СВАДЬБА В «МАЛИНОВКЕ»

Стояла знойная бакинская ночь. И вдруг посреди этой ночи раздался оглушительный грохот. Гром – подумали одни. Революция – подумали другие и, бросившись на улицы, принялись встречать начало новой политической эры. Наиболее политизированная часть населения восприняла ночной оружейный залп, словно сигнал для начала «штурма Зимнего». А обыватели терялись в догадках – неужели правительство нашло еще один повод для торжественного салюта в честь спасителя нации и отца всех народов?Но не успело солнце взойти над Азербайджаном, как всем недоумениям, вопросам и замешательству пришел конец. Страна, точнее, ее олицетворение – сильные Азербайджана сего, отмечали свадьбу сына олигарха. Все уже смирились с мыслью – ни на взятие Зимнего, ни на Кронштадтское восстание мы уже не способны. Кажется, вся наша жизнь состоит из времени от салюта в честь одного олигарха до грохота от падения другого.

ВТОРОЕ ПРИШЕСТВИЕ

Что же произошло в тот день? Искендер Халилов, известный азербайджанский олигарх, некогда приближенный к Семье, устроил самый обыкновенный для буржуа нашего времени красочный фейерверк – по случаю свадьбы своего сына. И в тот самый беспокойный вечер нас удивляли не матросы и пролетарии, решившие покуситься на власть грабительского капитала, а российские пиротехники и азербайджанские чиновники. Властная элита праздновала возвращение блудного олигарха.

Неужели Искендер Халилов снова осмелился вернуться в Баку? Неужели он так быстро простил политическую оплеуху, нанесенную ему Семьей еще два года тому назад? Эти вопросы и всевозможные сплетни захватывали бакинцев на каждом переулке. И только официальные сообщения газет, приближенных к властям, расставили все точки над i. Да, второе пришествие Искендера Халилова – блудного олигарха состоялось. Халиловы, породнившись с легендарной турецкой олигархической династией Коч, решили торжественно отпраздновать бракосочетание своих детей в одном из самых фешенебельных гостиничных комплексов столицы – «Хаят парке».

Что побудило опального олигарха вернуться в Баку? Несколько лет назад И.Халилов, жестоко обманутый правящей Семьей, произнес прощальную фразу: «Я потерял в Азербайджане около 75 миллионов долларов. С этой страной меня больше ничто не связывает. Я не хочу больше проигрывать».

Впоследствии на страницах печати он неоднократно выступал с жесткой критикой инвестиционной политики Семьи, утверждая, что азербайджанское правительство не создает нормальных условий для развития предпринимательства в стране. И только после того, как Г.Алиев сошел с политической арены и покинул пределы страны, олигарх торжественно отпраздновал свое возвращение на Родину.

КТО ВЫ, ГОСПОДИН КОЧ?

И.Халилова связывают с Кочем долгие годы совместного бизнеса в Азербайджане, России и Турции. Семья Коч, еще со времен турецкого отца-основателя Мустафы Кемаля, наряду с семьей Сабанчи, является одной из двух ведущих олигархических синдикатов в Турции. Именно Ататюрк, создавая прочную основу для развития национального предпринимательства, создал турецкие прототипы Форда и Рокфеллера – Сабанчи и Коча, которые взяли под свой контроль практически всю турецкую экономику.

Слава о могуществе семьи Коч разнеслась по всему миру. На сегодняшний день они производит 40% национального дохода и контролирует около 70% промышленности страны. Турецкая олигархическая семья практически установила монополию в сфере автомобильного производства и машиностроения. Нефтебизнес также входит в сферу влияния «турецких рокфеллеров». Достаточно напомнить, что известная шотландская компания «Rаmco» также принадлежит им. Торговая марка Ram является собственностью Коча, который владеет двумя крупными холдингами – «Ram» и «Коч».

О неограниченных финансовых возможностях этой Семьи свидетельствует хотя бы тот факт, что ежегодно она вносит в так называемый «армейский бюджет» страны 1 миллиард долларов США. Она владеет самым крупным банком Турции – «Кочбанком». Однако в нашей стране бизнесмен Коч приобрел известность именно благодаря супермаркетам «Ramstore». Впрочем, как и во всем мире. Система супер- и гипермаркетов «Ramstore» включает в себя сотни супермаркетов по всему миру. Наверняка, многие из нас, наблюдавшие за «стамбульскими контрастами», поражались масштабам Стамбульского супермаркета «Ramstore Gallery», который представляет собой большой торговый комплекс, длиною в 2,5 километра!

В середине 90-х годов прошлого века турецкий олигарх обратил свой торговый взор и на Азербайджан. В результате размолвки Семьи Алиевых с индийской торговой мафией Лалса, была закрыта сеть супермаркетов «Американа-супермаркет». На их месте были воздвигнуты «торговые пирамиды» Коча.

Кстати, тот самый Искендер Халилов и сыграл главную роль в привлечении кочевского бизнеса в Азербайджан. В этот период, полностью свернув свою деятельность в компании «ЛУКойл» и оставив пост вице-президента ведущей нефтяной компании России, Искендер Халилов переместил свой бизнес в Азербайджан. И одним из главных бизнес-проектов, в которых принял участие И.Халилов, стал скандально известный супермаркет «Ramstore». Кроме российского олигарха, еще одним пайщиком в этом проекте стала Семья Алиевых. Коч, не без поддержки И.Халилова, построил свой бизнес и в Москве, где до сих пор действуют восемь гипермаркетов «Ramstore».

Это еще раз говорит о том, что сотрудничество между И.Халиловым и Кочем имеет давнюю историю. Российско-азербайджанский бизнесмен познакомился с Кочем еще в бытность его деятельности в Турции – на посту представителя «ЛУКойла» в Стамбуле. В тот период И.Халилов занимался транспортировкой российской нефти на рынки ближнего зарубежья. Интересно отметить, что в этот же период Агентство федеральных расследований России обвинило И.Халилова в сотрудничестве с Балашихинской объединенной преступной группировкой, и в частности, с одним из ее лидеров – Вячеславом Александровичем Жирных, который являлся президентом ночного клуба «Метрополь».

В.Жирных был председателем кооператива «Олимп», и позднее они вместе с И.Халиловым выступили соучредителями АООТ «ИВР», которое в свою очередь стало учредителем фирмы «ЛУКойл-Маркет». Кооператив «Олимп» входил в Ассоциацию «XXI Век», которую также возглавлял человек, причастный к организованной преступности, – Отар Квантришвили.

В начале 90-х годов, по высокой протекции (как известно, тогдашний премьер-министр В.Черномырдин контролировал эту компанию. «ЛУКойл» была фактически дочерней компанией Газпрома) «Лукойлу» была отведена роль крупнейшего российского экспортера нефти. Вот тогда и произошло сближение предприимчивого бизнесмена с могущественной семьей Коч.

ОТ РАССВЕТА ДО ЗАКАТА

Искендер Халилов стал инвестировать в азербайджанскую экономику, начиная с 1995 года. И в течение четырех лет, создав группу компаний ISR, он осуществил глобальные проекты – Master Tibot (бывший «Месье Бриколаж»), Бакинский Развлекательный Центр, ISR-Plaza, McDonald’s и наконец строительство супермаркета «Ramstore». Именно он и построил в центре столицы заправки «ЛУКойла». В общей сложности на осуществление этих проектов было израсходовано около 50 миллионов долларов.

Сотрудничество между McDonald’s и И.Халиловым также было налажено благодаря его связям с Кочем, ибо холдинг турецкого олигарха является главным партнером этой американской компании в Турции. В первые два года супермаркет получил полное освобождение от НДС, а импортные товары были освобождены от таможенного налогообложения. Именно в этот период Искендер Халилов совместно с Семьей Алиевых ввозили в республику турецкие потребительские товары в рамках «Ramstore», которые соответственно освобождались от налогов.

С 1995 по 1999 годы И.Халилов, пользуясь беспрекословным доверием Семьи, изо дня в день и из года в год стремительно развивал свой бизнес. Немаловажно вспомнить, что в течение каких-то десяти лет обыкновенный «общепитовский» деятель превратился в одного из самых влиятельных и состоятельных бизнесменов региона. Бывший директор московского ресторана «Люкс» в комплексе «Олимпийский» стал распоряжаться судьбой больших финансовых потоков. Он вошел в ранг «неприкосновенных олигархов», которым было дозволено все. Достаточно вспомнить нашумевший скандал, когда сотрудник охраны Бакинского развлекательно центра, нанесший увечье сыну академика Джавад-заде, остался безнаказанным. Или историю с младшим братом И.Халилова – Рамизом, который в эмоциональном порыве расстрелял человека, а спустя полгода был амнистирован указом Г.Алиева.

Таким образом, уже в конце прошлого столетия степень влияния И.Халилова (причем, не только в одном Азербайджане) возросла настолько, что стала вызывать беспокойство главы Семьи. В условиях режима личной власти Г.Алиев не допускает усиления роли олигархов в политической жизни страны. Примером этому может послужить судьба экс-спикера Расула Гулиева, влияние и финансовые ресурсы которого перешли грань дозволенного.

Итак, Г.Алиев, почувствовав своей острой интуицией опасность становления нового магната, обладающего большим влиянием и следовательно не готового к беспрекословному подчинению, бросился в атаку.

Президент всегда наносил свои удары неожиданно. Враг не должен чувствовать опасности – этот метод алиевской борьбы был применен при уничтожении многих потенциальных опасностей. Г.Алиев никогда не оставляет шансов «на авось». И полностью исключает возникновение случайных обстоятельств, которые могут обернуться неблагоприятным исходом.

ЧЕРНОЕ ЗОЛОТО СЛАВЯНСКОЙ НЕФТИ

При уничтожении процветающего бизнеса И.Халилова в Азербайджане Г.Алиев не изменил своим принципам. Он направил против олигарха всю мощь своей репрессивной машины и экономических санкций.

Вначале И.Халилов был вынужден отказаться от своего пая в супермаркете «Ramstore», затем потерял ISR-Plaza и т.д. Таким образом, жестокие мафиозные законы, установленные крестным отцом алиевской Семьи, вытеснили зарождающийся бизнес олигарха за пределы страны. И.Халилов сохранил за собой лишь Бакинский развлекательный центр и McDonald’s. Но Семью не устраивал и подобный передел собственности. От И.Халилова потребовали сдать и McDonald’s.

Принимая у себя руководство этой американской компании, президент Гейдар Алиев, не скрывая своего недовольства, однозначно заявил: «Почему вы сошлись с каким-то частником? Поэтому у вас здесь дела и не идут. К сожалению, вы вошли в Азербайджан с заднего входа, и вам необходимо пересмотреть взаимоотношения с нами. Вам надо построить сотрудничество с государством».

Г.Алиев стал отзываться о бывшем олигархе, приравненным в статусе к члену Семьи, как о каком-то мелком торговце. Американские партнеры И.Халилова были смущены подобной оценкой, и соответственно судьба и этого объекта была предрешена. Олигарху ничего не оставалось, как сдать свой объект и покинуть пределы Азербайджана.

Однако, существует и другая версия, объясняющая размолвку между И.Халиловым и правящей Семьей. Согласно этой версии, отобрав бизнес у И.Халилова, Семья предложила ему занять высокий пост в российской государственной компании «Славнефть». По имеющейся информации Алиевская Семья владеет акциями этой компании.

Эту версию подкрепляет и тот факт, что летом прошлого года экс-президент «Славнефти» М.Гуцериев, посетив Баку, провел встречу с Г.Алиевым. Встреча была посвящена перспективам участия компании «Славнефть» в разработке энергетических ресурсов Азербайджана. Тогда же М.Гуцериев подтвердил свою готовность ежегодно инвестировать в совместные с Азербайджаном проекты около 100-120 млн. долларов. А Г.Алиев заявил, что это предложение вполне устраивает интересы Семьи.

Инициатором же встречи Г.Алиева и М.Гуцериева явился именно И.Халилов, который всеми возможными правдами и неправдами пытался вернуться в Азербайджан.

Так или иначе, но Искендер Халилов потерял свои основные позиции в Азербайджане. И даже эта инициатива не реанимировала его в глазах у патриарха. Он обратил свой взор в сторону широких просторов государства российского и его неисчерпаемых природных ресурсов. И.Халилов занял пост вице-президента по внешнеэкономическим вопросам и развитию в крупнейшей российско-белорусской нефтяной компании – «Славнефти».

Отметим, что «Славнефть» – одна из самых крупных компаний на всем пространстве СНГ. Она владеет более 500 заправками в России, Белоруссии и на Украине. А в Белоруссии эта компания вообще обладает монопольными правами. «Славнефть» получила в собственность большие нефтяные месторождения в Западной Сибири (компания на четвертом месте по запасам нефти ей принадлежит одно из крупнейших месторождений Западной сибири – «Мегион») и два нефтеперерабатывающих завода в Белоруссии. В самой РФ компания владеет целой сетью нефтехимических предприятий, среди которых выделяется «Ярославнефтесинтез». Российские масс-медиа долгое время обсуждали вопрос причастности этой компании к чеченской преступной группировке и к И.Кобзону. А как известно, покойный Михаил Гуцериев – президент «Славнефти» – обвинялся российской прессой в том, что он просто являлся их ставленником на этом посту.

Как видно из вышеприведенного, за очень короткий период, в течение двух месяцев реанимировавшись от ударов, полученных в Азербайджане, И.Халилов восстановил и даже приумножил свои позиции в России – он получил доступ в руководство одного из крупнейших региональных синдикатов. Опальный олигарх вошел в десятку самых высокооплачиваемых менеджеров России – его официальный ежегодный оклад составлял 2 миллиона долларов.

И.Халилов довольно активно подключился и к политическим процессам в России и вошел в число организаторов движения «Россия». Но в январе этого года И.Халилов был освобожден со своей должности. К сожалению, подлинные причины его отставки остаются неизвестными широкой публике.

СЛИЯНИЕ КАПИТАЛОВ

Подробно остановившись на событиях минувшей давности, мы попытались ответили на вопрос – почему появление Искендера Халилова в Баку, и не просто появление, а устроенный им праздничный фейерверк, вызвали большое удивление общественности страны?

Всем сразу все стало ясно. В период жизни и правления Г.Алиева, не только И.Халилов, но даже самый могущественный из олигархов К.Гейдаров не посмел бы устроить в центре столицы подобный нуворишский беспредел, вызвавший справедливое негодование и нарекание народа, подавляющее большинство которого находится на грани нищеты.

Партнеры по бизнесу И.Халилов и Коч скрепили деловые узы, породнившись. Сын олигарха, завершивший учебу в Швейцарии, продолжил верное дело своего отца. И тоже жаждет стать олигархом. Халилов-младший, развернув широкий бизнес в самой нейтральной стране Европы, и женившись на дочери одного из самых богатых людей мира, открыл перед собой широкие перспективы. Начинающему бизнесмену можно пожелать больших успехов, выразив при этом надежду, что на свадьбу своего сына он не потратит 6 миллионов долларов. Будем надеяться, что европейский менталитет посоветует ему продолжить благотворительные традиции поколения Тагиевых и потратить миллионы на строительство школ, больниц, детских приютов. Но не в Швейцарии, а в Азербайджане.

А в это время его отец устроил невиданное доселе шоу – «Свадьбу в Малиновке» на азербайджанский лад. Не будем перечислять всех участников этого торжества, скажем только, что на нем был представлен весь малинник нашего общества, включая ключевых министров правительства. И конечно же, украшением торжества стало участие и даже пляска будущего президента Ильхама Алиева. Правда, хотя И.Алиев и танцевал только с Вагитом Алекперовым, но все же каждая «ягода-малина» в глубине души признала – наши иллюзии ошибочны, он никогда не займет место своего отца. Г.Алиев никогда не позволял себе танцевать в подпитии на свадьбе у опальных олигархов.

Свадьба стала своеобразным звездопадом. Эpос Рамазотти, Тото Кутуньо, гpуппа «Джипси Кингз», Ажда Пекан, Филипп Киpкоpов, Hадежда Бабкина, Анжелика Ваpум, Леонид Агутин и дpугие знаменитости украсили торжественные минуты слияния сердец и капиталов. До наших звезд очередь даже не дошла. Впрочем, что говорить о наших певцах, если свадьба была прервана перед самым выступлением российской поп-звезды Л.Агутина. Исключением стала лишь Бриллиант Дадашева, которой выпало счастье стать участницей праздника богатых людей страны.

По свидетельствам участников торжества, даже Вагит Алекперов, смутившись размахом трат своего друга и ночной канонадой, рано утром на собственном самолете покинул Баку. Этот праздник, устроенный в нищей и полуразрушенной стране, судьба которой поставлена на кон истории, словно показывал всем – насколько глубокой стала пропасть между самыми имущими и самыми неимущими.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Оружейная канонада, потрясшая Баку, стала своеобразным символом наступления новой эпохи. Только узнав об истинных причинах происшедшего, можно было смело заявить – эпоха Гейдара Алиева ушла в прошлое. Потому что при нем ни один из олигархов не посмел бы провести свадьбу с таким размахом, не боясь быть испепеленным его гневом. В споре с патриархом последнее слово осталось за Искендером Халиловым. Он вернулся на Родину и своими действиями дал всем понять: настало новое время – время олигархов…

ЭЙНУЛЛА ФАТУЛЛАЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 29, 13 сентября 2003 г

МОЛЧАТ ТОЛЬКО МЕРТВЕЦЫ. Эльмар Гусейнов

Конец гейдаровской эры совсем не похож на тот, каким мы его представляли. Ни многочисленные прогнозы аналитиков, ни предсказания медиумов – ничто не могло описать конец блестящей эпохи, полной надежд и разочарований, эпохи больших людей. Всем казалось, что стоит рухнуть столпу этой системы и все изменится. Но в очередной раз получилось, что правы были братья Стругацкие, написавшие в «Граде обреченных»: «О будущем мы определенно можем сказать лишь одно – оно будет совершенно не похоже на то, каким мы его себе представляем».Каким мы представляли себе будущее без Гейдара Алиева? Бурным, но светлым и справедливым. Но это была наивная мечта не слишком пуганных идиотов, решивших, что все в их жизни плохо лишь потому, что есть этот человек.

Теперь его нет. Вне зависимости от реального состояния здоровья президента, вот уже больше четырех месяцев страна живет без него. И ничего. Ничего не изменилось. Система, которая была им создана, при всех своих пороках и слабостях продолжает автономное существование.

Хотя ничего особо удивительного в этом нет. Теория менеджмента утверждает, что любая система, осуществляющая управление в течении определенного времени, приобретает параметры стабильности. Даже авторитарная система, полностью афилированная с правителем, может по инерции существовать. И длительность ее функционирования зависит от нескольких факторов, в первую очередь – от внутренних управленческих ресурсов и внешних угроз. При наличии первых и отсутствии вторых система может надолго пережить своего основателя.

Все продолжается так, будто ничего не произошло. Можно понять власть, которая всеми силами пытается сохранить статус-кво – любые перемены губительны для политических режимов того типа, что построен в Азербайджане. Но совершенно непонятно, почему не взрывает ситуацию оппозиция, которая все эти годы убеждала нас в том, что как только кончится гейдаровская эпоха, они возьмут власть в свои руки.

И наконец – почему безмолвствует народ, безучастно взирающий на то, что происходит?

МОЛЧАНИЕ ЯГНЯТ ЗАТЯНУЛОСЬ

Мы продолжаем молчать. Несмотря ни на что! Что заставляет миллионы людей хранить молчание даже тогда, когда совсем невмоготу? Ведь все понимают, что так больше жить нельзя. Страна и нация переживают кризис.

Речь идет о кризисе не политическом или экономическом, речь – о кризисе системном, о кризисе национальном. О кризисе, породившем беспрецедентное общество и беспрецедентную власть. Кризис заключается не в том, что нация не осознает своего бедственного положения, а в том, что она не хочет признать, как это могло произойти.

Безусловно, в мире есть народы с более тяжелой участью, нежели азербайджанцы, но вряд ли есть нации несчастнее нас. Несчастье наше заключается в том, что мы понимаем причины, породившие кризис, но боимся признаться в этом даже самим себе.

Восьмимиллионный народ поставлен в такое положение, когда не видит ни одной достойной кандидатуры для посталиевского периода, кроме биологического наследника Г.Алиева, все достоинства которого в том, что он сын своего отца. «Кто, если не он?» – говорят многие, даже не задумываясь о глубине национального позора, таящегося в этих словах.

Еще понятно, когда этот вопрос использовался по отношению к отцу нынешнего премьера. В национальном сознании укоренилась мысль, что политической альтернативы Гейдару Алиеву не существует. У этого есть как объективные, так и субъективные предпосылки.

В первую очередь – фактор личности. В силу ряда причин Гейдар Алиев обладает биографией, уникальной для современного политического пейзажа страны. Проживший долгую жизнь, он сформировался как политик в недрах сталинско-брежневской системы и потому обладает уникальным опытом управления и уникальными знаниями. К тому же он сформировал комплекс национальной неполноценности и всеми силами его поддерживает. В основе этого комплекса – утвердившийся в общественном сознании миф о безальтернативности нынешнего главы государства. На этом и базируется непоколебимая легитимность Гейдара Алиева.

Но все это ни в коей мере не распространяется на его сына. В политическом смысле он полный антипод своего отца. Но несмотря на его очевидную слабость, и правящая элита, и общество отступили перед последней волей патриарха. При этом основным козырем Алиева-младшего опять-таки становится все та же пресловутая «безальтернативность».

Нация за столько лет не смогла выдвинуть из своей среды достойных политиков и вынуждена полагаться на политические таланты человека, не добившегося в своей жизни ничего самостоятельно?! Это звучит как приговор.

При этом поражает полное – можно сказать, тотальное – молчание, охватившее все слои азербайджанского общества. В условиях, когда молчание смерти подобно, общество продолжает молчать.

МОЛЧАНИЕ – ЗНАК СОГЛАСИЯ

Существует несколько версий, объясняющих причины национального молчания.

ВЕРСИЯ ПЕРВАЯ – ОППОЗИЦИОННАЯ. В ее основе лежит гипербола о том, что в результате правления Гейдара Алиева азербайджанский народ заражен вирусом страха.

Но не преувеличиваем ли мы размеры этого страха? Ведь при всех своих недостатках алиевский режим все же довольно сложно сравнивать с диктатурой Саддама Хусейна или Пол Пота. Ни репрессий (в сталинском понимании этого слова), ни «культурных революций» Гейдар Алиев не устраивал. Массовых расстрелов мы тоже не видели, а его гнет в основном носил грабительский характер.

Поэтому страх в наших душах лишь отчасти порожден Г.Алиевым. Страх этот многолик и многогранен. В нем и вечно сидящая в нас властобоязнь – когда встреча с любым представителем власти вызывает холодок в душе; и страх национальной неполноценности, расцветший буйным цветом на развалинах нравственности.

Если целая нация поставлена в положение, когда не видит ни нормального будущего, ни выхода из критического положения, в котором она оказалась, уже одно это говорит о глубине пропасти, в которую мы попали. Гейдар Алиев в этом безусловно виноват. Но – лишь отчасти.

ВЕРСИЯ ВТОРАЯ – ПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ. Она гласит, что народ молчит потому, что у него нет причин для недовольства. Согласно этой версии, все в стране хорошо. Народ, получив вдоволь хлеба, жаждет только зрелищ, кои – в виде обнаженных прелестей певичек и певцов различной ориентации и бьющейся на потеху публике части прессы – имеют место быть.

«Ну что еще требуется народу для счастья? – восклицают сторонники власти. – И почему народ должен возмущаться? Молчание – знак согласия. Если азербайджанский народ молчит, значит он полностью одобряет политический курс властей».

Но в таком случае как быть с миллионами азербайджанцев, влачащих нищенское существование? Как быть с пенсионерами, чью жизнь можно назвать жизнью лишь условно? И наконец – почему миллионы наших соотечественников предпочитают «счастливой жизни и процветанию» на родине прозябание на чужбине? Что заставляет моих соотечественников миллионами покидать родину для поиска хлеба насущного? Что заставляет их проходить через ад приспособления на чужбине?

Население Азербайджана стремительно сокращается. Люди всеми правдами и неправдами стремятся выехать за его пределы. Уже ничто не в состоянии остановить этот поток – азербайджанцы твердо убеждены, что хуже, чем на Родине, им нигде не будет.

А самое страшное заключается в том, что они правы. Нация голосует против гейдаризма – но ногами. За период правления венценосного патриарха население нашей страны уменьшилось на 40 процентов. Азербайджанцы бегут из отечества. Те, кто покультурней и поцивильней, предпочитают Европу или Канаду, остальные бегут куда глаза глядят. Куда – не имеет значения. Главное – уехать. Точнее – сбежать.

Нация бежит. Бежит от борьбы. Бороться не хочется. Да и с кем и ради чего? Любой начинающий борьбу гражданин уже заранее знает о обреченности своей участи. Бороться ведь придется с обществом, породившим весь этот негатив.

МЕРТВОЕ ОБЩЕСТВО

Общество, не желающее видеть, слепнет. Общество, не желающее говорить, немеет. Общество, не желающее слышать, глохнет. Общество, не желающее бороться, умирает.

Человек создан для борьбы, и вся его жизнь – это постоянная борьба. Кто-то борется за кусок хлеба, кто-то – за высокие идеалы. Ни за что не борются только покойники.

Нас столько долго пичкали сказками про стабильность, и мы так долго ее хотели, что не поняли самого главного – наивысшая стабильность бывает только у неодушевленных предметов.

И сегодня, когда под предводительством мертвого политика наше мертвое общество идет на полных парах в пропасть, мы не можем остановится.

МЕРТВЫЙ ПРЕЗИДЕНТ

Почти два месяца страна вообще ничего не знает о состоянии здоровья главы государства. Зная характер Г.Алиева, ни у кого нет сомнений, что если бы был хоть один шанс из ста показать его живым и здоровым, президент бы этим шансом воспользовался.

Со времени гюльханинского кризиса президента никто, кроме заинтересованных лиц, живым не видел. Сводки Азертаджа, распространяемые от имени Кливлендской клиники, с банальной формулировкой – «состояние президента улучшается и он положительно реагирует на лечение» – никого не убеждают. Ведь достаточно обыкновенной логики, чтобы, сравнивая сводки о состоянии президентского здоровья, понять – с момента поступления в Кливленд, куда он, по заверениям властей, прибыл в нормальном состоянии, при такой благополучной динамике лечения он давно уже должен был встать на ноги.

Таким образом, мало кто сомневается в нежизнеспособности президента. Так что, как политический деятель, Г.Алиев умер. Потому что мифы умирают вместе с людьми, их породившими. Миф не может основываться на слабости и немощи человека. Такой человек не поддержит миф о своем всемогуществе. Миф о Гейдаре Алиеве умер 21 апреля 2003 года, а вместе с ним умер и политик Г.Алиев. Потому что миф должен жить вечно.

Гейдар Алиев всю свою политическую жизнь правил так, словно он бессмертен. Миф о вечном правлении – прямое проявление мифологизации личности президента. Он давно перестал быть просто человеком и политиком. Он – миф от начала до конца. И конец мифа – это конец феномена президента. Он понимает, что если его подданные поймут, что он человек, а не миф, то наступит конец – не только мифа, но и самого Гейдара Алиева.

Но конец мифа – это конец власти. И это прекрасно понимают политические наследники патриарха. Может, поэтому все улицы нашего города увешаны плакатами мертвого политика. Все маршрутки таскают его лучезарный портрет, а его сын и политический наследник призывает нас… голосовать за Гейдара Алиева. О том, как можно голосовать за то, чего уже не существует, наследник не потрудился объяснить. Все понимают, что как политический деятель Гейдар Алиев мертв, пусть даже он находится в сознании, а его сердце еще бьется.

Не случайно в народе появился анекдот: «Стоит человек и смотрит на предвыборные плакаты. К нему подходит второй и спрашивает: «За кого будешь голосовать?». «За покойника», – обреченно отвечает первый».

Появление подобных анекдотов – однозначный показатель того, что уход Гейдара Алиева состоялся, и его место в сердце народа опустело. При этом пустота образовалась как в сердцах гейдарофилов, так и в сердцах гейдарофобов. Одним уже некого любить, а другим теперь некого ненавидеть.

Фигура Ильхама Алиева в качестве равноценной замены Гейдара Алиева нашими сердцами даже не рассматривается. Потому что если отец мертв, как функциональный политик, по физиологическим причина, то сын – мертв по причинам личностным.

МЕРТВЫЙ НАСЛЕДНИК

К тому же следует учесть, что при всем своем желании Ильхам Алиев никак не сможет заменить отца.

В отличие от Г.Алиева, вся жизнь которого сосредоточена во власти и стремлении быть первым, И.Алиев видит прелесть жизни в совершенно противоположном.

В отличие от отца, который правил страной не благодаря воле народа, а благодаря собственной воле, Ильхам Алиев не обладает таким запасом легитимности. Чтобы удержать эту власть, ему самому необходимо стать Гейдаром Алиевым, а это невозможно, ибо Г.Алиев – продукт определенных и не всегда благоприятных процессов.

По своим личностным показателям И.Алиев не является ни публичным политиком, ни публичным руководителем, ни менеджером, как его отец. Но в этом нет его вины – он не мог стать другим. За все годы Гейдар Алиев не вырастил в своей команде ни одного выдающегося человека, и уж тем более такой человек не мог вырасти у него в семье. Полное отсутствии харизмы и политических навыков сочетается у И.Алиева с практическим отсутствием менеджерского таланта. У И.Алиева нет также и своей команды.

При отсутствии сильного лидера каждая часть алиевского механизма начнет заполнять образовавшийся вакуум по-своему. Железная логика олигархизации привела к концентрации всех властных ресурсов в руках человека, абсолютно не готового к этому. Аморфность общества и эгоцентризм оппозиции облегчили наследнику путь к трону.

Но его правление вряд ли будет славным и крайне маловероятно, что долгим. Его врагами сегодня и завтра будут вовсе не лидеры оппозиции, а… когорта олигархов, получившая из рук его отца невиданные доходы от конвертации власти в капитал. Пока они были вынуждены смириться с настойчивостью патриарха, но это еще не означает, что они будут долго терпеть его сына и соблюдать нормы Конституции.

Не секрет, что большая часть клана не видит в И.Алиеве своего вождя. Недавно на одном из приемов пришлось наблюдать странную картину. Принц и принцесса обреченно стояли в углу, в то время как вся трайбовая элита сплотилась вокруг дяди принца.

Сегодня власть медленно но верно сосредотачивается в руках регента, коим при великовозрастном принце становится его дядя. Отсюда и шлейф придворных на приемах, и поклоны депутатов в парламенте.

Из компетентных источников стало известно, что незадолго до отправки Гейдара Алиева в Кливленд у него в палате побывал его брат. По информации этого источника, он предлагал назначить исполняющим обязанности премьер-министра Али Инсанова, а министром внутренних дел – Магеррама Алиева. Только вмешательство США позволило разрушить этот план. Но и сегодня брат президента является главным центром притяжения для радикалов трайба.

Еще одна группа, могущая подменить И.Алиева, сплачивается вокруг главы президентской администрации Рамиза Мехтиева. Это – группа недовольных аппаратчиков, тесно связанная с Москвой и недовольная откровенно проамериканским курсом И.Алиева. В этом курсе они видят конец своей вседозволенности и потому хотят найти более подходящую фигуру.

Все эти политические страсти подогреваются откровенной политической недееспособностью И.Алиева. Поэтому утеря им власти очевидна, хотя так же очевидно, что перейдет она в руки людей, чьи моральные ценности и политические взгляды обещают ввергнуть Азербайджан в пучину кровавой диктатуры.

МЕРТВЫЕ ДУШИ

Странно, но все же – почему безмолвствует сам носитель нашей государственности? Почему молчит азербайджанский народ? Что заставляет молчать тех, кому уже нечего терять.

Азербайджанский народ находится в ситуации даже худшей, чем та, в которой находился марксовый пролетариат. Тому пролетариату было нечего терять, кроме своих цепей. А у нас даже цепей нет – их продали на металлолом Паоло Пярвизу.

Причин подобного состояния общества – огромное множество. Конечно, можно все свалить на национальный менталитет, который провоцирует властобоязнь. Все это так. Но факт остается фактом – азербайджанское общество в сегодняшнем состоянии не может произвести ни революционную, ни эволюционную трансформацию.

Годы правления Гейдара Алиева нанесли непоправимый ущерб стране – за это время изменился социальный состав азербайджанского общества. Ликвидирован наиболее сплоченный класс – пролетариат. В результате алиевских реформ, разрушивших промышленность, в стране практически не осталось рабочих. Так же, как не осталось и крестьян. Раздав землю, он превратил все сельское население в класс мелких собственников, держащихся за свой кусок земли и, соответственно, не желающих его потерять.

И наконец, произошло самое страшное – страна потеряла весь свой пассионарный потенциал.

Как известно, в каждом обществе существует определенное соотношение пассионарных и непассионарных личностей. Пассионарные личности – это радикалы, люди с высоким уровнем природной инициативы. В нормальном обществе они в силу этого качества быстро достигают успехов в избранной ими сфере деятельности. В том случае, если ситуация в стране не позволяет реализовать природный потенциал инициативы, они, как правило, покидают страну.

В нашем случае именно это и произошло. Все инициативные и способные страну покинули. Способные, но не инициативные поставили свои способности на службу режиму. Неспособные и неинициативные продолжают существовать.

К тому же следует учесть, что на политически радикальные действия способны, как правило, мужчины, а именно их власть Г.Алиева уничтожила. Азербайджанские мужчины уничтожены, как вид. Треть из них распространилась по просторам СНГ. Оставшиеся в стране поделились на две категории: те, кто сидит за чиновничьим столом, и те, кто стоит у них на поклоне.

Вторые ведут образ жизни, мало совместимый с мужским достоинством, и озабочены лишь зарабатыванием хлеба насущного. А первые находятся под постоянным прессингом вышестоящих, которые «имеют» их по полной программе. Поэтому назвать и их мужчинами язык не поворачивается. Видимо не случайно среди чиновников столь высок уровень «голубизны». «Сублимация!», – сказал бы старик Фрейд и был бы, как всегда, прав.

Азербайджанский народ перестал быть единым целостным организмом. Его вначале унизили, затем ограбили, а потом детерминировали. Поэтому сегодняшнее «сумеречное состояние» нашей души – не что иное как закономерный результат проводимой политики. Власть, опустошившая наши карманы, опустошила и наши души.

ЖИВЫЕ И МЕРТВЫЕ

Тому, что происходит, точный диагноз был поставлен почти сто лет назад великим Джалилом Мамедкулизаде. И молчим мы по той причине, что мы все – давно уже МЕРТВЕЦЫ.

В своей бессмертной трагикомедии «Олюляр» Дж.Мамедкулизаде довольно точно и метко охарактеризовал состояние азербайджанского общества сто лет тому назад. В гротескной форме он показал всю трагичность нашего внутринационального состояния. С тех пор прошел век. Но анализируя сложившуюся сегодня ситуацию, приходишь к неутешительному выводу – Джалил Мамедкулизаде актуален и сегодня.

Кто-то воскликнет: «На то он и классик, чтобы быть актуальным во все времена!». Но Гюго – не меньший гений, чем наши классики, но его «Отверженные» сейчас никак не могут быть справочником социального состояния современной Европы.

Поразительно, что за целый век общественно-психологическое состояние азербайджанского общества ни на йоту не изменилось. Это трагедия, переросшая в фарс. И хотя, как и сто лет назад, у нас еще хватает мужества кричать о том, что мы МЕРТВЕЦЫ, я не уверен, хватит ли у нас мужества ожить.

И поэтому я, без всякой надежды разбудить спящих вечным сном, повторяю вслед за классиком: МЫ – МЕРТВЕЦЫ. Потому что ТОЛЬКО МЕРТВЕЦЫ МОЛЧАТ…

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 28, 6 сентября 2003 г

КОМСОМОЛЕЦ, СПОРТСМЕН И НАКОНЕЦ…

Мудрецы утверждают – короля делает свита! В период правления слабого монарха ответственность за управление государством падала на плечи людей, его окружавших. И потому народы, изнывающие от деспотической власти, обращали свой гнев против свиты.После падения абсолютного монарха и прихода к власти престолонаследника в Азербайджане произошла бархатная трансформация от абсолютной монархии к ограниченной. Но ограниченной не парламентом или Конституцией, а свитой. В условиях полного беззакония власть падишаха Ильхама не может быть ограничена законом, ибо политическая система, созданная его отцом, предполагает абсолютное правления главы государства.

Но эта система предусмотрена для самодостаточной и талантливой личности, который способен разделять и властвовать. Однако принц с первых же дней своего правления демонстрирует обратное. Он оказался очень слабым правителем. И это неудивительно.

Гейдар Алиев, по примеру Бонапарта, собственными руками надел корону на свою голову. А Ильхаму Алиеву корону надела свита его отца. Принц полностью обязан своей свите тем, что воссел на престол благодаря ее стараниям. А это неизбежно приведет к абсолютизации власти олигархов, окружающих нового короля. Общество находится в ожидании новой опасности – вакханалии «боярской думы» Ильхама.

ЧЕЛОВЕК, ПОХОЖИЙ НА ИЛЬХАМА

Об одном из принцевых бояр и пойдет речь. За очень короткое время министр спорта, туризма и молодежи Абульфаз Гараев приобрел очень большое влияние в окружении принца. С началом «спортивной стратегии» Ильхама, министр спорта стал одной из центральных фигур в правительстве Г.Алиева. Судьба открыла широкие просторы для второсортного министра, который испытывал большие комплексы в связи со своим низким статусом во властной элите.

Бывший комсомолец, коренной бакинец с хорошими манерами, выходец из аристократической семьи и – к своей беде – русскоязычный Абульфаз Гараев был полным антиподом образа трайбового чиновника. Это угнетало услужливого министра, которому было очень сложно стать «своим среди чужих». В силу своего воспитания этому человеку было очень тяжело чавкать во время еды, ковырять в носу, питать любовь к букве «ц», плакать перед портретом Г.Алиева и демонстрировать уважительное отношение к персоне Сиявуша Новрузова. Гены и воспитание не позволяли ему вести себя так.

Он, по своей природе очень слабый человек, всю свою жизнь стремившийся покорить вершины власти, не был в силах громко хлопнуть дверью и произнести мнение вслух. Поэтому долгое время этот человек находился меж двух огней. Отрыжка провинциальной власти вызывала у него отвращение, а на смелость и решительные поступки он не был готов.

Вообще, люди, прошедшие комсомольскую школу, лишены смелости. Их обучали совершенно другому – уметь служить и прислуживаться. И после восхождения на престол близкого к А.Гараеву по менталитету и мышлению принца Ильхама, он почувствовал себя вольготно. Министр спорта словно расцвел. Он даже перестал испытывать комплекс от своего корявого азербайджанского языка и неумения гордо произносить букву «ц» вместо «ч». Все должны были равняться на принца и быть похожими на него. А ведь известно, что Ильхам больше пятнадцати минут подряд на родном языке говорить не может.

Звезда А.Гараева взошла очень быстро. Он стал тенью принца. На телеэкранах его лицо постоянно мелькало за спиной И.Алиева – в Сиднее, на открытиях спорткомплексов, на соревнованиях, состязаниях и турнирах. Он неизменно с трехцветным знаменем в руках находился за плечами Ильхама, и после каждой спортивной победы покрывал им плечи принца.

Наконец комсомольская смекалка министра вовремя подсказала ему – с его социокультурным уровнем и городским менталитетом доступ к власти можно получить исключительно через сына президента. Именно Абульфаз Гараев выступил с идеей избрания инфанта президентом Национального Олимпийского Комитета, при этом уготовив себе место первого вице-президента.

Комсомольские ухищрения позволили ему взять принца в сети. Его лицо стало часто мелькать не только на спортивных соревнованиях, но и на застольях принца. Он получил прямой доступ в семью престолонаследника. Теперь А.Гараев стал проявлять особое усердие в деле развития художественной гимнастики. Длинные ножки и тонкие талии гимнасток стали смыслом его жизни. А как иначе? Ведь федерацию женской гимнастики возглавляет сама Мехрибан Алиева. Словно послушный ученик, Абульфаз Гараев выслушивал советы и наставления принцессы на тренировках и подготовках к турнирам. Осторожно подбирая слова и всячески пытаясь угодить августейшей чете, министр спорта превратился в послушного слугу. Кстати, в кругу правящей Семьи его нежно называют Фазиком.

По большому счету, он и сам не заметил, как, когда и кто превратил его из министра в клерка Семьи. Но он долго и настойчиво, на протяжении десятилетий добивался этого статуса. Что ж, судьба любит настойчивых!

КОМСОМАЛЬЧИК

Абульфаз Гараев родом из знаменитой семьи. Его дядя, великий композитор Кара Караев входит в когорту мировых классиков. Но Фазик, в отличие от своего брата Джамиля, который является одним из виртуозов-пианистов, обретших славу в музыкальной среде, выбрал другой путь – изучение иностранных языков.

Лучше бы он стал пианистом! Английский давался ему очень тяжело, и видимо поэтому, забросив изучение родного языка Шекспира, он решил стать комсомольцем (кстати, до сих пор он так и не научился говорить на хорошем английском языке. Он говорит на нем практически так же, как и на азербайджанском).

Комсомол являлся той организацией, которая открывала свой простор для не слишком способных людей. И Фазик не оказался исключением. С распростертыми объятиями его приняли в комсомоле. И он в течение нескольких лет сделал карьеру – от комсомальчика до инструктора орготдела ЦК ЛКСМА.

После нескольких лет работы в комсомоле инициативного Фазика решили выдвинуть на партийную работу. И тут судьба свела его с одним из близких людей Гейдара Алиева – Рафаэлем Аллахвердиевым. Знакомство, а затем совместная работа с первым секретарем Наримановского райкома партии стали знаменательными событиями в жизни этого человека. Пройдет несколько лет, наступит новая эпоха, и Р.Аллахвердиев сыграет в жизни А.Гараева решающую роль. Но об этом чуть позже.

Проработав некоторое время в орготделе Наримановского райкома и продемонстрировав себя послушным и услужливым партработником, Фазик вошел в доверие к бывшему помощнику Г.Алиева. Он не смог тогда почувствовать новое веяние и наступление переломной эпохи – заката алиевщины. В это время его обычно крайне чуткая интуиция притупилась. Этой ошибки Фазик не может себе простить и по сей день.

«Везировская гласность», а впоследствии «муталибовское ускорение» заставили его пересмотреть свое мировоззрение. В госаппарате началась «охота на ведьм». И одной из жертв этой кампании оказался наш герой, который успел сблизится с особо приближенным к Г.Алиеву Р.Аллахвердиевым. Горбачевская дубинка заставила А.Гараева срочным образом перейти в стан противников Гейдара Алиева. Наступил новый период в жизни комсомальчика.

АПОСТОЛ АНТИГЕЙДАРИЗМА

Абульфаз Гараев срочно направился на учебу в Москву – в Академию общественных наук. Удачно вписавшись в гнездо антигейдаризма, он выбрал себе нового учителя. Научным руководителем Фазика стал один из ярых врагов Гейдара Алиева, посвятивший всю свою сознательную жизнь борьбе с ним автор нашумевшей книги «Семейные тайны» – Чингиз Гусейнов. Да, именно в научных кругах Москвы, на комсомольских посиделках, нынешний апологет гейдаризма призывал всех рьяно бороться против засилья алиевщины или как он сам говорил «этакой социальной язвы».

Абульфаз Гараев часто вспоминал там негативные последствия 1969 года и призывал не допускать Г.Алиева обратно в республику, ибо его возвращение приведет к реставрации культа личности. Жизнь подтвердила его пророчество.

Тогда же А.Гараев убеждал своих былых друзей по комсомолу в правильности реформистского курса Аяза Ниязовича. Кстати, он неоднократно пытался пролезть к первому президенту и долго и нудно упрашивал Чингиза Гусейнова замолвить за него словечко.

Затем А.Гараев решил постичь азы культурологии и взялся за написание диссертации. Но уже через некоторое время он решил испытать себя на ниве преподавательства и стал читать лекции по культурологии в Бакинской партшколе. (Не выдержала душа комсомальчика долгих научных изысканий, не смог он жить вдалеке от партии.) Но в команду первого президента «человека Рафаэля Аллахвердиева» так и не пустили.

Сегодня А.Гараеву сложно отмыться от «грязного пятна» в своей жизни – сотрудничества с Ч.Гусейновым. Он очень раздражается при упоминании этого периода его жизни. А в тот период ему было сложно отмыться от «пятна Рафаэля Аллахвердиева». Кстати, пройдет несколько лет и как только мэр города Баку впадет в немилость, А.Гараев поспешит срочно отдалиться от него и предать. Он спешил к новой миссии – ему не хватало лавров «апостола гейдаризма». Не успел петух прокукарекать и один раз, как А.Гараев открестился от Р.Аллахвердиева.

ПРОДАВЕЦ ЭЛЕКТРОТЕХНИКИ

Наступал 1992-й – время, сулившее неожиданности и превратности судьбы. А.Гараев, давший маху с А.Муталибовым, решил больше не испытывать судьбу и дождаться более лучших времен. Самым лучшим «окопом» во все смутные времена был бизнес. Фазик, вновь обратившийся к Рафаэлю Ханалиевичу, вступил в фирму «Импротекс» и решил заняться продажей электротехники.

Похоронив в тот период все надежды на власть, Абульфаз Гараев решил стать бизнесменом. Но маятник политической жизни вновь нарушил его планы. В 1993 году его пророчество сбылось – Гейдар Алиев, вернувшись в страну, узурпировал власть. Возвращение патриарха Советского Азербайджана возродило крестного отца «Импротекса» Рафаэля Аллахвердиева, который в течение тяжелых лет подполья верой и правдой служил делу гейдаризма. Новый президент вернул к власти своего бывшего помощника.

Реабилитация Р.Аллахвердиева вернула к жизни и А.Гараева. Именно по рекомендации и личной просьбе Р.Аллахвердиева, в 1994 году указом Г.Алиева на основе расформированного Госкомспорта было учреждено Министерство молодежи и спорта, а министром был назначен Абульфаз Гараев. Но бакинские корни протеже Р.Аллахвердиева несколько насторожили президента. Г.Алиев решил привязать к неиспытанному и чуждому трайбократии А.Гараеву верного бойца алиевского сопротивления – тоже бывшего комсомальчика, но с крепкими нахичеванскими корнями, – Вагифа Алиева.

В свое время однофамилец президента возглавлял комсомольскую организацию БГУ и являлся одним из создателей и активистов партии «Ени Азербайджан». В качестве первого заместителя А.Гараева, он выполнял роль соглядатая, поскольку недоброжелатели Р.Аллахвердиева стали убеждать президента в том, что его избранник политически неблагонадежен. Кстати, долгое время Абульфаз Гараев отказывался вступать в ряды правящей партии, что вызывало закономерное раздражение «сиявушеподобных». Он намеренно дистанцировался от трайбовой части элиты, стараясь демонстрировать свою напускную самостоятельность. Его опять преследовало желание стать «чужим среди своих». Но наступило время, когда нужно было делать выбор.

ОН ПЕРВЫМ БРОСИЛ КАМЕНЬ

Абульфаз Гараев сделал свой выбор, при этом оставшись верным своим жизненным принципам. В 1999 году началась кампания травли против Р.Аллахвердиева. Г.Алиев поспешил избавиться от «отработанного мавра» и запустить новый мультипликационный сериал под названием «Малыш Гаджи». И Абульфаз Гараев стал одним из тех, кто активно устремился в ряды недоброжелателей своего «крестного отца». Хотя именно этот человек вознес его от продавца электротехники и до министра правительства Г.Алиева. Но сразу же после опалы мэра А.Гараев перестал ему звонить и стал демонстративно от него дистанцироваться.

Кстати, именно Р.Аллахвердиев впервые познакомил министра спорта с сыном президента. Они быстро подружились – изнывающий от обилия «цыкающих» олигархов, принц сразу проникся русскоязычным и городским Фазиком. Сблизившись с принцем, А.Гараев поспешил подставить подножку мэру – он попытался снять его сестру с должности директора международного туристического комплекса «Гянджлик». Но намерение министра вызвало нарекание многих в правительстве, которые напомнили А.Гараеву о том, что Р.Аллахвердиев для него сделал. Министр решил пересмотреть свой указ.

Кстати, аналогичное поведение А.Гараев продемонстрировал и по отношению к бывшему первому заместителю председателя ЙАПа Али Нагиеву. В былые годы неограниченных возможностей А.Нагиева, А.Гараев сблизился и с ним. И каждый раз министр труда высказывал положительные отзывы о деятельности А.Гараева. А.Нагиев доверял ему беспредельно, не подозревая о том, что новоиспеченный друг принца усиленно подрывал доверие Семьи к нему.

Да что говорить об Р.Аллахвердиеве или А.Нагиеве, если А.Гараев предал своих самых близких друзей! У него не хватило смелости даже защитить своего друга комсомольской юности в период, когда «Импротекс» вызвал недовольство принца.

Абульфаз Гараев, конечно же, вступил в ряды ЙАПа и прошел экзамен на прочность. Это позволило Г.Алиеву перебросить своего лазутчика Вагифа Алиева в Сумгаит, где на него была возложена особая миссия. А А.Гараеву была предоставлена самостоятельность в собственном министерстве, он больше не вызывал подозрений.

КУКЛА ФАЗИК

После вышеизложенного, многие подумают, что образ Абульфаза Гараева сопоставим разве что с образом апостола Иуды. Уверяем вас – это не так! Мы не задавились подобной целью. Он, как и подавляющее большинство королевской свиты, слаб перед сильными мира сего. Абульфаз Гараев даже не в силах защитить свое достоинство. Поэтому его образ неприглядно запечатлен в сатирической телепередаче «Куклалар», которая демонстрируется по главному телетрайбканалу «Лидер».

Фазик – один из немногих персонажей власти, чей прототип присутствует в этой передаче. В команде Ильхама его так и не восприняли в качестве своего, он не смог стать полноценным олигархом. Не случайно по заказу Кямаледдина Гейдарова – всесильного друга сына президента, его наряду с Муртузом Алескеровым и Аббасом Аббасовым включили в список должностных лиц, над которыми насмехаются даже во власти. Но если человека считают куклой, значит он позволил себя ею сделать.

ЭЙНУЛЛА ФАТУЛЛАЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 28, 6 сентября 2003 г

НЕФТЬ И ДЕМОКРАТИЯ

Визит Ильхама Алиева в США так и остался за кадром. Пока население Азербайджана гадало через океан о том, встретился ли И.Алиев с отцом или нет, он провел ряд встреч с высокопоставленными лицами в Вашингтоне. И хотя с первыми лицами американской администрации ему встретится так и не удалось, сам факт его отбытия в США сразу после назначения на пост премьер-министра говорит о многом.Как заведено еще с тех времен, когда мир был многополярным, первый визит всегда носит вассальный характер. Точно так же, как в средние века вассал прибывал ко двору сюзерена с тем, что бы засвидетельствовать ему свой вассальный долг, ныне главы суверенных государств отправляются в страны-гиганты.

В современных условиях, когда доминирование одной державы стало определяющим, поездка принца в США не выглядит столь неожиданной. К тому же там в Кливленде все еще лечат его отца и, судя по успешности лечебных процедур. это может продолжаться целую вечность.

По имеющейся у нас информации, Ильхам Алиев провел целую серию встреч в Пентагоне. И хотя неизвестно, что на них обсуждалось, уже ясно, что эти встречи вызвали серьезное раздражение в других странах. Так, в России, не скрывающей своего интереса к Азербайджану, с раздражением встретили факты секретных встреч И.Алиева. Озабоченность Москвы вызывает откровенно проамериканский курс нового азербайджанского лидера.

Видимо, не случайно, что практически в это же время Москву посетил Р.Гулиев. Есть сведения, что он провел ряд встреч с представителями российского истеблишмента. Посещение Р.Гулиевым Москвы вряд ли возможно без разрешения российского руководства. Таким образом, Москва начинает изыскивать новых лидеров в Азербайджане, в то время как Р.Гулиев, долгое время проживавший в США, видимо, понял тщетность ставки на демократические институты Запада и пустился на поиски новых союзников.

Кроме того, по имеющейся информации, президент Путин дал распоряжение спецслужбам РФ подготовить процедуры по введению жесткого визового режима для азербайджанских граждан. Это означает, что Москва собирается прессинговать на самом слабом участке азербайджанской политики. Если введение визового режима станет реальностью, миллионы азербайджанцев хлынут обратно на родину, и пресловутая алиевская «стабильность» будет похоронена.

Из американских встреч принца, которые стали достоянием азербайджанской общественности, наибольший интерес вызвала встреча с заместителем госсекретаря господином Армитеджем, который считается ныне в США архитектором внешнеполитической доктрины Вашингтона. Господин Армитедж тепло принял господина Алиева и заявил, что «США готовы работать с новым азербайджанским премьер-министром в деле развития демократии».

Господину Армитеджу следовало бы учесть, что Азербайджан – страна с президентской формой правления, в системе управления которой премьер-министр занимает вторичное место и исполняет в основном технические, нежели политические, функции. Поэтому ожидать от премьера проведения демократических реформ не совсем корректно. Подобное пожелание можно адресовать исключительно президенту.

Таким образом, стало ясно, что в Вашингтоне воспринимают И.Алиева именно как будущего президента страны. Однозначно, что Вашингтон сделал свой выбор.

Интересно, а что заставило американцев пойти на столь одиозный выбор? На наш взгляд, главный фактор – нефть. Америка критически зависит от поставок нефти. В свете развития ситуации на Ближнем Востоке эксперты сходятся во мнении, что, захватив Ирак, США могут взять под свой контроль Иран и тогда будут держать под контролем до 75 процентов мировых запасов нефти. Азербайджан – ключ к Ирану и Средней Азии, и поэтому американцы хотят иметь здесь полностью контролируемую ситуацию.

Как известно, Вашингтон требует от любого, кто претендует на власть в Азербайджане, исполнения всего трех желаний.

Во-первых претендент должен обеспечить социально-политическую стабильность. Это означает, что не будет передела собственности, а пришедшая власть не допустит хаоса.

Во-вторых, новая власть обязана обеспечить неприкосновенность западных экономических интересов. Это означает, что ни один нефтяной контракт, даже самый несправедливый и невыгодный для Азербайджана, пересмотрен не будет.

В-третьих, новая власть не должна допустить начала боевых действий в Карабахе. Вашингтон не хочет боевых действий в Карабахе не только из традиционной любви к армянам, но и из чисто прагматических соображений. В случае начала боевых действий оба предыдущих условия могут быть поставлены под сомнение.

Считается, что именно неспособность оппозиции выполнить эти требования вынудила Вашингтон пойти на поводу у азербайджанских властей. Но так ли это? Сможет ли нынешний режим обеспечить стабильность? Отнюдь!

Во-первых, Ильхам Алиев неизбежно потеряет власть, и тогда она попадет в руки какого-нибудь проходимца из его окружения. Понятно, что без западной поддержки нынешняя оппозиция после этих выборов сама умрет тихой смертью. Но и это не поможет остановить хаос и восстановить стабильность. Ильхам Алиев – прямой путь к нестабильности, так как он не имеет ни талантов, ни опыта успешного администрирования.

Во-вторых, ни один из кандидатов от оппозиции ни разу не заявил, что даже во сне думает о пересмотре нефтяных контрактов.

И наконец, в-третьих – в рамках нынешней президентской гонки практически все оппозиционеры отказались от своей «священной коровы» – вооруженной борьбы за возвращение Карабаха.

Таким образом, непонятно: чем же так нелюбы наши оппозиционеры Западу?

Одно из расхожих объяснений вашингтонских экспертов гласит, что приход оппозиции так или иначе вызовет передел собственности, а это спровоцирует нестабильность. Но это не аргумент. Гораздо опасней сохранение нынешней схемы распределения национального пирога. Большинству олигархов до сих пор мешал выступить против этого распределения только страх перед «великим и ужасным» больным из Кливленда. Да и сегодня только страх воскрешения патриарха сдерживает олигархов от объявления войны. Но как только станет известно, что Г.Алиев не вернется в политику, у И.Алиева начнутся большие проблемы.

В качестве наиболее подходящей фигуры для эволюционного развития страны больше, чем И.Алиев, подходил Р.Гулиев. Я долго думал над тем, чем Р.Гулиев – бывший член правящей команды, человек из правящего трайба, десять лет живущий в Америке, – не приглянулся Вашингтону. Ведь он был бы идеальной переходной фигурой. Имеющий большой опыт администрирования, Р.Гулиев имел устойчивую репутацию человека, который не только сам живет, но и кормит других, а работники его заводов до сих пор, как золотой сон, вспоминают время, когда он возглавлял объединение. Так чем же Р.Гулиев не устроил американцев?

Единственное приемлемое объяснение – это то, что экс-спикер всегда выражал свое негативное отношение к нефтяным контрактам алиевской эпохи. Хорошо разбирающийся в нефтяной сфере, Р.Гулиев прекрасно понимал какую угрозу они несут экономической безопасности страны и поэтому выступал против их заключения.

Таким образом, все становится ясно. Ильхам Алиев устраивает Вашингтон по очень простой причине – ради сохранения власти он готов на любые условия США. Можно констатировать, что правящий режим в очередной раз проводит уже знакомую комбинацию: торгуя национальными интересами страны, идя на уступки в ключевых стратегических вопросах, власть добивается продления жизни прогнившего политического режима. Ей удалось убедить весь мир в том, что только она в состоянии обеспечить учет их интересов в нашей стране.

Интересно, что ради сохранения этого режима нынешняя вашингтонская администрация пошла вразрез с американским общественным мнением. Как известно, индикатором такового в США являются газеты. Две крупнейшие газеты США – «Нью-Йорк Таймс» и «Вашингтон Пост» – во время визита принца в Штаты опубликовали редакционные статьи, резко осуждающие процедуру престолонаследия в Азербайджане, и подвергли обструкции позицию официального вашингтона в этом вопросе.

Но даже несмотря на это, Белый дом готов пойти на любые уступки. Интересно, почему? Да потому, что вступив в нефтяные игры вокруг Каспия, США стали заложниками семьи Алиевых.

Это напоминает ситуацию в дореволюционном Иране, когда США ради сохранения Ирана в качестве противовеса арабским странам закрывали глаза на нарушения там прав человека. Результат известен. В странах, которые отданы на расправу людям с психологией сутенеров неизбежно формирование радикальных течений.

Многочисленные провалы американской внешнеполитической доктрины в Никарагуа, Иране и на Кубе должны были стать Штатам уроком того, что между бизнесом и демократией невозможно поставить знак равенства. Потому что деньги приходят и уходят, а права человека вечны.

Так что, если завтра в Азербайджане появятся свои Фидели Кастро или имамы Хомейни, свои Саддамы или Каддафи, пусть США не удивляются – они сделали для этого все, что могли.

РАСИМ НУРИЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 28, 6 сентября

АФЕРА ВЕКА. Эльмар Гусейнов

На днях исполняется девять лет с момента подписания «Контракта века». До первого круглого юбилея еще целый год, и в принципе, нет никаких оснований для того, чтобы начать подводить итоги. Но политическая реальность такова, что в этом появилась серьезная необходимость именно сейчас.Вообще вся история Контракта века – это хроника торжества политики над экономикой. Политическая необходимость осмысления этой поистине судьбоносной для современного Азербайджана даты в том, что Азербайджан стоит накануне президентских выборов. Происходит смена эпох.

Правящая элита изо всех сил пытается сохранить статус-кво. Западные страны вовсю ей в этом помогают – несмотря на априорную недемократичность существующего политического режима в Азербайджане, несмотря на западное общественное мнение и на всю уродливость неомонархических конструкций в стране-члене Совета Европы. Итак, несмотря на все вышеперечисленное, это все же происходит.

И существует только один разумный ответ на вопрос почему это происходит? Контракт века. Нынешняя власть – это плоть от плоти и кровь от крови этого документа. Не случайно бакинские острословы вывели собственную формулу азербайджанского триединства: «Во имя отца, и сына, и контракта века…»

Контракт века стоит в одном ряду с именами старшего и младшего Алиевых отнюдь не случайно. Именно он является основной идеологической и экономической базой процедуры престолонаследия. Уродливость этой политической процедуры – зеркальное отражение самого Контракта века. Документа, не имеющего аналогов в современной мировой истории. Документа, являющегося кабальным договором, меняющего стратегические ресурсы (да что там ресурсы – будущее целой нации!) на несколько сотен миллионов тонн нефти. Документом, подписание которого стало итогом многоходовой комбинации ТНК и правящей элиты. Документом, ставшим символом национального бессилия.

КАК ЭТО БЫЛО?

Изначально было ясно, что нефтяная стратегия Азербайджана будет строиться на использовании средств западных нефтяных компаний. К тому времени советская экономика почила в бозе и было неспособна начать освоение нефтяных проектов, требующих многомиллиардных инвестиций.

Первое появление западных компаний приходится на 1990 год. По сути дела, тогда изучалась возможность внедрения в экономику советских республик, уже явно отходящих от центра.

Это было бурное время политических иллюзий. Народ на площадях конца 80-х – начала 90-х годов прошлого столетия продолжал жить иллюзией того, что достаточно Азербайджану выйти из СССР – как нефть превратит его в процветающую страну. «Нефть плюс независимость» – эта формула рождала ложную оценку будущего.

Представители западных нефтекомпаний, посещавшие Баку, вначале вели интенсивные переговоры с правительством Муталибова (1990-1992). Правительство Муталибова изначально заняло жесткую позицию. Несмотря на шаткое политическое положение, правительство настаивало на соблюдении нескольких ключевых параметров.

Во-первых, контракт на разработку месторождение «Азери» – самого перспективного азербайджанского месторождения – должен был стать итогом международного тендера (который, кстати, и был проведен – победителем стала американская АМОКО). По условиям тендера компания была обязана вместе с другим участником – компанией «Макдермотт» – полностью реконструировать завод глубоководных оснований, превратив его в крупнейший в Азии производитель оснований.

Во-вторых, предполагались инвестиции в нефтяное машиностроение Азербайджана и оговаривались планы по реконструкции нефтяной индустрии. При этом в контракте четко оговаривалась доля иностранных инвесторов – 20%.

Но контракт этот так и не был подписан. Правительство Муталибова было свергнуто, и ему на смену пришло гораздо более уступчивое правительство Эльчибея.

Если первоначально речь шла только о месторождении «Азери», то при народофронтовцах предметом переговоров стало и месторождение «Чыраг» (против чего возражал тогдашний президент Государственной нефтяной компании Азербайджанской Республики – ГНКАР – Санан Ализаде). Затем сюда прибавилась и неглубоководная часть месторождения «Гюнешли».

Юнитизация контракта привела к увеличению инвестиций, необходимых для его реализации. Правительство «фронтовиков» хорошо понимало значение нефти, но практически ничего – в переговорной стратегии. Стратегической ошибкой стало заключение контрактов по принципу «раздела продукции».

В политическом плане ставка правительства Народного Фронта на нефть была очень серьезной. Ведь к разработкам на Каспии рвались западные компании, особенно те из них, у которых дела на тот момент шли не очень хорошо. Известно, например, что на момент появления на Каспии проблемы были у такой крупной компании, как «Бритиш петролеум».

Первый контракт лоббировался такими политическими фигурами, как экс-премьер Великобритании Маргарет Тэтчер, посетившей в 1992 году Баку. Сабит Багиров (теперь уже экс-президент ГНКАР) и сегодня убежден в том, что контракт можно было заключить еще при народофронтовском правительстве.

Однако участники переговорного процесса, в том числе и сам Багиров, пытались вывести текст контракта на тот уровень, который был бы предельно выгоден Азербайджану по долевому участию страны. В итоге стороны сошлись на соотношении «60 на 40″. 30 июня 1993 года в Лондоне, куда должен был прибыть президент Азербайджана Абульфаз Эльчибей, ожидалось подписание «контракта века», предоставляющего западным компаниям права на разработку каспийской нефти. Но 13 июня Сурет Гусейнов поднял мятеж. Правительство Эльчибея пало.

Форсирование государственного переворота в июне 1993 года некоторые наблюдатели и по сей день связывают с предполагаемой поездкой в том месяце президента Эльчибея в Лондон для окончательного согласования и подписания контракта с иностранными компаниями. Можно спорить о том, была ли нефть главным двигателем переворота, но то, что нефть сыграла свою роль в ускорении этого процесса, – несомненно. По имеющейся информации из компетентных источников, незадолго до подписания контракта правительством Эльчибея, Гейдар Алиев звонил своему сподвижнику и кричал ему в трубку: «Если контракт заключат они (Народный фронт – авт.), нам никогда не придти к власти!».

Как оказалось в дальнейшем, не только Г.Алиев не хотел подписания контракта. Основные участники контракта – нефтяные транснациональные компании BP и AMOCO, затягивая переговорный процесс с правительством Эльчибея, участвовали в заговоре, направленном на свержение политического режима, возглавляемого Абульфазом Эльчибеем. Информацию об этом опубликовала британская «Санди Таймс» со ссылкой на источники в британской разведке. По мнению этой газеты, BP и AMOCO финансировали приход Гейдара Алиева к власти для того, чтобы обеспечить себе монопольное положение на перспективном рынке нефтеуглеводородных ресурсов на Каспии.

После прихода к власти Гейдара Алиева, доля BP и AMOCO в контрактах возросла в два раза. Гейдар Алиев, не отягощенный проблемой легитимизации своей власти, подписал контракт на более выгодных для иностранных нефтяных компаний условиях. Но чтобы придти к власти, Г.Алиеву пришлось воспользоваться услугами мятежного полковника. А это привело к тому, что крен в азербайджанской внешней политике сместился в сторону РФ. Азербайджан был вынужден отказаться от половины своей доли в пользу российской компании.

Но несмотря ни на что, 20 сентября 1994 года подписывается контракт и создается первый азербайджанский международный нефтяной консорциум (позднее названный Азербайджанской международной операционной компанией – АМОК). После слияния двух основных участников консорциума – ВР и АМОКО, вся власть переходит в руки мирового гиганта нефтедобычи ВР.

Компания, первоначально вообще не представленная в азербайджанских нефтяных проектах на Каспии, превращается в монопольного оператора национальных богатств. Сегодня ВР контролирует и будет контролировать разработку, добычу и транспортировку 85 (!) процентов азербайджанских нефтеуглеводородов. А соотношение прибыли, получаемой азербайджанской стороной от реализации Контракта века, зеркально изменилось и превратилось в «20 на 80″.

Почему Контракт века, призванный стать локомотивом азербайджанской экономики, который должен был втолкнуть страну в XXI век, на деле стал кабальны договором, типичным образцом неоколониальной политики? Подробное его изучение порождает только безответные вопросы.

БЕЗОТВЕТНЫЕ ВОПРОСЫ

Никто из тех, кто участвовал в заключении Контракта века (да и последующих контрактов) не в состоянии дать разумный ответ на эти вопросы.

К примеру – на каком основании азербайджанская сторона пошла на заключение контрактов типа «Шеринг продакшн» или, говоря по-русски, на соглашения о разделе продукции (СРП)? Эти соглашения в современном мире практически не заключаются – по той простой причине, что наносят экономике страны колоссальный вред. Например, недавно Госдума РФ приняла Закон об запрете на заключении сделок по принципу СРП. В преамбуле этого закона так и написано: «Соглашения по принципу СРП наносят колоссальный вред экономике страны, противоречат мировой практике и не соответствуют национальным интересам».

Привлекательность этих соглашений для нефтяных компаний очевидна. Они устраивают нефтяных гигантов высокой внутренней нормой прибыли, свободой от экономических рисков в быстро меняющейся конъюнктуре, к тому же эти соглашения обретали также силу закона, так как ратифицировалось парламентом Азербайджана. При этом они освобождают компании от ответственности за эффективность инвестиций и позволяют проводить развязанную инвестиционную политику. При этом речь, по сути, идет о вычленении месторождений, разрабатывающихся по принципу СРП, из экономики страны.

Но даже мировая практика, знающая множество заключенных контрактов этого типа, не знает ни одного, который можно было бы сравнить с Контрактом века.

Начнем с того, что наш контракт освобождает участников проекта от всех корпоративных налогов. Он предусматривает полное освобождение участников контракта от всех видов налогов на территории страны! Одно только это положение делает его уникальным.

Посудите сами – практически самая главная отрасль страны, дающая до 70 процентов ВВП, освобождается от налогообложения. Более того: она освобождается и от всех видов таможенных пошлин – как на экспорт продукции, так и на импорт комплектующих запчастей. И это в то время, когда все остальные сектора национальной экономики стонут под игом 38-процентного таможенно-налогового побора на границе!

Но и это еще не все. Доля соотношения прибыли также уникальна. Азербайджан, владеющий месторождениями, получит в итоге меньшую часть прибыли, чем компании-участницы.

И это еще не все. Уникальность контракта еще и в том, что впервые в мировой практике контракт на подобных условиях заключен не по контрактной площади, а по разведанным месторождениям. Как правило, подобные контракты если и заключаются, то только по неразведанным месторождениям, шансы извлечения полезных ископаемых на которых меньше 50 процентов. Но у нас контракт типа СРП впервые заключен на месторождения, полностью разведанные и даже частично освоенные (Гюнешли). Почему? Вопрос повисает в воздухе.

Следующий безответный вопрос таков: почему, вопреки общепринятой мировой практике, ни по одному месторождению не был проведен ни один тендер? Более того – результаты единственного проведенного тендера были похерены.

И наконец последний вопрос – почему контракт, существующий уже 9 лет, так и не принес экономического процветания Азербайджану? Почему миллиарды нефтедолларов так и не породили экономического бума?

ДЕТСКАЯ БОЛЕЗНЬ МИФИЗНЫ В КАПИТАЛИЗМЕ

Причин несколько. Они подразделяются на объективные и субъективные.

Одна из главных заключается в незнании нами своего реального места в мире. Как и все молодые независимости, Азербайджан мучительно долго ищет свое место в этом мире. Реальное осознание нашего места в мире сейчас трудно различимо – из-за всей этой пелены обещаний, протоколов о намерениях и прочих аксессуаров, сопровождающих любую «нефтяную игру». Но реально другое – нефтяная политика есть баланс весьма различных интересов. И очень часто эти интересы расположены в совершенно иной плоскости, нежели интересы Азербайджана.

Неверна была первоначальная посылка. Мы считали, что нефть – это не средство, а цель. Изначально нефть рассматривалась нами не как средство для прогресса, а как источник решения всех существующих общенациональных проблем. И решение карабахской проблемы, и выход из социального-экономической стагнации, и достижение процветания – все это должно было решится по мановению волшебной нефтяной палочки.

На первом этапе реализации нефтяной стратегии вся страна жила в ожидании чуда того момента, когда Азербайджан станет новым Кувейтом. Эти неоправданные ожидания подстегивались многочисленными заявлениями западных экспертов о грядущем нефтяном рае. Только немногие трезвые люди рекомендовали не накладывать бездумно опыт арабских стран на Азербайджан. Их мнение встречалось с враждебным недоумением.

Помню, когда в газете «Зеркало» вышла одна из моих первых журналистских работ – «Кувейтский мираж», она вызвала в обществе буквально шок. После этой статьи руководство страны записало меня в личные враги, а руководству газеты посоветовали «более не печатать таких статей по той причине, что они не нравятся главе государства». Кстати, именно по этой причине я в итоге и был вынужден создать издание, которое вы сейчас держите в руках. Так что, даже «Монитор» – это плод нефтяной стратегии.

Основной источник мифов – реальные запасы нефти на Каспии. Несмотря на многолетние геологические изыскания, споры о том – сколько нефти на Каспии – не утихают. Французский журнал «Экспресс»: «На Каспии от 70 до 250 млрд. бар. нефти». Доклад госдепа США: «Разведанные запасы нефти Каспия – 163 млрд. баp. и еще 15,6 млрд. баp. – пpогнозиpуемые (в итоге около 30 млрд. т.)». Прогноз ГНКАР: «В Азербайджане около 4 млрд. тонн нефти». Эксперты Института Геологии (Баку): «В Азербайджане не менее 10-12 млрд. тонн, с учетом древних комплексов и глубоких месторождений – 20 млрд.т».

Хотя сотрудники этого же Института геологии в 1988 году в издательстве «Элм» выпустили в свет труд, в создании которого участвовали А.Алиев, М.Багирзаде, З.Буниятзаде, Ф.Дадашев, Ш.Мехтиев, С.Салаев, А.Шихлинский и Ф.Юсуфзаде. Так вот, по мнению этих авторитетов, геологические потенциальные запасы нефти в эксплуатируемых и разведываемых месторождениях в азербайджанском секторе Каспия по данным на 1988 год достигали 2374 млн. тонн по категориям А+В+С1 и 360 млн. тонн – по категории С2. В том числе, извлекаемые запасы составляют 415,9 млн. тонн по категория А+В+С1 и 276,5 млн. тонн – по категории С2.

Как наглядно видно, в различных «экспертных» оценках общие запасы региона оцениваются в диапазоне от 1,5 до 30 млрд. тонн, что дает основание усомниться в корректности самих экспертиз. Понятно, что подобный разброс мнений невозможен без политической подоплеки. Каждая сторона использует экспертов для того, чтобы подтвердить верность собственной политической стратегии.

В итоге азербайджанская нефть стала заложницей мифа. Миф этот нужен в первую очередь правящей политической элите: они создают желаемый ажиотаж и привлекают к себе пристальное внимание мирового сообщества. Политическая элита Азербайджана реализует нефтяную стратегию, основанную на вере в миф- «наличие нефти обрекает страну на неизбежное процветание». Населению остается только послушно ждать.

Успешное осуществление «нефтяной стратегии» требовало признания тезиса, что в Азербайджане очень много нефти. Заложенные в стратегию ожидания логически нуждалась в достаточном нефтяном обосновании: запас прочности напрямую увязывался с запасами нефти в стране, обрекая всех на веру в миф – «Азербайджан представляет собой гигантский нефтяной клондайк». Стратегия нации основана преимущественно на тезисе «у нас очень много нефти». И именно потому всякий, кто подвергает этот тезис сомнению, автоматически становится врагом государства.

Но понятно, что в одиночку провернуть подобную политическую аферу азербайджанскому руководству не под силу. Все вышесказанное ставит под сомнение саму необходимость заключения нефтяных контрактов.

Сторонники заключения контрактов обычно приводят две причины необходимости их заключения. Первая – инвестиционная. По их мнению, Азербайджан в ближайшей перспективе не смог бы найти необходимых средств для инвестиций в эти проекты. К тому же очевидны экономические дивиденды, уже полученные Азербайджаном. Азербайджан смог за последние годы привлечь свыше 6 миллиардов инвестиций. И вторая – нефть создала рабочие места. Начиная с 1995 года АМОК обеспечил работой по найму 19 тысяч человек. Появились компании, специализирующиеся на социальной инфраструктуре.

Но так ли это?

Начнем с того, что для начала реализации нефтяных контрактов было достаточно начать разработку нефтяного месторождения «Азери». Точнее – его центральной части. На это, по мнению наших экспертов, понадобилось бы не более 1 миллиарда инвестиций. А уж такие деньги страна вполне могла бы найти и сама, заняв их у МФИ по низким процентным ставкам.

Сторонники заключения контрактов в этом случае приводят технологический фактор, который действительно обусловил отказ от разработки месторождений своими силами. Действительно, азербайджанская нефтяная индустрия не могла разрабатывать месторождения на глубине более 250 метров. Рекордом для нас являлась глубина 214 метров.

Но парадокс в том, что главное месторождение контракта – «Азери» – будет разрабатываться с глубины… 190 метров. А до самого месторождения предполагается идти горизонтальными скважинами. Поэтому для разработки месторождения было достаточно пригласить западную бурильную кампанию в качестве субподрядчика, что в принципе и было сделано консорциумом.

Выводя на первый план финансовую и технологическую несостоятельность азербайджанской стороны, нам хотят доказать, что иного пути не было. В принципе, это правда. Но иного пути у нас не было отнюдь не по экономическим или технологическим причинам, а по политическим соображениям.

Вспомним, какой была ситуация: раздираемая распрями нищая страна, фактически проигравшая вооруженную фазу противостояния из-за Нагорного Карабаха. Новое политическое руководство страны прекрасно понимало, что дальнейшая судьба и Нагорного Карабаха, и самого Азербайджана будет решаться не на полях сражений. А для дипломатических торгов необходимо иметь предмет торга. И мы выложили на алтарь противостояния свое единственное богатство – нефть. Мы начали торг с желанием решить все свои задачи при помощи нефти.

Но об этом знала и противная сторона. В отличие от нас, загнанных в тиски цугцванга, они могли сколь угодно долго вести переговоры, чтобы выторговать себе максимально выгодные условия. К тому же вскоре стало ясно: новое азербайджанское руководство отнюдь не прочь заработать на торговле национальными интересами. Интересы Семьи были поставлены выше интересов нации, и, затратив мизерные суммы на выплаты нашей правящей элите, западные компании осуществили грандиозную аферу.

КАСПИЙСКАЯ НЕФТЯНАЯ ПИРАМИДА

Совершенно ясно, что в завышении реальных объемов нефти на Каспии заинтересованы все стороны, участвующие в реализации проектов. Помимо азербайджанского государства в этом заинтересованы и его западные партнеры. У этой заинтересованности множество аспектов.

ПОЛИТИЧЕСКИЙ аспект заключается в том, что Закавказье представляет важный геополитический регион, являя собой перемычку между Черным и Каспийским морями и «ключ» к Центральной Азии. К тому же Запад стремится ограничить влияние России на Европу – с одной стороны, а с другой – не допустить увеличения числа союзников Ирана. А еще Азербайджан может стать плацдармом для грядущего вторжения в Иран – страну, занимающее ключевое место в числе производителей нефти.

Есть и ЭКОНОМИЧЕСКИЙ аспект, из-за которого западные страны заинтересованы в возникновении у каспийского нефтеносного региона имиджа «супернефтяного колосса». Увеличение числа стран, вступающих в индустриальную эру, неизбежно провоцирует рост потребления энергоресурсов. Но реальной альтернативы арабской нефти нет. В этих условиях удержать рост цен обычным набором политических и экономических инструментов уже не представляется возможным. Именно этим и была вызвана иракская кампания.

Но для сдерживания нефтепроизводителей в узде требуется нечто большее, чем грубая сила. Требуется альтернатива. Создание «каспийского фантома» преследовало цель показать реальную альтернативу арабской нефти.

По оценкам различных западных источников, доказанные извлекаемые запасы нефти на Каспии (что, по мнению большинства экспертов, эквивалентно запасам категорий А+В или А+В+С1 по cоветской классификации) составляют примерно 2-4 млрд. тонн. В мировом масштабе это сравнимо с величиной запасов Северного моря и почти в 25-50 раз меньше, чем в государствах Ближнего и Среднего Востока, в недрах которых содержится 90100 млрд. тонн, или более двух третей мировых доказанных запасов. А потому все разговоры о возможной стратегической конкуренции между этими регионами не более, чем миф.

Но миф перестает быть таковым, когда становится на службу коммерческой выгоде. Как известно, ключевую роль в кампании по надуванию наших нефтяных запасов играют компании-участницы проекта. И в первую очередь – ВР. Для многих компаний важно, чтобы цены на их акции росли, а для этого порою нужны не факты, а декларации об участии в мифических «нефтяных проектах Каспия». С помощью таких мифов им удается повысить свой фондовый имидж и даже вполне реально заработать.

Участвуя в широко рекламируемых каспийских проектах и заявляя о совершенно «сумасшедших запасах», компании реально повышают свой фондовый имидж, то есть выигрывают, еще не выкачав ни одного барреля нефти. Увеличение фондовой стоимости компании есть вид аферы, но этим, как показал скандал с «Энроном», больны практически все крупные западные ТНК. Таким образом, каспийская нефтяная стратегия компаний все больше приобретает вид полномасштабной аферы.

Вообще в истории с каспийской нефтью есть все составные части классической аферы. Ведь в чем суть всех афер? В том, чтобы, создав ложное представление о каком-то объекте, добиться выдаивания из жертвы денег.

Как известно, инициаторами и активными участниками «каспийской нефтяной лихорадки» являются ведущие державы мира и страны региона, нефтяные компании и банки, бизнесмены и политики. И было бы крайне наивно полагать, что нефтяная игра от начала до конца пойдет по канонам прозрачной и честной борьбы. В любой достаточно масштабной «финансовой игре» объективно заключена возможность афер: естественно, что большая нефтяная лихорадка объективно и логично создает условия для различного рода масштабных афер.

Завышение реальных объемов каспийских запасов, на наш взгляд, изначально преследовало цель добиться максимально большей прибыли для компаний-участниц.

Увеличение реальных суммарных запасов до заоблачных высот привело к тому, что параллельно растет и сумма инвестиций от западных компаний. К тому же это компании делают все, чтобы увеличить суммы расходов: самые дорогие автомобили, которые меняются через год, комплектующие – из Индонезии, оборудование – из Франции, оргтехника – из Великобритании. Все это – составная часть стратегии ВР в Азербайджане.

Казалось бы, какой интерес этим компаниям вкладывать столь высокие инвестиции? Интерес появляется при изучения макроэкономического воздействия нефтяных контрактов на нашу экономику.

На первом этапе много говорилось о мультипликаторе и заявлялось, что нефтяные инвестиции неизбежно приведут к тому, что в результате действия мультипликатора инвестиции пойдут и в другие отрасли. Назывались различные цифры: от пессимистической «6 долларов на 1 доллар» инвестиций до оптимистической «12″.

Результат превзошел все ожидания. Сегодня в Азербайджане мультипликатор имеет… минусовую величину. Размер инвестиций в ненефтяную сферу в 15 раз меньше, чем в энергетический сектор. Более того: инвестиции в нефтяной сектор практически равны сумме закупленного за рубежом оборудования и заплаты иностранным сотрудникам.

В итоге влияние нефтяных контрактов на экономику страны практически равно нулю. Вывод таков: либо на Азербайджан не распространяются законы рыночной экономики, либо размеры инвестиций в нефтяной сектор – не более, чем миф.

Но для чего необходимо вкладывать миллиарды долларов? Этот вопрос напрямую увязан с вопросом реальных нефтяных запасов.

Предположим, что реально на месторождениях нефть есть в количестве не декларируемых 520 миллионов тонн, а 230 миллионов – как и было написано в документах советского времени. Необходимые инвестиции для извлечения этого количества нефти не превышают 1,5-2 миллиарда долларов. При этом прибыль, на которую могли рассчитывать западные компании, не превысила бы 2 миллиардов долларов.

А теперь посмотрим на то, что получат компании при реализации нынешнего контракта. Достаточно посмотреть на условия заключенных контрактов, как многое становится ясным. По условиям контракта, в первые 10 лет большая часть добываемой нефти вывозится западными участниками консорциума, которые из полученной суммы должны погасить свои затраты на инвестиции в рамках проекта.

А теперь представим, что количество инвестиций завышено на 4 миллиарда долларов. В результате противная сторона получает возможность вывезти дополнительно – в счет погашения своих затрат – около 90 миллионов тонн. Плюс – в счет своих прибылей – еще 10 миллионов тонн. Помимо этого, с оставшихся 100 миллионов тонн она еще получит свою львиную долю прибыли.

Согласно контракту, Азербайджан начнет получать большую часть предполагаемой прибыли только во второй фазе контракта. Предполагается, что в заключительной части реализации контракта Азербайджан будет получать 70 процентов доходов от полученной нефти. Но, как показывает опыт эксплуатации аналогичных «Азери» морских месторождений на Каспии (в частности «28 Мая»), большую часть добываемой нефти на этих месторождениях без применения спецсредств реально можно получить… только в первые 10 лет. Затем удержание добычи на прежнем уровне потребует значительно большего числа инвестиций, что повышает себестоимость добываемой нефти.

Таким образом, вполне вероятно, что через 15 лет после начала реализации, в наших месторождения останется так мало нефти, что их добыча просто станет нецелесообразной. По условиям этого контракта, выигрывает тот участник, кто первым снимет сливки. А поскольку реальные запасы преувеличены, то очень велика вероятность того, что мы окажемся ни с чем.

Все это весьма сильно напоминает печально знаменитые «финансовые пирамиды», превращая каспийский Контракт века в их нефтяную разновидность.

НЕФТЬ, КОТОРУЮ МЫ ПОТЕРЯЛИ

На алтарь «нефтяной стратегии» был брошен весь стратегический потенциал нации. Пойдя на столь грандиозные потери, мы ничего не достигли реально. Как видим, подписание нефтяных контрактов не решило ни одной из этих стратегических задач. И хотя заключено уже 20 контрактов по освоению каспийских месторождений азербайджанского сектора и к их реализации привлечены 33 компании из 14 стран, реальных результатов не наблюдается. Исключая площади первого консорциума и обнаруженные запасы газа и газоконденсата на «Шах-Дениз», по «морским» контрактам, заключенным во второй половине 90-х годов, нет пока ни одного значительного результата.

Разработка двух контрактных месторождений (консорциумы CIPCO и NAOC) свернута из-за небольших запасов, которые делали работу на этих месторождениях коммерчески невыгодной. Многие эксперты утверждают, что даже в самые лучшие годы, при производстве 70-80 миллионов тонн нефти ежегодно, объем добычи на Каспии составит не более 2 процентов от мирового объема добычи нефти.

Так что, нет никаких оснований для заявлений, что «Каспийское море станет супернефтеносным регионом планеты». Экономика страны развращена потоком нефтедолларов, протекающим мимо нее. Практически все сектора национальной экономики, за исключением нефтедобывающего, пребывают в глубочайшей депрессии. Нас уверяют, что ситуация кардинально изменится с началом полномасштабной добычи и притоком больших нефтеденег. Но верится в это с трудом. Если уж ежегодные миллиардные инвестиции не оживили нашу экономику, то как ее могут реанимировать 500 миллионов нефтедолларов?

На все вопросы правительству по поводу ориентации только на нефтяной сектор, его ответ был неизменен – другой альтернативы нет.

Но Карабах все еще в руках армян, которые, не принеся никому практически никаких политических даров, добились военно-политического паритета с азербайджаном. Наша страна погрязла в коррупции. Наше общество унижено и развращено, а население спасается от нищеты на просторах необъятной экс-родины. Зато правящая Семья «заработала» миллиардные капиталы, превратившись в одну из богатейших семей мира.

Власть в Азербайджане пытается превратить нашу страну в еще одну нефтяную монархию. Победитель президентских выборов 2003 года получит устойчивую власть. Доходы от нефти в последующие годы поднимутся до той гарантийной отметки, которая даст не просто крепкие финансовые рычаги, а еще и возможность значительно приумножить семейный капитал.

Именно поэтому наследник семейных капиталов так стремится к политическому олимпу. Ему потворствует инертность общества, сознание которого одурманено ожиданием нефтедолларов и райской жизни, и западные участники аферы, для которых приход принца к власти – по сути единственная возможность не отвечать на неудобные вопросы. А страна медленно дрейфует – и в экономике, и в политике – к африканскому варианту развития.

В мире существует НЕСКОЛЬКО ВАРИАНТОВ использования нефтедолларов. НОРВЕЖСКИЙ – когда львиная часть доходов, полученных от реализации нефтяных контрактов. тратится на модернизацию экономики и развитие общества. АРАБСКИЙ – когда баснословные доходы от нефти поровну делятся между правящей элитой и финансированием стратегических фьючерсных программ. И АФРИКАНСКИЙ – когда львиная часть доходов направляется на обогащение правящей элиты.

Азербайджан упорно приближается к африканскому пути развития. Эту проблему у нас предпочитают не замечать. Оно и понятно – этот вариант подразумевает вероятность реализации негативных сценариев. Между тем Азербайджан по многим объективным параметрам «имитирует» печальный опыт большинства африканских стран. Авторитарный режим, отсутствие правовых основ демократии, коррумпированность власти и многое другое.

Вместо того, чтобы стать основой для грядущего прогресса и процветания азербайджанского народа, нефть превратилась в нашу головную боль, в наше проклятие.

В своих предвыборных выступлениях цесаревич пытается убедить всех в том, что эта власть что-то сделала. И в качестве главного пропагандистского аргумента эффективности власти наиболее часто упоминается Контракт века. МЫ ЭТО СДЕЛАЛИ! – заявляет принц. И с ним трудно не согласится. Если его отца принято считать архитектором «нефтяной стратегии», то сын безусловно является ее прорабом. Видя то, к чему уже привела реализация стратегии алиевской семьи, и понимая, к каким неисчислимым бедствиям они еще приведут нашу несчастную страну, хочется сказать: «ДА, ЭТО СДЕЛАЛИ ВЫ!». Вот только звучит это не как утверждение, а как приговор!

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 30, 20 сентября 2003 г

КУРДСКИЙ ВОПРОС

Всю неделю страну будоражили слухи о возможных арестах среди высшего руководства. Источники этих слухов до сих пор неизвестны, но, судя по массированности их распространения, скорее всего, это спецслужбы.В среду на сайтах появилась информация о возможном аресте ближайшего человека из алиевского окружения – его телохранителя Бейляра Эюбова и готовящемся аресте руководителя Нахичеванской автономной республики Васифа Талыбова. Позже выяснилось, что никакого ареста не было, а Б.Эюбов просто был принужден дать показания в МНБ. По имеющейся информации из непроверенных источников, его допросила совместная следственная группа МНБ и турецких спецслужб, решение о создании которой было достигнуто в Анкаре. Зато та же группа провела здесь арест целой группы курдских активистов, скрывающихся в Азербайджане.

Уже свыше года так называемая «проблема курдов и ПКК» будоражит азербайджанское общество. Время от времени эта проблема взрывается очередным потоком сенсаций. Очевидно одно – созданная во власти курдская этническая группировка во главе с Б.Эюбовым терпит удар за ударом. Вначале при неизвестных обстоятельствах от кровоизлияния в мозг неожиданно умирает один из братьев Эюбовых, бывший фактическим хозяином Гянджебасарского региона. Затем наносится удар по старшему брату – крестному отцу курдской группировки.

Турция давно добивалась от официального Баку согласия на начало разгрома курдских группировок в нашей стране. Курдская мафия в Азербайджане состояла из целой группы организаций, чьей целью было зарабатывание финансовых ресурсов для ПКК.

По мнению экспертов, структура ПКК в Азербайджане состоит из трех крыльев:

1. политическое крыло под руководством Бейляра Эюбова;
2. экономическое – под руководством владельца чоболя «Тексун» Абдулбари Гезала;
3. зарубежное – под руководством Рзы Везири, который по происхождению иранский курд и в основном занимается легализацией капитала Семьи за рубежом. По сообщению компетентных источников, правящая Семья отдала этому бизнесмену монополию над месторождениями драгоценных металлов (!).

Таким образом, все крылья этой организации представляют собой цельную систему, которую Г.Алиев использует в целях укрепления своей власти. Однако открытая политика президента, направленная на совместную деятельность с курдской организацией, вызывает массу вопросов, и в первую очередь наиболее актуален следующий: почему Г.Алиев не скрывает свою связь с курдскими террористами?

Многие злые языки утверждают, что покровительство, оказываемое Г.Алиевым курдам, связано с курдским происхождением Г.Алиева. Мы не обладаем информацией, чтобы подтвердить или опровергнуть такие утверждения, но факт остается фактом – несмотря на неудовольствие турецких союзников, Г.Алиев покровительствовал курдам всех стран.

С приходом к власти его сына все резко изменилось. Почему? Существует три версии происходящего. Первая версия такова – курды проявили политическую неблагонадежность. Курдская элита настолько укрепилась, что захотела иметь своего президента. Не случайно глава НАР Васиф Талыбов – член этой группировки – всерьез рассматривался в качестве вероятного претендента в наследники режима.

Известно, что Б.Эюбов всячески убеждал Гейдара Алиева в том, что Ильхам Алиев не в состоянии удержать власть. По имеющейся у нас информации, именно поэтому он и был удален от президентского тела, при котором неотлучно находился все последние 15 лет, и заменен Вагифом Ахундовым, профессионалом, не имеющим политических амбиций.

Вторая версия происходящего – это возможность турецкого вмешательства. Турция не скрывала своего неудовольствия по поводу связей азербайджанских официальных лиц с ПКК и вполне вероятно, что начало глобальной антикурдской кампании – это результат обещания, вырванного Анкарой у И.Алиева в обмен на согласие поддержать его кандидатуру на выборах.

Но как бы то ни было, ясно одно – массированная атака на курдские организации в Азербайджане началась.

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 30, 20 сентября 2003 г

ЗАКОН ДЖУНГЛЕЙ

Словосочетание, вынесенное в заголовок, стало крылатым со времени выхода в свет книги Редъярда Киплинга. Оно подразумевает, что в джунглях всегда выживает сильнейший – в прямом, физическом смысле этого слова.Особенно популярным и расхожим это выражение стало в советские времена. Тогда именно так и говорили: «В антигуманистическом мире капитализма царствует закон джунглей». Подразумевалось, что мир социализма насквозь гуманен и не позволяет погибнуть даже наислабейшему индивиду. Насколько это было верным – каждый из нас может судить сам. У кого-то таких примеров будет много, а у кого-то будет еще больше примеров обратного. Люди есть люди при любом строе.

Конечно, при социалистическом строе на социальные нужды тратились огромные средства. Но тем самым общество лишалось инициативы – а наиболее инициативным «давали по рукам». Уравниловка, одним словом.

Впрочем, все это стало уже прописной истиной. А нам бы хотелось рассмотреть здесь совершенно иную трактовку слов «закон джунглей».

БРЕМЯ … ЧЕЛОВЕКА

Вместо многоточия можно поставить любое прилагательное: «бремя красного человека», «бремя желтого человека», «бремя черного человека». Киплинг настаивал на «бремени белого человека», понимая под «белым человеком» исключительно британца времен королевы Виктории (французы и немцы удостаивались легкого презрения, итальянцы и испанцы «белыми» не считались, а уж как тогда Британия относилась к своей бывшей колонии США – и говорить нечего).

Очевидно, с тех пор вошло в обиход и другое выражение – «живет, как белый человек».

«Барду империализма» легко было в XIX веке говорить о бремени белого человека – над Британской империей не заходило солнце. И это действительно было так. Англосаксонская культура распространилась на весь мир, результаты чего наблюдаются и по сей день. Но мы сейчас не об этом, а о том, чтобы убрать это многоточие вообще. «Бремя человека» – звучит намного лучше и гораздо ближе к истине.

В чем сила человеческая? В разуме и воле. Разумом человек пользуется при оценке своих способностей и возможностей для достижения цели, а затем прикладывает волю, чтобы дойти до этой цели. И здесь человеку нет пределов, кроме тех, которые поставлены ему Богом. Всевышнему виднее, куда можно пускать род людской, а куда – нет.

В чем заключается бремя человека? В том, что он ответственен перед всей планетой за каждое свое слово и дело. Это нелегкое бремя, но на то мы и люди. Кто хочет – ищет возможности, кто не хочет – ищет причины.

КТО ХОЧЕТ – ИЩЕТ ВОЗМОЖНОСТИ

Наверное, каждый из нас хоть раз в жизни был свидетелем того, как люди упорно и целеустремленно добивались желаемого. Мы восхищались ими – конечно, если их дорога к цели не была вымощена телами тех, кто посмел встать у них на пути. Вполне возможно, что кто-то из читающих эти строки тоже долго и упорно шел к своей цели, не щадя сил и средств.

К сожалению, волна инициативных и предприимчивых людей, которая была очень большой на заре независимости, в последние годы буквально схлынула «на нет». Очевидно, ситуация в стране не располагает к тому, чтобы на передний план в обществе выходили люди умные, инициативные, волевые. Увы – будь ты даже семи пядей во лбу, но если ты не там родился и не с тем сдружился, то можешь засунуть свою инициативу в… чемодан и увозить ее за тридевять земель. Туда, где она будет востребована.

Хотя единичные случаи все еще встречаются и у нас. Вот только один, возможно, на чей-то взгляд незначительный пример. Девочка из бедной (очень бедной!) семьи мечтала поступить в институт иностранных языков. В доме не было ни словарей, ни пособий – там не всегда хватало на кусок хлеба, что уж тут говорить о книгах или занятиях с педагогами. Чтобы иметь возможность готовиться к поступлению, девочка периодически брала у одноклассницы словарь и… по частям переписывала его в свою тетрадь – слово за словом. Ее жажда выучиться была настолько сильна, что даже крайняя бедность не стала преградой. Этим летом девочка поступила туда, куда и хотела.

Этот пример не глобален, но поучителен. Он говорит о том, что если желание велико, то мало найдется преград, могущих остановить человека. Но одного желания всегда бывает недостаточно. Необходимы еще разум, воля и сила. Только с их помощью человек, у которого из всего парализованного тела движется только один палец на руке, может стать нобелевским лауреатом по физике Стивеном Хоукингом. Только с их помощью сын алкоголика из захолустного городка может стать президентом самой могущественной державы мира Уильямом Клинтоном. И только объединив свою силу и волю, колонисты в Америке смогли получить независимость от самого сильного тогда государства – Великобритании и построить себе то общество, которое на долгие годы стало образцом демократии.

«Каменные джунгли» городов и поселков не слишком отличаются от обычных джунглей – здесь тоже выживает сильнейший. Правда, понятие силы ныне сильно отличается от киплинговского. Сила мышц может всего-навсего свернуть гору, а вот сила мысли и духа может изменить лицо всего мира.

КТО НЕ ХОЧЕТ – ИЩЕТ ПРИЧИНЫ

Причин и отговорок всегда можно найти великое множество. Причем далеко ходить не надо – достаточно зайти в соседний магазин.

Захожу. Владелец (он же – продавец) жалуется: «Совсем меня эти налоговики достали. Вот вы в прессе работаете, напишите про их поборы». Спрашиваю: «А почему вы не пытаетесь протестовать?». Отвечает: «А что я один могу сделать?».

Или вот соседка жалуется – потратила большие деньги, чтобы снарядить ребенка в школу, и в первый же день увидела запись в его дневнике: «Принести деньги в школьный фонд». А денег практически не осталось – только на жизнь, и до зарплаты еще около месяца. Советую: «Пожалуйся в министерство образования».

Отвечает: «А что я одна буду жаловаться? Другие родители платят. Да это ничего и не решит, только хуже будет – к ребенку начнут в школе придираться. Да и учитель не виноват – с него самого требуют, он платит директору. И с директора требуют – он платит наверх. Это всю систему менять надо».

Снова спрашиваю: «А кто будет менять, если не мы?». Отвечает: «Да кто мы такие, чтобы менять эту систему? Мы – люди маленькие».

Патрульный полицейский останавливает маршрутку, в которой я еду. Водитель привычным жестом сует руку в карман, вытаскивает два-три ширвана, вылезает из машины и идет к полисмену. Тот, ничуть не скрываясь, берет деньги, кладет себе в карман и машет рукой – мол, поезжай, свободен. Пассажиры маршрутки смеются, а на мой вопрос – почему водитель не протестует – «зазывала» отвечает: «Себе дороже выйдет».

И так везде. Да каждый из нас может привести уйму примеров подобного рода. Не привыкли мы к протестам, зато привыкли оправдываться – «а что я могу сделать один?»

Помните, был такой старый мультик? Там рисованный человечек тоже говорил: «А что я могу сделать один?». К нему присоединялся второй, говоривший то же самое. Затем уже огромная толпа человечков хором скандировала: «А что я могу сделать один?», словно не видя, что речь идет уже не об одном, а о массах.

Спросите каждый себя (только честно!) – многие ли пойдут на выборы? А ведь подавляющее большинство населения недовольно – и властью, и жизнью. И ведь каждый из нас в глубине души уверен – наш голос ничего не решает. А теперь представьте: почти 4 миллиона человек одновременно громко восклицают: «Мой голос ничего не решает!». Да от одного такого хора рухнут стены любой крепости. И любой власти.

СИЛА И БЕССИЛИЕ

Я не стану приводить здесь уже набившую оскомину притчу об отце, который учил сыновей единству на примере веника. Все ее и так знают. Но знание, не применяемое на практике, остается мертвым грузом.

Каждый из нас слаб. И особенно эту слабость ощущаешь, когда слышишь об избиениях инакомыслящих, когда на своей шкуре испытываешь вся тяжесть давления на прессу. Но вместе мы – сила. Вот только быть вместе у нас никак не получается.

Безусловно, своя рубашка ближе к телу. Так было всегда, так есть сейчас, да и в обозримом будущем эта истина вряд ли претерпит существенные изменения. Но в жизни каждого из нас рано или поздно наступает время объединения. И если не ради каких-то высоких идеалов и заоблачных достижений, то хотя бы во имя инстинкта самосохранения.

Хотя даже этот основополагающий инстинкт не всегда срабатывает. Вот, например, наша оппозиция никак не хочет объединяться, хотя уже даже африканскому ежу понятно, что поодиночке ни одному из них победы на выборах не одержать. Никак не хочет объединяться и наша интеллигенция – во всяком случае то, что от нее еще осталось. Одни громогласно поют здравицы во имя власти, другие шепотом поддерживают оппозицию, третьи «благоразумно» решаются вообще ни во что не вмешиваться. И создается такое впечатление, что для гражданина Азербайджанской Республики страна кончается прямо за порогом квартиры или за воротами дома.

Кстати, слабость – та категория, которая при умножении меняет знак на противоположный. Двое слабых не удваивают свою слабость, а напротив становятся вдвое сильнее. Поэтому не стоило бы говорить о собственном бессилии. Лучше было бы задаться другим вопросом – почему мы так упорно не хотим менять знак на противоположный, почему не хотим увеличить свою силу?

Вы не знаете почему? Вот и я не знаю.

БЭЛА ЗАКИРОВА

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 29, 13 сентября 2003 г

ЗАГЛУШЕННЫЙ ГОЛОС «СВОБОДЫ». Эльмар Гусейнов

Нас обманули! Нам говорили, что только в СССР есть политическая цензура, нет свободы слова и что любого, посмевшего иметь свое мнение, система сломает. А вот там – по другую сторону железного занавеса – все по-другому.Каждый день, точнее, каждую ночь интеллигентные советские люди включали радиоприемники и слушали хриплые «голоса», заглушаемые советской системой глушения. Для нас это был глоток правды. Трудно переоценить влияние «голосов» на формирование общественного мнения. Нам тогда казалось, что люди, там работающие, – это высокие и светлые диссиденты, борющиеся с антинародным режимом.

Помню, как двадцать первого января 1990 года дрожащий от негодования голос вел радиорепортаж о зверствах, учиненных советской военщиной на улицах Баку, – в то время, как по всему миру раскручивали мыльную оперу про зверства азербайджанцев и спасение армян советской армией.

С волн радио «Азадлыг» мы слышали правду. И неизвестно скольких людей спас от разрыва сердца этот голос. Этот голос принадлежал Мирзе Хазару – человеку, уехавшему из Азербайджана, но так не сумевшему вычеркнуть Родину из своего сердца. За все эти годы его голос всегда оставался единственным, кто не позволял усомниться в том, что «Радио Либерти» борется за нашу свободу.

И вот теперь шоковая новость – Мирзу Хазара уволили с радио «Азадлыг», хотя после того, что произошло, язык не поворачивается называть это радио этим именем. Уволили по смехотворной причине, потому что все, что до сих пор было озвучено в прессе, – бред сивой кобылы.

На самом деле все гораздо проще – радио «Азадлыг» оставалось последним редутом антигейдаризма среди электронных СМИ. А перед выборами нельзя было оставлять вне контроля ни одно из электронных СМИ. Мирза Хазар с его кредитом народного доверия вполне мог нарушить планы вашингтонских мудрецов, за нас решивших – что для нас хорошо и что плохо.

Перед судьбоносными выборами нельзя было оставлять угрозу для стабильности. В путинской России это называется «зачисткой медиа-пространства». Оказывается, медиа-пространство зачищают даже в самых демократических странах.

Мирза Хазар должен был уйти, так как не вписывался в новую концепцию отношения к Азербайджану. Он не понимал, почему Америка должна поддерживать «своего сукина сына» только потому, что он продал им страну с потрохами. Он стал ритуальной жертвой, принесенной американской администрацией на алтарь дружбы с режимом Алиева-младшего.

Ни один канал так последовательно и настойчиво не боролся с режимом, как возглавляемый Мирзой Хазаром азербайджанский отдел «Радио Либерти». Именно он озвучивал самые подцензурные истины в то время, когда в самой стране свирепствовала цензура. Именно на его волнах впервые прозвучали материалы, раскрывающие размах и размеры азербайджанской коррупционной машины. Вряд ли у гейдаровского режима был за рубежом враг более последовательный, нежели Мирза Хазар.

Известно, что на него давили. Известно, что ему неоднократно предлагали умерить свой пыл. Не случайно, что в последнее время он практически ушел из эфира. Но даже это не помогло. Его выкинули с работы, прямо на улицу. И тем самым дали понять всем нам – время борьбы за права и свободы азербайджанцев закончилось.

Сегодня можно говорить о том, что его передачи были непрофессиональны, что в них преобладали эмоции, а не факты. Но у кого поднимется язык сказать это? Ведь борьба не бывает без огрехов. Так же, как не бывает и без жертв. Мирза Хазар стал жертвой этой борьбы. Со всей смелостью настоящего азербайджанского патриота он боролся за лучшую долю для своих соотечественников.

Он мог бы этого не делать. Мог бы. Многие наши соплеменники, устроившиеся работать в зарубежную фирму, готовы лизать пятки своим иностранным хозяевам. Ему, с его американским гражданством и еврейской национальностью, легче легкого было бы забыть про свое азербайджанское прошлое и делать то, чего от него требовали боссы. В конце концов, все знают, что свобода слова принадлежит тем, кому принадлежат средства массовой информации.

Но он не смог, не вытерпел. Видимо, потому, что в его сердце навсегда осталась любовь к земле, которая его взрастила.

Увольнение Мирзы Хазара – это наш общий проигрыш, потому что мы потеряли больше, чем последний честный источник распространения информации. Это поражение всех азербайджанцев, где бы они ни жили. Потому что пострадал большой патриот, чья единственная вина заключалась в том, что он слишком сильно любил свою родину.

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 28, 6 сентября 2003 г

АЛИЕВЩИНА

Нет-нет, не подумайте, речь в этой статье пойдет не о набившем оскомину общественно-политическом явлении, захватившим Азербайджан в семидесятые-восьмидесятые годы прошлого века. Речь пойдет о совсем иной алиевщине – о явлении, охватившем нашу экономику в начале третьего тысячелетия. И хотя Азербайджан – страна вообще-то небольшая, но в ней очень много Алиевых. Я бы сказал – чересчур много. И членов правящей семьи. И не только их.Есть в нашей стране человек, который хоть и не является членом правящей семьи Алиевых генетически, но является им психологически. Речь идет о министре экономического развития Фархаде Алиеве.

Фархад Алиев занимает один из ключевых постов в гейдаровской иерархии. И если учесть, что при всем при том его головокружительная карьера связана вовсе не с генетическим родством с Семьей (да и сам он родом не из богоизбранной Нахичевани, а из захолустного Джалилабада), то нашему удивлению не будет границ.

Но наш главный экономист (а его должность предполагает его главным стратегом экономических реформ) имеет одну но пламенную страсть. У нашего героя, как у Деточкина из фильма «Берегись автомобиля» много родственников. И наш герой, по примеру президента, очень любит трудоустраивать своих родственников, благо Аллах даровал ему большое количество родных и двоюродных братьев.

Еще в доминистерское время он пристроил своих родных братьев. Один из них ныне возглавляет компанию «Азпетрол» (для справки: эта компания напрямую принадлежит Семье и является лидером на рынке торговли горюче-смазочными материалами и транспортировки нефтепродуктов). На долю «Азпетрола» приходится больше половины розничной торговли нефтепродуктами. Также «Азпетрол» владеет компанией «Азтранс», транспортирующей нефть через территорию Азербайджана. Помимо всего прочего, владения «Азпетрол» распространяются и на другие перспективные рынки. Компания управляет также сетью магазинов по торговле роскошью «Престиж».

Неплохо устроены и другие братья. Так, один из них возглавил трест зеленого хозяйства – ключевой в отрасли городского хозяйства.

Но вслед за этими бизнес-проектами у господина Ф.Алиева проявился аппетит к трудоустройству родственников и на других объектах. Вот, например, кто сегодня управляет энергосбытовой системой страны? Все проклинают несчастный «Бармек» и его шефа Арабула, хотя на самом деле наши турецкие братья – всего лишь ширма. На управление электросетями Фархад Алиев назначил Арабула через целую сеть махинаций, а еще назначил туда же своего младшего брата.

Еще один из братьев Ф.Алиева занимает пост руководителя банка, при этом заглядываясь на пост министра по налогам.

Но на этом трудоустройство родственников господина Алиева не заканчивается. Пользуясь тем, что вверенное ему ведомство является безраздельным владельцем всех государственных активов, Фархад Алиев тихо прибрал к рукам все промышленные активы республики, большинство крупных заводов и фабрик.

Сегодня практически все предприятия превращены в акционерные общества, хотя акционерными их можно назвать только условно. В большинстве крупных промышленных объектов государство (точнее – выступающее от его лица министерство экономического развития, а еще точнее – лично Фархад Алиев) имеет контрольный пакет акций и контролируют ситуацию.

Получив доступ к этим предприятиям Фархад Алиев осуществил менеджерскую революцию. Практически на всех предприятиях, ставших акционерными обществами, посты управляющих достались его многочисленным родственникам. Соответственно, практически все посты в вышеназванных организациях занимают родственники поменьше – двоюродные дяди, троюродные братья и так далее. Такая всеобъемлющая любовь суперминистра к родственникам понятна и соответствует не только национальному менталитету, но традициям, установленным президентом.

Получив полный контроль над предприятием, «Фархад Алиев и Ко» начинает медленно прибирать его к рукам. Учитывая, что практически все предприятия – банкроты, покупателей на их акции найти невозможно. При этом МЭР грамотно и верно рассчитывает – какое предприятие по наименьшей цене пойдет с молотка. В итоге его полноправным владельцем становятся Фархад и его команда. По этому сценарию были взяты под контроль большинство предприятий машиностроительного сектора. Причем сделано это было по минимальным расценкам – практически за копейки.

Еще один метод взятия предприятия под контроль – это передача его в управление иностранному инвестору. Тут Фархаду Алиеву и вовсе карты в руки. МЭР обладает полным правом передавать государственную собственность в управление иностранному инвестору. В результате предприятие попадает к какой-нибудь малоизвестной иностранной компании, руководящую роль в которой занимают… Правильно – родственники Фархада Алиева.

Так было, например, с алюминиевой промышленностью страны. Помните, сколько разговоров было о том, кто стоит за голландской компанией, приобретшей право управлять всей азербайджанской алюминиевой промышленностью? В числе возможных вариантов назывались даже печально известные братья Черные из русской алюминиевой мафии. Но действительность оказалась весьма банальной. Владельцами алюминиевой промышленности стали действительно печально известные «черные братья» – Алиевы.

Беззастенчиво пользуясь своим служебными положением, Фархад Алиев создает грандиозную семейную империю. В нее входят предприятия энергетического комплекса и промышленные объекты, торговля нефтепродуктами и объекты недвижимости.

Петля алиевщины все туже смыкается на шее азербайджанской экономики, все высокодоходные сферы которой контролируется одной алиевской семьей, а сферы с меньшим уровнем доходности – другой алиевской семьей. И мне почему-то кажется, что совпадение фамилий отнюдь не случайно.

Остается только один вопрос: выдержит ли азербайджанская экономика сразу два суперпаразитических клана?

ТЕЙМУР БАГИРОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 29, 13 сентября 2003 г