходит к своему завершению. Установление авторитарного и пророссийского режима в Грузии – последний этап драмы, после которого начнется постепенное дрейфование Южного Кавказа в зону ответственности РФ. Империя возвращается, и об этом свидетельствует то, что ее солдаты сегодня уже стоят во власти, либо на подступах к ней.

РУСЛАН ТАГИЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 38, 15.11.2003 г

БЮДЖЕТ ЗА ГРАНЬЮ

В отличие от других стран, в Азербайджане принятие и исполнение бюджета стало простой формальностью. Государственные финансы управляются исполнительной властью. Парламенту в этой схеме предназначена скромная роль одобрителя и утвердителя главного финансового документа страны.У этой схемы при всех минусах есть один большой и неоспоримый плюс. А именно – главный финансовый документ страны мало подвержен влиянию различных лоббистов, а находится под полным контролем президента. А значит, главная цель бюджетной политики в стране – это не нахождение равновесия между интересами общества и интересами государства, как это происходит в других странах, а имитация.

Известно, что бюджет любого государства является главным финансовым документом страны и мощнейшим инструментом реализации экономической политики ее правительства. В нем сосредоточены интересы всех слоев населения, ибо одни участвуют в формировании доходной части бюджета, другие используют бюджетные средства. Известно, что обобщающими – синтезирующими – показателями развития экономики любой страны является объем ВВП и оптимальное увеличение отношения (удельного веса) доходной части бюджета к валовому внутреннему продукту. К тому же такие показатели, как соотношение бюджета к ВВП, и расходы бюджета на душу населения характеризуют суть экономической политики государства.

Поэтому для большинства экспертов-экономистов интересно – в какой мере новый бюджет будет повторением прежних?

Отношение доходной части бюджета к ВВП ежегодно снижалось. Так, в 1995 году оно составляло 19,4%, в 1998 году – 14,6%, в 2000 году – 16,3%, в 2001 году – всего 14,8%. Начиная с прошлого года, эту тенденцию удалось немного изменить. В этом году правительство намерено достигнуть более высокого соотношения бюджета к ВВП.

Планируется, что доходы госбюджета в 2004 году составят 18,7% от ВВП или 6 трлн. 957 млрд. манатов. По сравнению с 2003 годом в следующем году доходы будут больше на 865 млрд.манатов.

Расходы госбюджета 2004 года прогнозируются в объеме 19,5% от ВВП. По сравнению с 2003 годом это выше на 0,8 пункта. В денежном выражении расходы на следующий год прогнозируются на уровне 7 трлн. 272 млрд. манатов.

Таким образом, даже если правительство и исполнит свой прогноз (а это вполне реально, так как за все последние годы бюджетные планы в основном перевыполнялись), то соотношение расходной части бюджета к ВВП не превысит 20 процентов.

И хотя власти заявляют о социальной ориентированности нового бюджета, но согласно планам, социальные расходы составляют 60% расходной части госбюджета 2004 года, так что весь бюджет никак не может быть назван социальным. Соотношение ВВП и бюджета является идеальнейшим показателем социальной ориентированности госбюджета. Это соотношение показывает – какая часть национального богатства перераспределяется посредством бюджета. То есть, чем выше процент соотношения, тем более социально ориентированным можно считать государство.

Согласно принятой методике, социально ориентированными считаются страны, где соотношение ВВП и расходной части достигает 70% и выше. Например, в скандинавских странах оно достигает 80 процентов. А в странах, где оно ниже 50%, говорить о социальной сбалансированности не приходится.

Учитывая, что в нашем бюджете эта цифра занижена в 2,5 раза, то можно сказать, что бюджет этого года – так же, как и бюджеты предыдущих лет – антисоциален.

Его антисоциальная сущность особенно проявляется при выявлении дохода госбюджета на душу населения. Таким образом, в 2003 году доход госбюджета на душу населения оценивается в размере… 200 долларов США. По отношению расходной части бюджета на душу населения Азербайджан находится в числе беднейших стран мира.

Кстати, этот показатель прекрасно иллюстрирует глубину социальной пропасти, в которой оказалась наша страна. Из стран СНГ такие низкие подушевые бюджетные показатели имеют только Грузия и Таджикистан, в то время как в остальных республиках этот показатель в несколько раз больше, чем у нас.

Этот бюджет так же напрямую связан с нефтеэкспортом. Официально доля доходов бюджета, пополняемых ГНКАР, составляет 30%, но если учесть все доходы от нефти, включая субвенции из ГНФАР, то станет ясно, что 80 процентов бюджета будет пополнены нефтедолларами. К сожалению, все последние годы в Азербайджане все нагляднее проявляется «нигерийский синдром», а сельскохозяйственный, агропромышленный комплекс, легкая, пищевая, машиностроительная, химическая промышленность – некогда лидирующие отрасли народного хозяйства – уходят в небытие.

Уровень денежной массы и отсутствие инфляции показывают «радужную» картину стабилизации за счет конъюнктурного притока нефтяных инвестиций и все увеличивающегося импорта дешевых, в основном некачественных товаров.

Страна все больше зависит от цен на нефтяном рынке, где Азербайджан вовсе не является государством, влияющим на ценообразование. Разумеется, бывают годы, когда уровень цен на нефть создает оптимистический настрой по поводу роста доходной части госбюджета. Но за ними неизбежно следуют и другие годы…

Ясно, что сильная привязка к нефтеэкспорту (уровень которого в бюджете уже перевалил за 81 процент) ни к чему хорошему не приведет. В 2004 году ожидается резкое снижение цен на нефть. По прогнозам экспертов, весной она может опуститься до 14 долларов за баррель, что приведет к снижению доходов бюджета.

В общем, бюджетную политику в новом года можно охарактеризовать как продолжение старой. В принципе, никаких коренных изменений бюджет не претерпел, правительство продолжает в своей политике опираться на порочные сырьетуционные методы, доходы формируются за счет нелимитированного использования нефтедолларов и ужатого сектора налоговой базы, в то время как расходы распределяются среди крайне широких слоев населения.

При этом богатейшие слои населения практически не несут бюджетной нагрузки, что приводит к тому, что доходы немногочисленных приближенных к власти и находящихся в самой власти лиц растут, а положение тех, кто вынужден ограничиваться доходами, получаемыми из бюджета, все ухудшается.

РАФИК СУЛТАНОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 38, 15.11.2003 г

ПЕВЕЦ СВОБОДЫ

Исполняемые им песни живут в наших душах, ибо они неразрывно связаны с нашей жизнью. Осознавая любовь к своей Родине, мы наслаждались его мелодией «Бура Вэтэндир». Вспоминая свою первую любовь, мы восторгались его исполнением «Сары гялин». Предаваясь раздумьям о прошлом, которого не вернуть, мы обращались к его «Кечян гюнлярими гайтарайдылар». Думая о будущем, как не вспомнить мелодию «Бир дяфя яшайырам».Он никогда не терял жизненного оптимизма и видел смысл жизни в борьбе. Именно глубокая вера в жизнь позволила ему пережить личную трагедию – судьба разлучила его с творчеством. Но он сохранил свою самодостаточность. Он стал живой легендой при жизни, и его песни уже стали классикой. Его творчество особенно дорого бакинцам. Сегодня собеседник «Монитора» – АКИФ ИСЛАМЗАДЕ.

«ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ – НЕ СВЯТЫНЯ, А КЛАСС!»

- Что происходит с нашим обществом?

- Мы однажды уже пережили эти события. Алиевы вновь пришли к власти на штыках. Так было и в 1993 году. Десять лет тому назад Гейдар Алиев захватил власть, через десять лет его сын узурпировал эту же власть. Они несут большую ответственность перед народом за совершенные преступления. В первую очередь они должны ответить за то, что создали новый образ врага – в лице азербайджанского народа. Сможем ли мы им простить июнь 1993 года, Нардаран и события 15-16 октября?

Эта власть посвятила себя служению одной цели – поиску и шельмованию «врагов народа». Но сколько же у одного народа может быть врагов?

Общество разделилось на две части – они и мы. Они считают, что приход к власти Ильхама Алиева – это логическое завершение процесса, начатого десять лет тому назад. Мы – демократы, точнее романтики, посвятившие свою жизнь достижению справедливости, убеждены – капитал и власть не могут быть сосредоточены в одних руках. Власть должна быть ограничена. Если она не ограничивается, то самая большая ценность – человеческая жизнь – теряет для этой власти значение.

- Если власть опирается не на волю народа, а на штыки, что должно предпринять общество? К чему должна призывать народ интеллигенция? И вообще, как вы оцениваете молчание азербайджанской интеллигенции?

- Не надо фетишизировать интеллигенцию. Это – не святыня, а общественный класс. У нас привыкли отождествлять интеллигенцию с творческими людьми. Но поверьте – это не одно и то же. Интеллигент – это луч света в темном царстве. Таким лучом может быть и рабочий, и крестьянин. Не стоит идеализировать интеллигенцию.

Каждый сделал свой выбор в 1988 году! И продолжает идти этим путем. В течение последних десяти-пятнадцати лет многие представители интеллигенции не вынесли того, что сделали с их страной. Одни погибли, другие сошли с ума, третьи растворились в обществе, но не изменили своим принципам.

Но был отдельный слой нашей интеллигенции – поэты, писатели, люди искусства, для которых не существует понятия Родины. Для них понятие «нации» ограничивается родственниками, а Родина – территорией своего дачного участка. Они сделали свой выбор, а мы пошли своим путем.

Разве в 1988 году мы не знали какой путь нас ожидает? Разве не представляли себе всех трудностей? Знали и предупреждали об этом свои семьи и родных. Мы забыли о спокойствии в наших очагах и обрекли себя на лишения. Мы тогда не знали, что нас ожидает – тюрьма или Сибирь? Но каждый сделал свой выбор, и каждый в ответе перед самим собой.

В нас вселяли уверенность слова покойного Эльчибея. Еще в 1972 году он меня уверял в том, что Советский Союз постигнет крах и в новом столетии это государство исчезнет с политической карты мира.

«ЛИЧНОСТЬ ДОПОЛНЯЕТ ТВОРЧЕСТВО»

- Тогда вы были молодым и очень популярным певцом, подающим большие надежды. Но несмотря ни на какое давление, вы не предали А.Эльчибея и остались верны вашей дружбе. А почему спустя двадцать лет такой же молодой певец Азер Зейналов буквально через несколько дней после поражения оппозиции предал своих соратников и бросился к ногам власти, прося пощады. Что меняет людей и заставляет их с легкостью отказаться от своих убеждений?

- Поэтому я и говорю, что не надо фетишизировать интеллигенцию. Видимо, ему с первого дня не следовало заниматься политикой. Мы любим читать романы о героических поступках. И подсознательно каждый из нас ставит себя на место этих героев. Но в реальной жизни повторить этот героизм очень сложно. Это может не каждый. Величайшее счастье, когда человек верит в свои идеалы и последовательно отстаивает их в течение всей своей жизни. Это удел избранных.

Азер перенес стресс, и я в какой-то мере пытаюсь понять его. Он не закаленный боец, и борьба для него представляет сиюминутный характер. Мы же прошли через все тернии борьбы. В советские годы я исполнял мелодию «Бура Вэтэндир!». Мы неспроста пели патриотичные песни. Вообще, музыка оказывает очень большое влияние на человека, его подсознание, одухотворяет личность. Как-то в советское время ко мне подошел один аспирант, который обучался в Ленинграде, и сказал, что «мы поняли смысл этой мелодии уже на чужбине». И наши мелодии о Родине – в стиле маршей. На мой взгляд самым лучшим патриотическим произведением является песня композитора Рауфа Гаджиева «Азербайджан».

Люди, меняющие свои убеждения, становятся объектом всеобщего посмешища. Их справедливо спрашивают – как несколько дней назад ты писал и говорил об одном, а сегодня утверждаешь совершенно обратное? Вначале я подумал, что Азер Зейналов просто присоединился к общим поздравлениям деятелей культуры нового президента. Но когда я узнал о том, что он направил ему личное поздравление, я ужаснулся!

Личность должна дополнять творчество. Но, к сожалению, творчество не создает личности. Классический пример тому – личность великого Узеир бека. Личность и творчество у него дополняли друг друга. Поэтому все наше музыкальное достояние берет истоки от Узеир бека. И Рашид Бейбутов, и Тофик Гулиев, и Алим Гасымов – представители школы, созданной У.Гаджибековым. Как-то меня стали уверять в том, что я первым стал сочетать народные песни с эстрадой. Я ответил, что это неправда. Все это – достояние Узеир бека. К примеру, возьмите «Лейли и Меджнун». Это же был первый синтез, не так ли?

- Ваши мелодии многих выводили из стрессового состояния. Но уже сейчас даже «Азербайджан» Рауфа Гаджиева, и «Бура Вэтэндир» не имеют прежнего воздействия. С чем это связано? Может быть, с падением морали и отсутствием духовного начала?

- Сегодня люди оценивают друг друга с точки зрения материального состояния. Встречаются двое и в подсознании у каждого возникает вопрос – «сколько стоит этот человек?». Гейдару Алиеву было важно создать бездуховное общество, поскольку оно легко управляется. Власть заставили людей думать только о хлебе насущном, о своем желудке, о мясе, сахарном песке, муке… И людям стало не до Родины.

«КАК ПОЛИЦЕЙСКИЕ БУДУТ СЛУШАТЬ МОИ ПЕСНИ?»

- Солженицын утверждает, что именно в такие периоды истории вся ответственность падает на плечи интеллигенции. Но плечи наших интеллигентов оказались слишком хрупкими…

- Я много думал об этом. Однажды один из моих друзей высказал очень точную оценку, с которой я полностью согласен. Русская интеллигенция традиционно творила и созидала за пределами своей Родины, ибо она не находила понимания собственного народа. А азербайджанская интеллигенция неизменно находилась в пределах своей страны, варилась в собственном соку. У нас народ замечательный, он готов воспринять интеллигенцию. Но что поделать, если она у нас вшивая…

В начале прошлого столетия в результате великих потрясений на свет появилась талантливая и бесстрашная когорта азербайджанских интеллигентов, которые воистину посвятили себя служению народу и справедливости. Но советская власть, которая вывела термин «интеллигенция» из обихода, уничтожила нашу великую интеллигенцию. Правда, тогда уничтожили и Бунина, и Булгакова. Но на их месте появились Пастернак и Солженицын. У нас же никто не смог заменить ни Узеир бека, ни Джавида. Почему? Потому что потенциал и масштабы русского народа несравнимы с нашим.

Гейдар Алиев вернул в Азербайджан атмосферу 37-го года. Я чувствовал и чувствую ее. Единственное исключение – это то, что власть уже не может расстреливать людей без суда и следствия. Слишком уж мал масштаб Азербайджана для таких преступлений. Но наших людей по-прежнему «высылают» в Сибирь. Два миллиона азербайджанцев вынужденно покинули свою Родину и скитаются по огромным пространствам России. Разве это не ссылка? Ведь они покинули Азербайджан не по собственной воле. Многие из них уехали не только потому, что были не в состоянии прокормить свои семьи. Нет, они задыхались в этой атмосфере.

На днях по телевидению Ильхам Алиев с гордостью заявил, что в Азербайджане проживает много иностранцев. Стыдно должно быть! Чем он гордится? В Азербайджане должны жить азербайджанцы, а не иностранцы. Сейчас в столице воздвигаются многочисленные высотные дома. Но мы должны не возвышаться, мы должны расширяться, чтобы вернуть потерянную Родину. А сейчас над страной возвышается только власть.

- Более того, власть поднимает руку на известных деятелей культуры, потому что они выражают свой протест против режима личной власти.

- Да, во время событий 16 октября власть подняла на меня руку. В этот день я вместе с сыном вышел на площадь. Мне было интересно понаблюдать за тем, что происходит. Я спокойно прошел полицейский кордон. Прошел и рядом с солдатами. Они меня узнали и пропустили. Но когда я подошел к гостинице «Интурист», мне навстречу вышел полковник полиции Назим Нагиев. Увидев меня, он указал на меня пальцем и приказал своим полицейским: «Это – Акиф Исламзаде. Бейте его!». На меня и на моего сына набросились со всех сторон, стали жестоко избивать. В результате мы с сыном сильно пострадали, нам нанесли множество увечий. Мне интересно другое, как после этого они будут слушать мои песни?

«ЧЕЛОВЕК НАСЛАЖДАЕТСЯ, БОРЯСЬ ЗА ПРАВДУ»

- Вы оставили глубокий след в музыкальном творчестве. Но волею злого рока вы потеряли свой замечательный голос. Сложно ли было сохранить самодостаточность личности, после того как вы вынужденно покинули творчество?

- Конечно, я очень переживал после того, как потерял свой голос. Но что поделать? Такова судьба. Видимо, в жизни у каждого человека наступает время, когда он должен уйти из творчества. Человек постепенно покидает жизнь.

Видимо, среда, в которой я рос с детства, мои родители, друзья, школа, мои учителя сыграли свою роль. С детства я равнялся на яркие личности, которые не склоняли своих голов и хранили достоинство. Наравне с такими большими мастерами, как ханенде Гаджибаба и Рафик Бабаев, главную роль в моем формировании сыграл мой отец.

Как известно, до конца своей жизни Гаджибаба, кроме мугамата и теснифа, не исполнял ни одну другую мелодию. Помню на свадьбах ему предлагали большие деньги, чтобы он исполнил какую-то мелодию. Он отказывался. Истинный мастер в первую очередь должен суметь защитить свою личность. И защищая свою личность, он защищает свое творчество.

Человек не должен чувствовать себя одиноким. Внутри каждого из нас присутствует Аллах. Когда я читаю Коран, мне становится стыдно за себя. Потому что я с сожалением вспоминаю некоторые страницы своей жизни. Мы можем обмануть всех, но мы никогда не сумеем обмануть себя.

- Вы утратили творчество. Где же вы черпаете силы для жизни?

- 16 октября меня жестоко избивали на площади, но я не чувствовал боли. Они сломали мне пальцы, но я и сейчас не чувствую боли. Человек получает наслаждение, когда он борется за правду. Может, я привожу не совсем корректный пример, но поймите меня правильно – я понял Насими только под дубинками полицейских. Я вспоминал обряды мюридов, которые не чувствуют боли. Почему? Потому что их душевная боль превозмогает физическую. Мы боремся за справедливость в этой стране. И готовы на все – даже на смерть.

«НАДО НАУЧИТЬСЯ ЧУВСТВОВАТЬ ЛЮДЕЙ»

- А что вас привело 16 октября на площадь Свободы?

- Обычный человеческий интерес. Как я мог не пойти? Ведь в течение десяти лет мы находились в ожидании той минуты, когда войдем на эту площадь. Люди целовали эту площадь, кричали, обнимались, смеялись, плакали. Когда раньше мы приходили на свадьбы, то по выражениям лиц, одежде, настроению чувствовали, какую песню надо исполнить для этой публики. Также я чувствую и толпу, собирающуюся на митингах. Надо научиться чувствовать людей.

- Вы чувствуете людей. А что вы чувствуете, когда совершенно случайно, включив радиоприемник, слышите песни в исполнении Акифа Исламзаде?

- Сегодняшний Акиф Исламзаде – это обыкновенный слушатель и зритель, причем очень требовательный. Порой я прихожу к выводу, что если бы ко мне сейчас вернулся голос, то с этим настроением и этими мыслями я исполнил бы мелодии совсем по-другому. Не сочтите за нескромность, но, слушая свои мелодии, я чувствую гордость за Акифа Исламзаде. Его ни с кем не перепутают. С первого дня мое счастье в творчестве состоит в том, что я сохранил свою индивидуальность. Меня никогда ни с кем не путали.

Я понимал то, что исполнял. Я пытался понять дух композитора и зов поэта. Только глубоко проникшись этим, можно исполнить мелодию. Иначе – творчество не состоится.

«ИСА ГАМБАР СТЕР ИЛЬХАМА В ПОРОШОК»

- В нашей беседе, словно в геометрии Лобачевского, пересеклись две параллели – творчество и политика. Политика – тоже своего рода творчество. Вот только подходы к ним разные. Многие утверждают, что творчество должно служить творчеству. А чему должна служить политика?

- Долгое время среди политических деятелей главенствовала убежденность, что политика и нравственность – вещи несовместные. Самый лучший ответ сторонникам этого мнения дал покойный Эльчибей. Абульфаз бей сказал, что именно политики должны быть высоконравственными людьми. Политики остаются в истории, и если они лишены нравственности, значит у них не будут последователей, потому что они не станут ярким примером для подражания. Еще раз обратимся к примеру великого Узеир бека. Его политикой была его нравственность. Семь лет тому назад в Венгрии поставили монумент султану Сулейману. Он ставил закон превыше всего. Ничто не может быть выше, чем закон.

Не надо изобретать историю. К ней надо просто обращаться. Можно стать президентом, но трудно стать избранным президентом. Сегодня де-факто Ильхам Алиев глава государства. Но вряд ли он ощущает себя избранным президентом. Мне кажется, глава государства должен опираться на два принципа – быть искренним со своим народам и завоевать его любовь. После этого все его полюбят. Наши люди просто помешаны на любви. Я уверен, что все оставшиеся поэты, певцы и танцовщицы тоже окружат его. Его отец тридцать лет управлял государством, но так и не смог заставить людей полюбить себя.

В день выборов я впервые за последние годы заметил искры надежды в глазах людей. Они словно говорили – это наш день. И они ответили власти за унижения и оскорбления, которым подвергались в течение последних лет. Они ответили этой власти в бюллетенях, проголосовав против Ильхама Алиева. Они сказали ему – нет!

Сегодня Ильхам Алиев заявил, что откроет 600 тысяч рабочих мест. Но он не должен забывать – эти люди будут держать камни за пазухой. Чтобы примириться с народом, Ильхаму Алиеву нужно завоевать сердца хотя бы 600 тысяч азербайджанцев.

- После избрания Ильхама Алиева у многих людей опустились руки. Сможет ли общество прийти в себя, воспрянуть и дать достойный отпор узурпаторской власти?

- Все наше общество знает, что на выборах Иса Гамбар буквально стер Ильхама в порошок. Но общество не смогло встать на защиту своих голосов. Хотя общество находилось в еще более подавленном состоянии после кровавого января. Спустя некоторое время мы опять встали на ноги и восстановили свои права.

Я убежден – азербайджанская демократия с достоинством преодолела последнее испытание. Власть жаждала уничтожить последние ростки демократии. Не вышло. Мир очень изменился. 37-й год остался в прошлом столетии. Нам необходимо вернуть азербайджанцев, покинувших свою Родину.

Всю свою жизнь я боролся. Фронтисты – мои боевые товарищи – сильны духом. Смысл этой жизни я вижу в борьбе. А жизнь и не имеет другого смысла.

Как-то я сказал своему сыну: «Сынок, я не оставлю тебе в наследство ни золота, ни дачи, ни машины. Но я оставлю тебе в наследство свое имя и обещаю, что ты никогда не будешь его стыдиться».

Беседовал Э.ФАТУЛЛАЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 38, 15.11.2003 г

ОСЛЫ ДОБРОЙ ВОЛИ

Тема «общенационального политического диалога» уже набила оскомину. Начало активным дебатам вокруг этой тематики положил новый президент. После того, как власть устроила в прямом эфире национальный римейк всемирно известного рассказа Солженицына «Бодался теленок с дубом», ей захотелось проявить свою способность к компромиссам. Поэтому Ильхам Алиев призвал все политические партии к диалогу. Правда, из аппарата нового президента сразу же последовало уточнение – дескать, к диалогу будет допущена только конструктивная оппозиция.Как ни странно, но многие оппозиционеры с радостью восприняли идею диалога. Самые последовательные борцы с режимом Алиева-старшего почему-то сразу надломились и стали готовы к сотрудничеству с режимом Алиева-младшего. Сразу вспомнились слова Д`Артаньяна, сказанные им Портосу в романе «Двадцать лет спустя»: «Вот парадокс судьбы: мы, кто не склонил головы перед великим Ришелье, теперь готовы преклонить колени перед ничтожным Мазарини».

ДЛЯ ЧЕГО ВЛАСТИ ДИАЛОГ?

Действительно, почему власть, одержавшая более чем убедительную (согласно ЦИК) победу и имеющая в активе голоса почти 80 процентов избирателей, решила пойти на диалог?

В период Алиева-старшего власти диалогов не любили, поскольку их сильно не любил сам патриарх. Он был любителем монологов и очень этим делом злоупотреблял. За все время его правления власти дважды обращались к оппозиции с предложением политического диалога, и оба раза идея успешно проваливалась.

Новая администрация решила начать свое правление с того, чтобы вновь сыграть в эту же игру. Властям, ныне говорящим с позиции силы, крайне выгодно использовать идею политического диалога. Это соответствует их стратегической линии на дальнейший раскол и дискредитацию оппозиционных лидеров.

Во-первых, предлагая диалог, власть показывает себя великодушной силой, готовой поступиться преференциями от одержанной победы ради достижения стабильности в обществе. Подобная позиция соответствует интересам западных держав, заинтересованных в снижении политического напряжения в Азербайджане и восстановлении статус-кво.

Во-вторых, предлагая диалог, власти делают беспроигрышный ход. Если оппозиционные лидеры согласятся сесть за один стол с властями, то власти решают сразу несколько задач.

В первую очередь, это будет означать легитимизацию узурпации, потому что, сев за стол переговоров с политиками, пришедшими к власти в результате фальсификаций, оппозиционеры признают их легитимность, а значит – и итоги фальсифицированных выборов. Во-вторых, сев за стол переговоров, оппозиционеры полностью дискредитируют себя в глазах азербайджанской общественности. Протестный электорат, и так настроенный агрессивно по отношению к представителям оппозиции, никогда не простит им еще и сепаратных переговоров.

К тому же, и сама власть постарается выжать максимум из ситуации и устами своего агитпропа объявит пришедших на диалог оппозиционеров «политическими банкротами, просящими пощады». Собственно говоря, такие тексты уже прослеживаются в некоторых «независимых» СМИ.

В том же случае, если оппозиционеры откажутся от участия в диалоге, то у властей появляется прекрасная возможность обвинить их в партизанщине и отсутствии конструктивизма.

Исходя из всех вышеперечисленных аргументов, ясно, что власти имели все основания для того, чтобы начать эту кампанию, потому что она – составная часть правительственной стратегии, направленной на решение главной задачи – ликвидации оппозиции как факта.

ЗАЧЕМ ОППОЗИЦИЯ СОГЛАСИЛАСЬ?

Как ни странно, но в большинстве своем все оппозиционные лидеры, за редким исключением, благосклонно отнеслись к идее диалога со властью. Практически о неприятии этой затеи заявили только лидеры непримиримых – Али Керимли и Иса Гамбар. Остальные либо отмалчиваются, либо в той или иной форме готовы участвовать в диалоге.

Рассмотрим с чем это связано. Большинство оппозиционных лидеров, которые согласились на диалог, в ходе выборов потерпели серьезнейшее поражение за всю свою карьеру. Пойдя на выборы и не набрав даже того минимума голосов, который необходимы для сохранения политической чести, они обрекли себя на скорейшее вымирание.

По сути, не отдав всем вместе оппозиционерам (исключая Ису Гамбара) даже 10 процентов, народ сделал свой выбор. Он проголосовал против нынешней политической структуры оппозиции, которая представляет собой малочисленные партии, построенные по принципу фан-клуба. У этих партий практически нет политических задач, они строятся вокруг лидеров и состоят из лиц, поклоняющихся своим политическим кумирам.

Политическое идолопоклонничество рождает не только нежизнеспособные политические конструкции, но и особый тип эгоцентричных политических лидеров.

Еще одна из причин резкой «конструктивности» наших оппозиционеров – в том, что они оказались неготовыми к продлению алиевской эры. Большинство из них было так поражено победой престолонаследника и тем, что алиевское иго может продлиться еще треть века, что готово снять штаны ради получения крох с барского стола.

Насчет «трети века» косвенно обмолвился сам новый президент. В своем интервью после инаугурации он сказал, что вступил в «завершающую фазу своей жизни». А это означает одно из двух: либо Ильхам Алиев собирается отсидеть два президентских срока и скончаться, либо он планирует быть президентом еще лет 30 – до естественного конца своей жизни.

Надежда рухнула, а веры не осталось. Да ее никогда и не было у этих людей, и потому они ухватились за первую возможность договориться с новой администрацией, не понимая, что принципы ее управления остались прежними, и что всех согласившихся на диалог с властями ждет стандартная участь одноразового резинового изделия.

ДИАЛОГ НЕВОЗМОЖЕН

За всеми «страстями по диалогу» как-то осталось в стороне то, что диалог между оппозицией и властями невозможен в принципе. Какой диалог может быть между родственниками насильника и его жертвы?!

Но невозможность диалога по-азербайджански имеет гораздо более объективные предпосылки. К сожалению, азербайджанская власть понимает диалог, исключительно как соглашательство с ее компрадорской политикой. А в качестве «конструктивной оппозиции» она воспринимается только политических соглашателей в лице Гудрата Гасангулиева и Хафиза Гаджиева. Не случайно два этих индивидуума с нецензурным выражением лица первыми откликнулись на призыв власти к диалогу. Поэтому всякий согласившийся на диалог политический деятель – вне зависимости от того, по каким соображениям он это делает – обрекает себя на то, чтобы встать в один ряд с этими политическими штрейкбрехерами.

При этом не стоит забывать, что диалог означает уступки не с одной, а с обоих сторон. Как говорил монтер Мечников в «Двенадцати стульях»: «Согласие есть продукт непротивления сторон». То есть, пойдя на диалог, власти должны начать проводить новый политический курс. Мало голословно заявлять о том, что «власть к диалогу готова», должны быть еще и реальные действия, дающие понять всему политическому спектру, что наступает новая эпоха и начинается она не со взаимных обвинений и оскорблений, а с чистого листа.

Должны быть освобождены все политзаключенные и отпущены арестованные 15-16 октября. И главное – власть должна провозгласить проведение новой экономической политики. Даже большевик Ленин, поняв, что эра военного коммунизма завершена, пошел на либерализацию экономики.

Вот только на таких условиях и возможно начало полноценного политического диалога. Диалог – это не цель, а лишь средство. Средство для того, чтобы найти консенсус между «уличной демократией» протестного электората, вылившейся в погромы 16 октября, и феодальной диктатурой трайба. Это поиск общенационального консенсуса, нахождение которого позволит избежать деления страны по принципу гражданской войны на «своих» и «чужих».

В переводе с латыни «консенсус» – это согласие, единодушие. Для его достижения обе стороны должны проявить мудрость и способность жертвовать своими личными интересами ради национальных. А это в сложившихся условиях невозможно. Потому что власть находится в эйфории победы. Ей кажется, что правление трайба будет длиться вечно. И поэтому для них диалог – лишь средство окончательного завершения победы. По сути, под «диалогом» власти подразумевают капитуляцию. И тех политических лидеров, которые готовы ее подписать, ждет участь побежденных всех времен и народов – забвение.

РАСИМ НУРИЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 38, 15.11.2003 г