БОЛЬ ВНУТРИ

Ичери Шехер, город в городе, обособленная группа людей, живущая среди огромного мегаполиса. Людей со своими обычаями, понятиями, родственными и социальными связями. Конечно, многие связи этого минисоциума нарушены давно и уже не могут быть реанимированы.

Этому предшествовал долгий процесс, состоящий из двух этапов. Первый – естественная смерть тех, кто был носителем этнографической памяти. Второй – когда коренных жителей Ичери Шехер насильственно переселяли в новые районы столицы, обещая вернуть затем в отремонтированные старые дома. Обещанием так и осталось пустым звуком. Некоторая часть коренных жителей Ичери Шехер естественно поменяла место жительства (переезд в другой город, женитьба, замужество, плохие социальные условия, невозможность собственными силами произвести ремонт ветхого строения – возраст многих домов в Крепости колеблется в пределах 80-100 лет – раздел недвижимости с последующей продажей некоренным жителям Крепости и т.д.).

Все, что сказано выше о Крепости, можно отнести на счет любого места в старом Баку, где семьи жили по 100 и более лет, где рождались и умирали, любили и ненавидели, радовались и плакали.

Человек привыкает к своему дому, к своему двору, к своей улице, а главное – к своим соседям. Из года в год обрастая привычными связями, укрепляя их или разрывая, человек становится неким звеном неразрывной цепи, называемой в Баку «махалле». Каждая улица, каждый дом несут отпечаток тех людей, что живут здесь. Это проявляется во всем, вернее, во многих не сразу заметных глазу мелочах: в надписях, в царапинах на фасадах с облупившейся штукатуркой или с рустовкой под кирпич, под каменную кладку XIX века, в том, что у дверей есть тонкая лоза, и в том, что старая, неухоженная лоза гниет заживо, являя собой вещественное доказательство внимания обитателей этого дома.

Многое могут рассказать улица, дом, окна… Собственные дома в Крепости, старые или вновь построенные, очень откровенны. Они сразу выдают характер владельца, его вкусы и привычки. Одним словом, то, как он относится к себе и к людям вокруг, к домочадцам и соседям. Светильник у ворот, включаемый с наступлением темноты, говорит о том, что хозяин думает не только о своих гостях, но и о чужих, о прохожих. А форма светильника, мощность его лампочки, место ее расположения и то, как она освещает улицу, – говорит о вкусе, воспитании, следовании традициям. Подметена улица или нет, участок перед домом влажен и чист или наоборот – это говорит о многом.

Но человеческий глаз так уж устроен, что замечает плохое быстрее, чем хорошее. Если долго бродить по Крепости, то очень скоро переполняешься гневом и обидой на то, что и ты принадлежишь к этому народу…

Когда в мозгу человека возникает требование «я хочу» – несмотря на то, что это «не принято», «не положено», в конце концов «нельзя»? Когда наступает момент, озвученный «я это могу», «мне это дозволено», «я прав даже тогда, когда неправ»? Когда и почему рушатся преграды, установленные моралью, традициями, наконец, законом? Почему мы забыли пословицу «Уважай других и они будут уважать тебя»? Откуда вдруг появилось у нас такое неуважение к себе, к другим и ко всем? Оно идет снизу, от народа, или сверху – от власти? Может, было бы лучше, если взаимное уважение распространялось как круги по воде – по горизонтали, без всякой иерархии?

Мне, конечно, могут возразить, что на иерархии было построено человеческое общество, что она была всегда. Согласен, кто-то в свое время дальше метал копье, кто-то лучше стрелял из лука, быстрее бегал, имел лучшую память… Такие качества генетически передавались из поколения в поколение. В процессе эволюции выживали лучшие – это было правильно, естественно, необходимо. Так возникла иерархия, которую я условно называю «белой».

Затем естественные приоритеты сменились искусственными, появилась возможность называться лучшим не за счет личностных качеств, а за счет большего количества денег – и следовательно, иметь преимущество перед другими, желание стать во главе, вскарабкаться выше по иерархической лестнице. Это давало право попирать все, что не по нраву, что мешало быть первым. Вот это и есть «черная иерархия». Именно она и главенствует в нашем обществе, нашем народе, нашем городе, нашей Крепости.

Давным-давно, в дни моего детства и юности существовал ряд неписанных правил, которые нам, детям, и голову бы не пришло нарушить. Мне, восьмилетнему, поручено вынести мусор, я и даже не подумаю опорожнить ведро где попало, а не там, где положено. Как бы я ни торопился по своим детским делам, даже зная, что никто этого не заметит, – это я сделать не мог. Не был приучен. Мы были другими или другим было время? Ни то и ни другое. Иным было воспитание – с уважением: к соседям, к дому, к улице, а значит – к себе.

Мне возразят, что прошлое всегда кажется милей и достойней. И будут правы. Конечно, ностальгия всегда красит воспоминания в розоватые оттенки. И тогда не все и не всегда были идеальными.

…На нашей улице жил старик. У него были седые, довольно редкие волосы, большой горбатый нос, на котором сидели очки в массивной черной оправе. Сквозь стекла очков глаза его казались огромными, с тяжелым немигающим взглядом змеи. Жил он на первом этаже, без семьи. Никто к нему не приходил, да и сам он редко отлучался из дома – только раз в три дня за покупками на базар.

Как только мы начинали гонять мяч, он выползал со своим стулом на улицу и садился у дверей. Растопыривал колени и клал на них свои огромные волосатые руки. Вся его поза выражала только одно – ожидание. Часто это ожидание вознаграждалось из-за нашей беспечности: как только мяч подкатывался к его ногам, сосед в своей неизменной пижаме в полоску резко наклонялся и хватал мяч одной рукой. В другой неизвестно откуда появлялся нож. Рука делал быстрый взмах и… мяч превращался в куски резины. После этого сосед с сознанием выполненного долга поднимался и плелся домой, таща за собой стул. А мы с ребятами опечаленные разбредались по домам.

В этом была какая-то мистика: мы начинали футбол – и появлялся старик в пижаме со стулом. Иногда ему везло, иногда везло нам, и мы, уставшие от игры, брали уцелевший мяч и показывали язык своему врагу с холодным оружием. А потом он как-то незаметно исчез из нашей жизни. Но мне почему-то до сих пор кажется, что «старик в пижаме» все еще сидит где-нибудь у входа в дом.

Но не было тогда странных обычаев подкидывать мусор к соседским дверям или, собравшись тесной стайкой посредине улицы, обсуждать прелести или неприятности замужней женщины. И не вполголоса, а громогласно – с жестами и показами синяков на тех местах, которые позволено видеть лишь мужу и гинекологу.

Так нельзя было вести себя в прошлом, но не настолько далеком прошлом, чтобы его можно было забыть. Что же случилось с нами? Может, нам следует обратить взор внутрь себя и спросить: «Почему все низкопробное, все, что уводит нас от человеческого, становится нам так близко?». Словно в одночасье повылезали изо всех щелей разные «сексуальные меньшинства». Такие были и раньше, но стеснялись этого и не выставляли напоказ, как сейчас. Неужели распущенность – непременный атрибут демократического государства?

В свое время девушки с других кварталов и и улиц Внешнего Города заходили в Крепость, чтобы избавиться от назойливого ухажера. Как только приставала видел, что эта девушка – из Крепости, немедленно давал задний ход. Крепость выступала гарантом защиты девушки. Скажете, сказка? Но это было.

Были в наше время и наркоманы. Многих мы знали в лицо, по именам, знали, где живут и где «кайфуют». Когда мы были детьми, опасались таких, а повзрослев, старались не замечать, не иметь контактов. Это была их жизнь и их путь. А мы не хотели, чтобы наши пути пересекались. В Крепости таких осуждали и сторонились. А теперь?

Употребление «легкой наркоты», а затем и «тяжелой» стало обыденным явлением, а возраст «употребляющих» снизился до 14 лет. И если раньше это был исключительно «мужской порок», то теперь «наркотическое равноправие» затронуло и девочек. Что это – тоже атрибуты современности, необходимое условие стать как можно более похожим на «независимых и свободных»? Но свободных от чего – от вековых традиций, от мугама, от миниатюр, от Низами и Физули?

Так что же еще потребуется затоптать, чтобы стать соответствующим своему времени? И не слишком ли высока цена за ложные понятия?

Государство начинается в семьи, дома, в котором мы рождаемся, живем и умираем, с квартала, с улицы, с города. И кончается там, где главенствует равнодушие, мешающее стать человеком. Я не могу быть равнодушным к тому, что несет в себе память о былом, что уцелело за 300-500 лет, а сейчас разрушается моими современниками. Когда Память уничтожают враги моего народа, нелюди – это объяснимо, на то они и враги. Но когда это делают люди, вскормленные этой землей и говорящие на ее языке… Я не могу понять тех, кто торгует всем, чем только может. Это – манкурты.

Мы созданы по подобию Божьему. Но много ли в нас от Него осталось?..

МИР-ТЕЙМУР МАМЕДОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 15, 17 aprel 2003 г

СЛУГА ЦАРЮ, ОТЕЦ СОЛДАТАМ

«О, молодые генералы своих судеб…»

Марина Цветаева

Крушение власти! Эти слова произнесли уста десятков тысяч людей, наблюдавших за падением президента. В течение всей эпохи его правления именно штыки армейских генералов символизировали нерушимость режима. Они были с ним, ибо он был непобедим. И в октябре 1994 года, и в марте, и в августе 1995 года генералы уничтожали врагов патриарха, заведомо будучи уверены в его победе. И впервые именно перед ними Г.Алиев продемонстрировал свою немощь и тем самым угрозу падения режима.

Ему было очень важно показать всем им, что они ошиблись, и что минута слабости, когда он впервые потерял сознание, ничего не означает. Поэтому он снова вышел к трибуне. Он не мог допустить, чтобы основа его режима усомнилась в его силах. Ведь они – его генералы – еще с парт училища имени Дж.Нахичеванского всегда лицезрели сильного и волевого вождя, и для него было жизненно важно доказать им, что он по-прежнему всемогущ.

Но падение мифов равноценно гибели надежды. Главнокомандующий вооруженными силами страны так и не смог завершить выступление. И был вынужден покинуть сцену под отчаянные аплодисменты военных. Настороженность и тревога одного из генералов не ускользнули от взгляда сотен людей, наблюдавших за муками президента. Он мучился вместе с ним и скорее всего испытывал чувства, которые возможно испытывали самые близкие Г.Алиеву люди. И не случайно, что уже после того, как Г.Алиева во второй раз вынесли со сцены, некоторые из окружения президента подсели именно к нему. В те тревожные минуты многие во власти обратили свой взор не к министру С.Абиеву, непопулярному в армейских кругах и даже не к Наджмеддину Садыхову, а в сторону молодого генерала.

Ровшан Акперов вошел в историю Азербайджана, как самый молодой генерал. Он получил генеральские погоны в том возрасте, когда Александр Македонский подошел к концу своего жизненного пути. Но именно этот офицер является сегодня последней надеждой уходящего режима. И в те минуты, когда Г.Алиев боролся за свою жизнь, именно подконтрольные ему войска появились на центральной площади столицы. Президент и его семья испытывают к этому человеку чувство безмерного доверия. И кроме Ильхама Алиева, только его Г.Алиев называет «сынок». И только ему Г.Алиев может простить то, что готов простить своему сыну.

Он – один из немногих командиров азербайджанской армии, который завоевал любовь и преданность своих солдат. Его солдаты по приказу своего командира готовы на все, даже открыть огонь по мирным гражданам. Вот поэтому не случайно, что этому боевому генералу доверили охрану Баку. Г.Алиев, как никто другой, знает – судьба политической власти решается именно здесь. И столицу вождь мог доверить лишь Ровшану Акперову, с успехом прошедшему через все тернии его испытаний.

КАРАБАХСКИЙ ОРЕЛ

Ровшан Акперов происходит из древнего рода карабахского хана Ибрагима. Его предок – один из руководителей Азербайджанской Демократической Республики – Бехбуд хан Джаваншир также прославился на полях битвы в Карабахе в период второй армяно-азербайджанской войны. Именно поэтому партия «Дашнакцутюн» внесла его имя в список своих целей, и он пал от пули террориста в Стамбуле.

Род Р.Акперова входит в одну из четырех основных шушинских династий – «галалы». Мать генерала тоже принадлежит к карабахскому трайбу, она родилась в Агдаме.

Еще в юности Р.Акперов определил свою судьбу, поступив в военное училище им.Дж.Нахичеванского. И уже потом он часто будет вспоминать свои встречи с вождем в этом училище, ставшем любимым детищем Г.Алиева. Но тогда вождь не проявлял слабостей и еще не вызывал чувства сострадания. Пройдет двадцать лет, и судьба Г.Алиева станет зависеть от воли того самого мальчишки-ученика Ровшана, который каждый раз с нетерпением ждал следующей встречи с патриархом.

После окончания училища, он как тысячи других «нахичеванцев» (так называют себя его выпускники) продолжил военное образование. С успехом окончив киевское разведучилище, Р.Акперов начал службу в советской армии. А командиром Р.Акперова в войсковой части, дислоцированной в Грузии, был Сафар Абиев.

Развал советской военной системы и начало агрессии Армении против Азербайджана привели старшего лейтенанта Ровшана Акперова в ряды новосозданных национальных военных формирований. В 1992 году он навсегда связал свою жизнь с легендарным батальоном «трех семерок». На посту замкомандира батальона, состоящего из «афганцев», он бросился в бои на полях Карабаха. В 1992 году в Р.Акперов пережил горечь поражения и потерю родной Шуши. После этого судьба научила его только побеждать. Ему улыбалась фортуна – он всегда оказывался в нужном месте и в нужное время.

Батальон 777 был направлен в Нахичевань на оборону Садаракского района. И с этого мгновения жизнь стала складываться по-другому. В Нахичевани Р.Акперов встретил прежнего кумира – еще слабого, но уже чувствующего близость триумфа. И своего прежнего командира Сафара Абиева. Но Р.Акперов и тогда не понял знамения.

Бойцы 777-го рвались в бой. Когда этот батальон передислоцировали в центр Нахичевани, солдаты в знак протеста легли на плац военной части, требуя вернуть их в бой. Только непререкаемый авторитет молодого и талантливого командира подавил бунт солдат. «Скоро вы еще почувствуете огонь войны», – повторял Р.Акперов. И оказался прав.

В июне 1993 года настал долгожданный триумф вождя. Вернувшись в Баку, Г.Алиев первым делом распорядился передислоцировать своего фаворита и его бойцов в Баку. Ровшан Акперов бок о бок со своим тезкой Ровшаном Джавадовым и его опоновцами охранял президента. Но солдаты «трех семерок» требовали вернуть их в Карабах. Г.Алиев обещал им, что скоро такая возможность представится.

Армянская армия беспрепятственно занимала одно селение за другим. Пал и Агдам – вторая родина Р.Акперова. Враг стремительно приближался к Физулинскому райцентру. И в сентябре 1993 года Г.Алиев бросил в бой свой главный резерв «три семерки» – преградить путь армянам. К чести Р.Акперова, его солдаты не просто остановили противника, но обернули его в бегство. Этот военный успех прославил Акперова – его фотографии с надписью «карабахский орел»появились во многих войсковых частях, его имя было на слуху у каждого солдата.

А еще через полгода ставший командиром полка Р.Акперов добьется большого успеха в Физули и остановит прорыв армян в Тертерском районе. Командир «трех семерок» зарекомендовал себя опытным военачальником. Ему опять очень повезло, главного военного успеха он добился за считанные недели до окончания войны. Г.Алиев понял, что силы на исходе. Во избежания плачевного конца он решил подписать Бишкекский пакт. Пройдет десять лет, и нам станет ясно, что это соглашение символизировало не перемирие, а конец третьей за историю карабахской войны, которую мы тоже проиграли.

НАШ БУДЕННЫЙ

После окончания войны полк Р.Акперова был размещен в Гяндже. Интуиция Г.Алиева никогда не обманывала. Именно она подсказала ему – Р.Акперова необходимо разместить в главном гнезде «антигейдаровщины» – в мятежной Гяндже. Здесь Р.Акперов еще раз продемонстрировал свое кредо – быть настоящим солдатом. А у солдата единственная истина в жизни – это приказ командира.

Никогда не забуду диалог Р.Акперова и журналистки Лилии Юсуповой во дворе войсковой части, свидетелем которого я стал в дни кровавого октября 1994 года. «Неужели ты пойдешь против Джавадова? Ведь – он твой друг, вы воевали в одном окопе!» – умоляла командира журналистка. «Он не имеет права идти против власти. А я обязан выполнять приказ» – хладнокровно повторял Р.Акперов.

Он никогда не терял хладнокровия и здравого рассудка, никогда не поддавался сентиментам и оставался жестким прагматиком. А на войне, впрочем, как и в жизни, побеждают именно прагматики! Это лишний раз доказал жизненный опыт Р.Акперова. Не в октябре, а уже в марте 1995 года один из его батальонов принял участие в убийстве его друга Ровшана Джавадова. А он получил из рук Гейдара Алиева золотую звезду Национального героя. Ирония судьбы: Р.Акперов стал героем не за победы в Карабахе, а за пролитую кровь друга.

Но Р.Акперов завоевал доверие Г.Алиева еще в октябре 1994 года. Отряд сторонников Сурета Гусейнова во главе с небезызвестным Кераметом захватил в заложники главу исполнительной власти Гянджи. Путчисты с заложником находились в гостевом доме «Учтепе» в Гяндже, который был окружен правительственными войсками. И неожиданно для многих Р.Акперов принял самое непредсказуемое решение – отправился на переговоры с заговорщиками. Войдя к ним, он сказал: «Если вы не сдадитесь, через пятнадцать минут этот дом будет уничтожен. И я умру вместе с ними». Керамет сдался, а заложника выпустили.

Через некоторое время об этом стало известно Г.Алиеву. И в этот день Р.Акперов вошел в число «неприкосновенных». «Обращайся ко мне с любой просьбой, мои двери всегда для тебя открыты», – сказал Г.Алиев. Р.Акперов стал образцом для всех военнослужащих. Алиевская идеология вылепила из него азербайджанского Буденного.

С этого дня его власть в армии начала усиливаться день ото дня. Его ставленники заполнили коридоры министерства обороны, кабинеты комбригов и даже комкоров. Яркий тому пример – сокурсник Р.Акперова Габиль Мамедов. Хотя Г.Мамедов и нацмен, но не поддержка С.Абиева, а дружеская помощь Р.Акперова обусловила его стремительный взлет. Не испытав себя ни в одном бою в Карабахе и приехав в Азербайджан через год после окончания войны, Г.Мамедов был назначен вначале начальником штаба «трех семерок», затем занял там комбриговское место Р.Акперова и стал командующим первого армейского корпуса. Г.Мамедову тоже нет сорока, но он генерал-лейтенант. Вот что значит быть другом избранника судьбы!

СХВАТКА С АБИЕВЫМ

Несмотря на высокий статус в иерархии Г.Алиева, Р.Акперов никогда не участвовал во внутривластных разборках. Он всегда был одиночкой и противился вовлечению в любые группировки. Это помогло ему избежать кары хозяина в период витка роста «антигулиевщины». Дело в том, что постоянное внимание к Р.Акперову проявлял и второй человек правящего трайба – Расул Гулиев. Все претенденты на власть пытались заручиться его поддержкой. За некоторое время до своей отставки Р.Гулиев подарил Р.Акперову роскошный «вольво». Но комбрига всегда отличала осторожность и парадоксальная способность, сохраняя дружеские отношения с человеком, в нужный момент от него отступиться. Так произошло и в его отношениях с Р.Гулиевым. Маховик репрессий прошел мимо него.

Но усиление его позиций в среде высшей армейской элиты стало серьезно беспокоить действующего министра Сафара Абиева. Все прекрасно понимали, что Р.Акперова готовят в кресло министра. Комбригу посоветовали заняться своим образованием. Ему пришлось срочно закончить Военную Академию.

Кто, кроме него, мог бы так красиво вписаться в новую схему власти: молодой президент Ильхам Алиев, молодая политическая команда и, наконец, молодой министр обороны Р.Акперов?! Тем более, что президенту было необходимо избавиться от непопулярного министра, чье ведомство погрязло в коррупции и беспределе.

С.Абиев осознал масштаб опасности вовремя. Да и обстоятельства пришли ему на помощь. Р.Акперов страдал тяжелой армейской болезнью – острой формой туберкулеза. И в 1996 году прошел тщательное лечение в Баку. А тут С.Абиев выступил с инициативой – пригласил Р.Акперова на работу в аппарат Минобороны. Ему предложили должность замначальника кадрового управления. Но министр пообещал Р.Акперову, что после того, как он наберется опыта аппаратной работы, его сразу же назначат на место Мамеда Бейдуллаева. Р.Акперов не соглашался, но С.Абиев продолжал убеждать и настаивать.

Кстати, подобным методом С.Абиев смог устранить конкурентов, кто мог бы претендовать на пост министра – наиболее яркие военачальники Яшар Айдемиров, Ленкоран Алиев, Керим Велиев (С.Абиеву не оказался по зубам лишь «нахичеванский орешек» Керам Мустафаев) и многие другие были нейтрализованы. Соблазн С.Абиева свел с пути и Р.Акперова. Комбриг согласился и сдал часть своему другу Г.Мамедову.

Но то короткое время, которое Р.Акперов провел в кабинетах МО, стало для него «кругами ада». Его постарались превратить в «канцелярскую крысу», и каждый день работы был тяжелым испытанием. А назначения на пост начальника все не было и не было. С.Абиев советовал подождать еще немного.

Р.Акперов понял, что стоит ему проработать в министерстве еще несколько месяцев, и его запятнают и очернят в глазах Хозяина. Всю ответственность за кадровый провал списали бы на него. И тут он вспомнил, что в числе избранных может непосредственно обратиться к Г.Алиеву с просьбой. Он попросил президента избавить его от аппаратной муки и должным образом реализовать его потенциал боевого офицера.

Просьба Р.Акперова пришлась по душе президенту. Кому, как не ему, он мог бы доверить столь ответственный пост – командира Бакинского корпуса. Ключ от «ворот столицы» должен находиться у самого преданного из слуг. А Р.Акперов, сам того не сознавая, превратился из боевого офицера в «слугу режима». Это отразилось на его характере, поведении и образе жизни. Он ощутил вседозволенность, которая привела его к большой трагедии в Киеве.

В столицу Украины он отправился, чтобы получить диплом выпускника Высшей академии при Генштабе министерства обороны Украины. И там его обвинили в убийстве человека. Азербайджанская пресса долгое время муссировала тему убийства, в котором был замешан генерал. Р.Акперов остался безнаказанным, но этот инцидент отразился на его служебной карьере. Сафар Абиев все еще продолжает возглавлять министерство обороны.

ОН БУДЕТ С ТЕМ, КТО ПОБЕДИТ

Кризис здоровья президента может вызвать смену режима. Алиевская власть может пасть. Как в этой ситуации поведет себя алиевский командарм? Повернет ли он оружие против народного гнева или останется безучастным к происходящему в стране? Ведь для него существует лишь приказ. Но исполнит ли он приказ С.Абиева? До сих пор он исполнял только приказы Хозяина. С кем же будет главная военная опора режима?

Уверен, что Ровшан Акперов будет с тем, кто близок к победе. Эту особенность привил ему сам Гейдар Алиев. Во всяком случае, интуиция его еще никогда не обманывала.

ЭЙНУЛЛА ФАТУЛЛАЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 15, 17 aprel 2003 г

ПАДЁЖ ВЛАСТИ. Эльмар Гусейнов

То, о чем так долго и нудно говорили все оппозиционные силы страны, свершилось. Мы его потеряли. И не по частям, а сразу.

Именно эта мысль пришла в голову миллионам азербайджанцев, которые в прямом эфире смотрели очередное президентское шоу, посвященное 30-летию училища имени Нахичеванского. В тот момент, когда президент упал навзничь, у многих появилось ощущение, что на наших глазах происходит событие чрезвычайной важности. Оно действительно произошло. В этот день страна впервые наглядно увидела и почувствовала, что может остаться без Гейдара Алиева. Несмотря на то, что ежедневно миллионы из нас думают об этом, а некоторые даже публично этого желают, внутри каждого азербайджанца лежит страх. Страх ОСТАТЬСЯ БЕЗ НЕГО.

И наконец, это произошло. Не могу описать, что чувствовал я в этот момент, это описать невозможно. Как и осознать. Это ощущение глубоко индивидуально. Это был момент истины, ибо в течении 20 минут никто в стране не знал каково состояние патриарха. А многие были уверены в том, что пациент скорее мертв, нежели жив.

Но он не умер, он выжил. И тем самым предопределил как свою собственную судьбу, так и судьбу своей власти.

УПАЛ И НЕ ОТЖАЛСЯ

Ничто в тот пасмурный апрельский день не предвещало судьбоносных изменений. В этот день должно было состояться большое предвыборное шоу. Президент собрал весь свой партхозактив с целью отметить 30 лет со дня основания училища имени Нахичеванского. В ходе своей речи он традиционно начал монолог о своей выдающейся роли в создании этого очага военного обучения. При этом президент сказал, что уже тогда знал о грядущем развале СССР и поэтому старался готовить национальные военные кадры.

В тот момент, когда он сказал фразу: «Я не мог и подумать о том, что через тридцать лет буду стоять на этой сцене», произошло первое действие драмы. Президент покачнулся, непроизвольно схватился рукой за сердце и сказал: «Ой, что это меня ударило?!» и стал медленно заваливаться набок. Из-за трибун выскочила охрана во главе с Б.Эюбовым и подхватила президента на руки, унося его за кулисы. В зале началась паника. Был объявлен перерыв, в ходе которого никто с своих мест так и не поднялся.

Сеанс массового остолбенения продлился 20 минут, после чего… президент вновь вышел на сцену. Сказав несколько сумбурных фраз о хорошем состоянии своего здоровья, он продолжил свою речь, навалившись на трибуну и накрепко сцепив пальцы обеих рук – видимо, пытаясь сконцентрироваться.

Минут через пятнадцать, когда все уже успокоились и подумали, что все происшедшее – массовая галлюцинация, президент на середине фразы вдруг упал, как подкошенный, издав при этом звук, прозвучавший в ошеломленном зале, как удар колокола. В зале началась истерика. Часть участников бросилась на сцену, женщины заверещали, а Зейнаб Ханларова стала рвать на себе волосы. В тот момент все были уверены, что это – конец.

Президента новь унесли за кулисы. А через двадцать минут… он опять появился на трибуне. На этот раз он просто попрощался и уехал, оставив все свое окружение смотреть концерт.

По городу поползли слухи. К утру они достигли апогея. Власти по своей дури опубликовали заявление, из которого следовало, что «причины обморока – в легком недомогании, вызванном резким падением артериального давления». Понятно, что никого эта формулировка не удовлетворила. И поэтому утром следующего дня президент был вынужден встретится с послом США в Азербайджане, чтобы все убедились в том, что слухи о его смерти оказались несколько преувеличенными.

ХРОНИКА ПАДАЮЩЕГО ПРЕЗИДЕНТА

И хотя президент жив, истинное состояние его здоровья вызывает серьезные опасения. К сожалению, полной информацией о этом состоянии в стране не владеет никто. Но известно, что это не первый кризис подобного рода.

Первый доподлинно известный обморок состоялся в 1995 году. Президент находился в Лондоне в приемной тогдашнего британского премьера Джона Мейджора и вдруг, по свидетельству одного из очевидцев, Гейдар Алиев внезапно согнулся в три погибели. Следующее падение произошло в лифте вашингтонского отеля, когда понадобилось 30 минут, чтобы откачать президента.

С течением времени количество президентских падений превысило все возможные пределы. Но Г.Алиеву везло. Приступы подстерегали его вдали от народных глаз. На этот раз везение ему изменило – это произошло дважды и у всех на глазах. Впервые так ярко и со всей очевидностью стало ясно, что сроки его правления сочтены, что перед нами не сверхъестественное существо, а обыкновенный человек. Обыкновенный во всем. Так же, как и мы, подверженный болезням.

Единственное, что его отличает, это абсолютно нечеловеческая сила воли. Меня весьма сложно назвать поклонником Гейдара Алиева, но то, как он мужественно пересиливая недомогание, дважды выходил на сцену, не может не вызывать уважения. В восемьдесят лет в предсмертном состоянии он находит в себе силы и совершает чудеса. Что заставило его совершить это? Что двигало им – неуемная жажда власти или осознание политической необходимости? Но чем бы это ни было, это безусловно достойно уважения.

ДИАГНОЗ ПРЕЗИДЕНТА

Что же произошло с президентом в тот день? Многочисленные домыслы столь же бездоказательны, как и официальная версия. Правда, кризис протекал на глазах у миллионов людей, а это позволяет по внешним признакам определить его причину. Мы обратились с этим вопросом к нескольким специалистам-медикам, чьи имена по известным причинам мы указывать не станем.

По мнению врачей, официальная версия происшедшего – не что иное, как ложь. Гипотонический криз, о котором поведала пресс-служба президента (сам факт того, что этот орган вообще распространил какую-то информацию, вызывает большие подозрения) мог быть лишь следствием, а не причиной того, что произошло. Врачи утверждают, что то, как развивался кризис, дает основание утверждать – в этот день президент перенес инфаркт средней тяжести. Речь идет не об обширном инфаркте миокарда, поскольку в этом случае он вообще не поднялся бы. Но и о микроинфаркте не может быть речи, ибо в этом случае не произошел бы сбой, и президент не потерял бы сознание. Поэтому речь может идти о инфаркте миокарда средней тяжести. И потому необходимо строить все прогнозы с учетом этого диагноза.

Потеря сознания – показатель того, что вся сердечно-сосудистая система находится в катастрофическом положении. Видимо, краткосрочный эффект, достигнутый проведенной операцией по шунтированию, исчерпал свои возможности, и сердечно-сосудистая система вновь работает в дооперационном режиме.

Если поставленный диагноз верен, то мы должны признать, что сердечная мышца президента уже в третий раз подвергается разрыву. Это синдром, характеризующий потерю ею своей работоспособности и характеризующий переход болезни сердца в новое качество. При таком диагнозе категорически запрещены активный образ жизни, большие нагрузки, авиаперелеты и всякая деятельность, сопряженная с нервными расстройствами. Требуется постельный режим и постоянный покой. По сути, человек с таким диагнозом не в состоянии исполнять обязанности главы государства. В противном случае – если предписания медицинской науки так и не будут исполняться – это в весьма короткий срок приведет к закономерному результату.

КРИЗИС ВЛАСТИ

Таким образом, выбор, стоящий перед Гейдаром Алиевым, чрезвычайно мал. Либо передать свои полномочия другому лицу и начать активное лечение, либо продолжить исполнение своих обязанностей и – умереть. Его поведение в день кризиса и на следующий день неопровержимо свидетельствует – президент сам себе не принадлежит. Он не в состоянии действовать в соответствии с обстоятельствами, а вынужден идти у них на поводу.

Кризис, перенесенный на сцене, имеет очень серьезные последствия для здоровья президента. Тот факт, что он не удалился со сцены сразу, а вышел на нее в период активного протекания болезни, приведет к непредсказуемым последствиям. Неужели врачи из его окружения этого не понимали?! Безусловно понимали – у нас нет причин сомневаться в их компетентности. Но неужели они не могли объяснить это президенту? И неужели он сам не понимал, что у него огромный риск умереть на сцене.

Конечно, понимал. Но он понимал и другое: если после падения на глазах у миллионов телезрителей он своими ногами не выйдет на сцену, – это будет настоящий конец. Никакая сила не убедит его подданных в том, что он не умер. Его выбор колебался между двумя смертями – физической и политической. Он выбрал первое.

А могло ли быть по-другому? Вряд ли. Все мы стали заложниками мифа о том, что он будет жить вечно. Он так долго и упорно убеждал всех нас в этом, что сам не заметил, как попал под влияние этого мифа. Но если долгое время миф работал на укрепление его власти, то теперь, взнуздав его, он гонит президента к пропасти.

Президент не может позволить никому усомниться в том, что он бессмертен. Это – составная часть его управленческого механизма. Это – психологический фон, обеспечивающий ему беспрекословное повиновение общества. Потому что, если бы не было этого анестезирующего воздействия, общество давно бы опрокинуло всю пирамиду алиевской власти. Только общество, лишенное будущего, в состоянии слепо повиноваться антинародной власти.

И вот наступает момент, когда миф рушится. Когда миллионы видят, что ЭТО произошло. Впоследствии ЭТО может происходить еще сотни раз, но в общественном сознании уже зафиксировалось – ОН УПАЛ. Горе диктатору, которому уготована такая участь, ибо падение – это плохой знак. В общественном сознании, где он закрепился, как вечный властелин, он вдруг низвергается и с недосягаемых высот сверхъестественного существа, о котором слагают легенды, опускается до обычного смертного. А ущемленное общественное сознание мстит тем, что начинает сочинять анекдоты.

Так было со многими, так будет и с Гейдаром Алиевым. Он напоминает своего партийного босса Леонида Брежнева, который в последние годы жизни стал национальным посмешищем. Проблема заключается в том, что кризис здоровья произошел в критический момент для всей власти. Страна готовится к президентским выборам. Это безусловно важнейшее событие, которое накладывает отпечаток на все, что происходит в стране. Ситуация усложняется тем, что эти президентские выборы имеют решающее значение как для оппозиции, так и для власти.

Вся стратегия президентских выборов была построена на фантоме Гейдара Алиева. Согласно пиар-планам властей, на этих выборах президент должен был нанести оппозиции сокрушительное поражение. И одержать победу, не оставляющую сомнений в ее легитимности. Только в этом случае можно было приступить к следующему этапу – уничтожению системной оппозиции. Это был бы завешающий этап всего гейдаровского правления. Ибо он вначале уничтожил военную оппозицию, затем экономическую оппозицию, при этом узурпировав всю экономику страны, и наконец настал черед уничтожения оппозиции системной. После чего путь к прямому установлению наследственной власти семьи Алиевых был бы открыт.

Но, повторяю, для этого было необходимо победить на выборах так, чтобы НИКТО не мог бы поставить под сомнение победу Семьи. Он шел в последний бой для того, чтобы освободить поле для своего сына – понимая, что политические таланты принца не позволяют надеяться на то, что он сможет справиться с политическими оппонентами отца сам. А для этого было необходимо провести выборы по новой технологии.

Опыт 1998 года показал, что победу на выборах нельзя одержать, сидя в кабинете. Поэтому для того, чтобы победить, президенту было необходимо проявить невиданную политическую активность. Он и начал ее проявлять. И тут – такой сбой!

Сегодня однозначно ясно, что властям придется в срочном порядке пересматривать планы. В таком состоянии президент уже не в силах участвовать в предвыборной гонке. Его главный противник – не политические оппоненты, а собственное здоровье.

Главным аргументом президента и его апологетов всегда был девиз Мешади Ибада – что «он стоит тысячи молодых», в общественное сознание внедрялся стереотип, что «старый конь борозды не портит». Сегодня уже ясно, что этот стереотип рухнул. Для того, чтобы его возродить, понадобится положить много сил и здоровья, а лимит и того и другого Гейдар Алиев уже исчерпал. У него нет выбора – он вынужден идти до конца.

АГОНИЯ

Политический режим, который управлял страной свыше трех десятков лет, вступил в завершающую фазу своего существования. То, что разворачивается на наших глазах, это агония. Страх стал синонимом их жизни. В тот момент, когда президента приводили в чувство, на улицы города вышли автомобили с военнослужащими Бакинского гарнизона. Городская полиция была приведена в состояние повышенной готовности. Силы спецназначения были подняты по сигналу, а границы страны – перекрыты.

Во всех этих действиях четко прослеживался страх. Чего боятся наши правители? Своего собственного народа. Они боятся остаться без властелина один на один со своим народом. Они прекрасно понимают, как к ним относится общественность и поэтому пытаются удержаться на штыках. Но еще Талейран сказал: «Штыки хороши всем, кроме одного, – на них невозможно усидеть».

Они боятся неизвестности больше, чем народ – постгейдаровского будущего. Представляете чувства гейдаровского чиновника в момент падения президента? Он впервые почувствовал, что порядок вещей, который, по его мнению, был вечен, может разрушиться в единый миг.

Как бы мы ни относились к фигуре нынешнего президента, но нельзя не признать, что за последние 30 лет его влияние на нашу жизнь было основополагающим. Хотим мы того или нет, но практически все мы выросли при его присутствии в общественно-политической жизни страны. Вся политическая жизнь государства подстроена под него. И власть и оппозиция существуют в режиме наличия мощной политической фигуры. Именно она является основой властной пирамиды, перевернутой с ног на голову. И архитектором политической пирамиды является Гейдар Алиев. Он ее построил исключительно под себя. И есть немало опасений, что система, построенная под достоинства и недостатки одного человека, умрет в один день с ее основателем.

Что тогда будет с политической системой Азербайджана? Что будет со страной? Что ждет всех нас – хаос или развитие, диктатура или демократия? Потребность в новом осмыслении этой темы возникла в свете последних событий. Старость и болезни – вообще вещи не из приятных, а старость и серьезная болезнь руководителя страны, обладающего всей полнотой абсолютной власти, почти равна катастрофе.

Все говорит о том, что это долго продолжаться не будет. Рано или поздно ситуация выйдет из-под контроля. В стране нет политической силы, способной организовать переход власти в конституционных и неконституционных формах.

Наиболее вероятным кажется тот вариант, что в постгейдаровский период власть останется в руках у нынешней политической элиты. Вряд ли они спокойно сдадут власть, которая приносит им множество дивидендов и преференций. Власть в Азербайджане – больше чем власть. Она дает обладателю все. Административный и финансовый ресурсы, доходы, сопоставимые с доходами самых удачливых зарубежных бизнесменов, контроль над судьбами подданных. Но главное: власть, точнее, обладание ею дает в Азербайджане общественную индульгенцию. Пока ты у власти, ты всегда априори прав. И твой общественный статус чрезвычайно высок. Обладатель власти почти всесилен. И вы хотите, чтобы кто-то, находящийся в здравом уме и трезвой памяти, согласился все это отдать?

Но смогут ли они удержать власть в постгейдаровском Азербайджане? Многие в правящей элите надеются на этот вариант развития событий. В правящей элите есть три силы, которые могут прийти к власти или, по крайней мере, обеспечить устойчивую правящую коалицию.

Наиболее вероятный вариант – власть переходит к сыну президента Ильхаму Алиеву. Но сможет ли он справится с ней? К тому же ему необходимо формировать свою команду. Ведь он явно не Гейдар Алиев и не в состоянии в одиночку тащить весь груз госуправления. Люди, ныне входящие в команду И.Алиева, вряд ли могут оказать ему поддержку в управлении страной.

Задача эта осложняется тем, что необходима кардинальная перестройка ВСЕХ политических устоев, а эта задача вряд ли по плечу Ильхаму Алиеву. К тому же весьма сомнительно, что Ильхам и по своим личным параметрам сможет стать достойной заменой отцу. Управлять страной не может и не сможет никто, кроме самого Гейдара Алиева.

И, наверное, самым главным фактором на пути Ильхама Алиева к «трону» может стать отсутствие реальной общественно-политической силы, опираясь на которую он мог бы придти к власти. Ни одна из серьезных группировок не рассматривает его в качестве кандидата на пост президента. А не имея серьезной общественной базы, вряд ли можно рассчитывать на удержание власти.

Ильхам не сможет даже опереться на силовые структуры. Его отец сделал все, чтобы превратить их в ничтожества. Ни армия, ни нацбезопасность, ни даже МВД не являются политическими силами. Возглавляемые непопулярными в среде профессионалов людьми, они не могут представлять опасности для правящего режима. Большинство их сотрудников, особенно в высших эшелонах, погрязло в коррупции.

Исходя из вышеизложенного, постгейдаровское будущее Азербайджана рисуется отнюдь не радостным. Болезнь авторитарного правителя почти всегда превращается в болезнь всей страны. Вся страна начинает работать в аналогичном режиме. А это приведет к тому, что в самой правящей элите могут начаться разброд и шатания. Многочисленные группировки будут искать спасения в переговорах с оппозицией. Власть, находящаяся в режиме ожидания смерти патриарха, разлагается. Так же, как разлагается и все общество.

Страна вступает в новый период развития – в агонию. Вместе с правящим режимом, который сегодня будет делать все, чтобы форсировать механизм престолонаследия и тем самым приближать свой конец, общество будет готовится к самому худшему, но неизбежному – к грядущему хаосу.

ФИНИТА ЛЯ ТРАГЕДИЯ

Драма подходит к концу. Она и так слишком затянулась. То, что произошло, – это знамение. Падение президента состоялось в тот момент, когда общество уже почти поверило в его нечеловеческие способности и приготовилось к тому, что он будет жить вечно, находя утешения в богохульных антигейдаровских байках, в которых тот вступал в сговор с нечистой силой.

Когда президент упал, я подумал – это конец. И это действительно был бы прекрасный конец для актера, коим всю свою жизнь был Г.Алиев. Всем великим актерам дарована божественная милость умереть на сцене. Но Бог не даровал ее Г.Алиеву. И то, что произошло, это набат. Это предупреждение. Не только для него, для всего нашего общества. Для всех тех, кто со страхом или с радостью ждет этого дня.

Сегодня мы все наблюдаем трагедию человека, который обманул все и вся, но не смог обмануть время. Оно неумолимо отмеряет последние часы эпохи, длинной настолько, что она порой кажется вечностью – эпохи Гейдара Алиева.

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 15, 17 aprel 2003 г.

ЛЮДИ БЕЗ ЗЕМЛИ

Сложившаяся в стране ситуация «воленс-неволенс», как писал классик, вынуждает мыслящую и неравнодушную к будущему страны часть общества искать ответы на злободневные вопросы нашей с вами современности. Один из главных (я бы даже сказал – наиглавнейших и архиважнейших) вопросов это беспрецедентность нашего нынешнего состояния.

Человеку свойственно проводить аналогии. Поэтому мы, анализируя сегодняшнюю ситуацию в Азербайджане, пытаемся найти аналогии в других странах. Но не находим. Почему? Скорее всего, потому что наше сегодняшнее состояние беспрецедентно не только в силу неких всемогущих субъективных обстоятельств. И даже не потому, что мы в чем-то коренным образом отличны от остальных этносов, проживающих на нашей планете. Отнюдь. На мой взгляд, причина нашей беспрецедентности гораздо глубже, и именно в ней кроются ответы на большинство безответных вопросов.

МАРКС, ТЫ НЕ ПРАВ

Проводя анализ общественно-политической ситуации большинство экспертов и аналитиков почему-то упускает одну крайне важную деталь. Большинство анализов построено на ограничении периода существования нашего народа четкими темпоральными барьерами. Для большинства исследователей жизнь в Азербайджане начинается в лучшем случае с 1969 года, при этом весь предшествующий гейдаровскому периоду отрезок отечественной истории остается вне рамок исследований и отдан на растерзание мифотворцам от истории.

Большинство исследователей получили классическое советское образование, которое предполагало изучение истории как науки, описывающей череду времени как хронологическую смену общественно-политических формаций, опирающихся на конкретный экономический базис. Объективистский или, как его называли, марксистский подход к истории предполагал, что развитие человеческих обществ есть не что иное как развитие производительных сил.

Карл Маркс в своей критике классической политэкономии предполагал, что человечество в своем развитии прошло через несколько общественно-политических формаций. Согласно Марксу, общественное развитие человечества начиналось с первобытнообщинного строя, потом наступал черед рабовладельческого, потом феодального и капиталистического. Каждая предыдущая формация, исчерпав свой потенциал, неизбежно переходила в следующую. Отсюда следовал вывод о неизбежности конца капитализма и его смены новым общественным строем. Маркс считал, что на смену капитализму придет коммунизм – общество без антагонистических классов, опирающееся более на моральные, нежели на экономические принципы развития.

Ударившись в утопию, старик Маркс, бывший атеистом до мозга костей, так и не понял, что его коммунизм сильно смахивает на обещаемое всеми религиями царство Божие на Земле, после построения коего «и лев и агнец будут пастись рядом». Попытка реализовать идеи Маркса в одной отдельно взятой стране привели к катастрофе. Грандиозный по своему замыслу социальный эксперимент, начатый Лениным, завершился развалом огромной государственности. Причины развала ССР – тема для отдельной статьи, поэтому здесь мы ограничимся лишь экспресс-анализом.

По мнению большинства исследователей, основная причина краха коммунистической идеи состоит в том, что, рассматривая развитие общественных процессов, Маркс пришел к ошибочному выводу, что капитализм есть вершина эксплуатационного периода развития общества и после него общество, согласно закону спирального развития, должно вернуться к общественным отношениям, соответствующим первобытнообщинному строю.

Ленин усугубил ошибку Маркса, допустив, что к социализму можно перейти из любой фазы общественного развития. В итоге феодальная по сути и по духу Россия стала строить социализм.

ВПЕРЕД В ПРОШЛОЕ

Но если проанализировать развитие общественно-политических формаций то приходишь к очень интересным выводам.

ПЕРВЫЙ. Интересно, почему большинство исследователей проходят мимо одной очевидной истины: практически на всех этапах развития человечества, за исключением первобытно-общинного строя и социализма, общество развивалось по одной и той же нарастающей тенденции.

В основе социалистического государства стоял принцип с «от каждого по способностям, каждому – по труду». Это означало, что общество само провоцировало население на низкую эффективность труда. При этом сам труд превращался в тяжелую повинность. И это – коренное отличие от той тенденции, по которой развивалось человечество. Если в первобытнообщинном строе все население общины принуждалось к труду, то уже в рабовладельческом строе небольшая часть населения освобождалась от принудительного труда. В следующей формации – феодализме – принудительный труд оставался лишь как атавизм в виде феодальной повинности. То есть большая часть населения освобождалась от принудительного труда.

И наконец, в капитализме труд стал полностью свободным.

А в социализме общество вновь принуждали к труду, более того, тунеядство было уголовно наказуемым. Практически социализм стал возвращением к первобытнообщинному строю, потому что в нем перестали действовать общечеловеческие нормы и ценности.

ВТОРОЙ. Законы, регламентирующие человеческую деятельность, призваны, как правило, защищать его собственность. Без прав собственника не существует закона. А базисом частнособственнических отношений является частная собственность на землю.

Нынешняя цивилизация – это цивилизация земледельцев. Процветают в основном те страны, которые опираются на мощную, уходящую корнями в глубины истории, собственность на землю. Именно владение землей, как факт фундаментальный, заложено не только в законы, управляющие общественным развитием, но и глубоко сидит в менталитете большинства тех наций, которые принято считать цивилизационным авангардом.

Отказ большевиков от частной собственности на землю и уничтожение класса частных собственников привели к смене ментальных ориентиров народов, населявших СССР. В Азербайджане эта негативная тенденция была осложнена теми факторами, что и до эры социализма большая часть земли была сосредоточена в руках крупных землевладельцев. К тому же сельскохозяйственное производство в северном Азербайджане в своем большинстве состояло не из земледельцев-крестьян, а из скотоводов, ведущих полукочевой образ жизни. А у них чувство земли было атрофировано до предела.

Из всего вышесказанного можно сделать следующие выводы. После развала социализма, как строя, наши народы обречены вовсе не на возвращение к капитализму. Это невозможно хотя бы потому, что нельзя вернуться к тому, чего раньше не было. Мы обречены на то, чтобы начать весь круг развития заново. То есть на смену социализму придет не капитализм. И переходный период, о котором так мучительно много говорят апологеты власти, закончится отнюдь не построением в стране нормального цивильного общества.

Законы человеческого развития отменить невозможно, и поэтому вслед за переходным периодом, который уже подходит к концу, в Азербайджане придет время рабовладельческого строя. В принципе, современное моральное состояние общества позволяет ввести эти нормы. С элементами этого строя мы с вами,в принципе, ежедневно встречаемся. И число людей, готовых променять иллюзорную свободу на гарантированный кусок хлеба, будет только увеличиваться.

Через много лет, когда рабовладельческие отношения исчерпают себя, настанет черед феодального строя – с присущей ему территориальной раздробленностью. И только после всего этого наступит черед капиталистических отношений.

Не говоря о десятках лет тьмы и страданий, которые принесут народу нашей страны эти преобразования, зададимся вопросом: а выдержит ли подобные пертурбации сама страна, которая. ко всему прочему, находится в окружении наций гораздо более организованных и стремящихся к прогрессу за наш счет?

И если мы лишимся государственности, то это прямой путь к утрате национального Я.

ЧТО ДЕЛАТЬ?

На наш взгляд, ответ на этот вопрос кроется в вышеизложенном. Фундаментальной причиной, провоцирующей негативные тенденции, является отсутствие эффективного землевладельца. К сожалению, проведенная земельная реформа не смогла решить стратегические задачи. Уравнительный принцип раздачи земли привел к тому, что большинство населения неэффективно обрабатывает земельные участки. Большая часть розданных участков пустует, а крестьяне, лишенные государственной поддержки, вынуждены жить натуральным обменом и готовы бросить землю и переехать в города.

Отсутствие инстинкта землевладельца и земледельца, веками навязывавшееся отношение к земле, как к чужому добру, привело к формированию класса агролюмпенов. Развал колхозной системы лишь усугубил негативные тенденции, переживаемые нашим селом. Поиск путей развития страны упирается в отсутствие фундаментального фактора – чувства земли. И чтобы восстановить его, необходимо в ближайшее время воспитать частного эффективного собственника.

В качестве примера можно привести опыт Израиля. Когда начиналось строительство нового еврейского государства, его основатели при репатриации первых поселенцев в первые 10 лет отдавали преимущество земледельцам из стран Восточной Европы. На вопрос одного из скептиков – почему первыми поселенцами избраны местечковые евреи, которых и евреями-то назвать сложно, основатель сионизма Теодор Герцль сказал: «Потому что именно они будут до конца защищать собственную землю с оружием в руках». Как показало время, он оказался прав. И как знать, не лежит ли первопричина наших поражений в Карабахе именно в отсутствии у нашей земли эффективного собственника?

Чтобы создать институт частной собственности на землю, необходим целый комплекс мероприятий – эту проблему кавалерийским наскоком не решить. Но главное – необходимо создать класс людей, для которых словосочетание МАТЬ-ЗЕМЛЯ – не пустой звук, а духовная основа жизни.

ЯВУЗ КЕРИМОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 14, 10 aprel 2003 г.

УРОК ИСТОРИИ

После взятия Ирака многие эксперты сходятся во мнении, что США на этом не остановятся и продолжат свои опыты по «демократизации мира». Отсюда и многочисленные поиски следующих кандидатов на демократизацию. Большинство экспертов сходятся во мнении, что наиболее реальным кандидатом является Иран. Что позволяет многочисленным национально ориентированным политическим деятелям выражать надежду на то, что грядущая операция в Иране неизбежно приведет к его расколу и автоматическому исполнению вековой мечты азербайджанского народа – воссоединению.

При этом многие наблюдатели склонны выдавать желаемое за действительность. К сожалению, у нас короткая память, и мы не помним уроков истории. А они гласят: каждый раз, когда мы пытаемся решить свою историческую мечту, используя, как нам кажется, благоприятную геополитическую ситуацию, это заканчивается трагически, и мы сами попадаем в разряд жертв.

Наиболее ярко это выявляется при изучении истории национально-освободительного движения в Южном Азербайджане. В свое время И.В.Сталин избрал оригинальную идею создания новой империи. Под предлогом «благородных намерений воссоединения разделенных народов», он стал осуществлять геополитический марш-бросок. Так западные украинские и белорусские земли, к Украинской и Белорусской ССР в сентябре 1939 года. Северная Буковина и части Бессарабии и включены в состав Украинской ССР. На базе другой части Бессарабии в июля 1940 года была образована Молдавская ССР. В результате победы в войне с Финляндией в состав Союза вошел весь Карельский перешеек с Выборгом и на этой основе Карельская АССР была преобразована в Карело-Финскую ССР.

Аналогичный проект был и по Азербайджану. В нем национальные интересы азербайджанского народа, разделенного волею судьбы на две части по разные стороны Араза, сочетались с геополитическими интересами сталинской державы. И безусловное превалирование второго аспекта ни у кого никогда не вызывало сомнений.

В августе 1941 года первому секретарю ЦК АКП(б) М.А.Багирову было дано Сталиным поручение особой государственной важности. Оно заключало в себе необходимость распространение социалистических идей в Иране посредством находящихся на его территории (в соответствии со статьями IV и VI советско-иранского договора от 26 февраля 1921 года) частей Красной Армии. Для выполнения этой стратегической задачи у Багирова имелся козырь «национального фактора». Он должен был способствовать экспорту социалистической революции на территорию Ирана.

Поэтому в Иранский Азербайджан специально была введена 77-я национальная азербайджанская дивизия. Все ее действия согласовывались с центром. Большое значение придавалось пропагандистской работе местных коммунистов и политических органов советских войск. В Тебризе обосновались уполномоченные ЦК АКП(б), постоянно организовывавшие гастроли деятелей азербайджанской культуры и искусства. Багиров и не пытался скрывать, что не склонен проводить особые различия между иранской и советской частями Азербайджана с целью их объединения под эгидой Москвы.

Но это не возымело особого успеха – на иранской политической арене не было популярных в народе и одновременно прокоммунистических лидеров. И в апреле 1942 года в результате «индифферентности к регулированию политическими маневрами» объявила о своем роспуске организация «Туде Азербайджан», имевшая все основания стать базовой в политических процессах, намеченных советским руководством. Не имела необходимого влияния и группа «Ташкилате захматкешан», сформированная на основе репатриантов, прибывших в 30-х годах из СССР.

Стремясь реабилитироваться в глазах своих покровителей, партия «Туде» в декабре 1942 года создала специальную комиссию по урегулированию этих эксцессов. Приняв «соломоново решение», они образовали коалиционный обком, просуществовавший всего полтора месяца, после чего местные члены «Туде» разбрелись по разрозненным кружкам и ячейкам.

После окончания Второй мировой войны военно-политический потенциал СССР возрос настолько, что интересы таких стран, как Иран, уже не принимались в расчет. Это обстоятельство позволило Багирову действовать безо всяких церемоний.

Спустя некоторое время, в целях конструирования личности лидера, он буквально реанимировал старого члена ЦК исчезнувшей к тому времени Коммунистической партии Ирана – Джафара Джавад-заде, взявшего впоследствии новое имя Мир-Джафара Пешевари. И результаты этого не заставили себя долго ждать.

Уже 3 сентября 1945 года Пешевари публикует в Тегеране и Тебризе первое воззвание к народу, возникшей по инициативе Багирова Демократической партии Азербайджана. Одним из основных лозунгов этой партии был: «Да здравствует Мир-Джафар Багиров – отец единого Азербайджана!».

В ноябре 1945 года под контролем советских войск в Иране были проведены выборы во Всенародное собрание. Оно представило шаху требование о предоставление Южному Азербайджану автономию, создало Национальный комитет в составе 39 человек и издало обращение к азербайджанскому народу, декларирующее необходимость «священного восстания». И шахский режим не на шутку обеспокоился. В посольство СССР была передана нота с требованием пропустить на территорию Иранского Азербайджана правительственные войска для усмирения сепаратистов. Советская же сторона, сама являвшаяся инициатором этого «сепаратизма», ответила отказом.

26 ноября 1945 года состоялись выборы в Национальный Меджлис Южного Азербайджана. 12 декабря того же года Пешевари формирует правительство в составе 12 человек, 10 из которых являлись активистами Демократической партии.

Успешное развитие этой идеи к началу февраля 1946 года привело к проведению реформ и даже к созданию армии (она была сформирована 5 февраля 1946 года на базе частей 77-й дивизии). Азербайджанский язык был объявлен государственным. Национальное правительство установило контроль над банками, выпустило свои временные банкноты и ввело государственную систему торговли. Административный аппарат был полностью заменен активистами Демократической партии. Таким образом, Южный Азербайджан полностью превратился в неподконтрольную Тегерану территорию.

Вторая мировая война была закончена, но советские войска, вопреки желанию иранского правительства и протестам западных стран, не собирались покидать занятую территорию. Великобритания даже осуществила неудачную попытку навязать Совету Безопасности ООН обсуждение вывода советских войск с территории Иранского Азербайджана. Не добившись приемлемого решения, она направила дополнительные воинские контингенты на юг Ирана.

Шахский режим решил прибегнуть к апробированному ранее способу сохранения Южного Азербайджана и Курдистана за собой. Для начала во главе иранского правительства был поставлен Ахмед Кавам. Провозгласив введение демократических преобразований и интернировав нескольких самых реакционных деятелей, а также пригласив на время в правительство трех членов партии «Туде», он поспешил завоевать доверие советского руководства.

Но главной приманкой стала так называемая «северная концессия». Артистически проигнорировав вето, наложенное иранским меджлисом на ведение каких-либо переговоров о предоставлении нефтяных концессий, Ахмед Кавам, прибыв в феврале 1946 года в Москву, провел переговоры о предоставлении Советскому Союзу «северной концессии». И 4 апреля 1946 года в Тегеране было подписано столь долгожданное для Сталина соглашение, предоставляющее право на разведку нефти на севере Ирана. Взамен, естественно, подразумевалась необходимость эвакуации частей Красной Армии. В мае 1946 года советские войска по личному приказу Сталина, причем, вместе с национальной армией Иранского Азербайджана, покинули территорию Ирана.

Далее Кавам прибег к тактике, позволяющей выиграть время. Его правительство пошло на то, что даже признало Южный Азербайджан иранской провинцией с ограниченной автономией. Азербайджанский меджлис получал статус национального энджомена (выборный комитет), хотя и кандидатура генерал-губернатора подлежала утверждению центрального правительства. Этим маневром Каваму удалось временно усыпить бдительность Сталина, и сосредоточить силы для нанесения удара по Южному Азербайджану.

21 ноября 1946 года иранское правительство объявило о введении войск в провинции, якобы «для обеспечения свободы выборов в меджлис 15-го созыва». 15 декабря 1946 года подразделения шахской армии вступили на территорию «мятежного» Азербайджана. По некоторым данным, карательные части уничтожили без суда и следствия около 20 тысяч человек.

Маневр с «северной концессией» свое дело выполнил. Уже в октябре 1947 года Ахмед Кавам своим выступлением в иранском меджлисе способствовал вынесению решения о денонсации подписанного им же соглашения с Советским Союзом. Как видно, геостратегические интересы, в данном случае, уступили, по разумению Сталина, меркантильным экономическим постулатам.

Насколько этот процесс действительно предоставлял шанс для воплощения вековой мечты азербайджанского народа в реальность, можно высказывать различные точки зрения, но то, что наши национальные интересы были принесены в жертву мировым стратегическим баталиям – неоспоримый факт! Как и то, что этот исторический опыт необходимо учитывать при анализе сложившийся ситуации в регионе.

Несмотря на колоссальные различия между коммунистической империей Сталина и демократической империей Буша, как ни странно, привлекательным для них остается главное, национальное достояние восточных стран – нефть. А идеологическое обоснование экспансии – не что иное, как стремление прикрыть истинные интересы и намерения.

АЙДЫН ГАДЖИЕВ, профессор, д.и.н.

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 14, 10 aprel 2003 г.

КОМСОМАЛЬЧИКИ ДЛЯ БИТЬЯ. Эльмар Гусейнов

Мы не ошиблись, написав, что сумгаитское шоу было началом нового этапного явления в структуре азербайджанской власти. Уже следующая неделя дала подтверждение – во власти началась самая этапная кадровая ротация со времен июльской реставрации патриарха. Назначения посыпались, как из рога изобилия. В преддверии выборов Гейдар Алиев пошел на самую радикальную смену кадров за весь период своего правления.

Ситуация усложняется тем, что меняется не только кадровый состав нашей власти, начинают меняться сами принципы отбора руководящих кадров. На смену верным гейдаровцам, прошедшим с ним «Крым и Рим», приходят новые лица, чьи происхождение и биография еще вчера навсегда закрыли бы перед ними путь на руководящие посты в гейдаровской администрации.

ЧЕТВЕРО СЫНОВЕЙ МОИХ

Назначение Вагифа Алиева на пост главы исполнительной власти Сумгаита еще кое-как вписывалось в череду кадровых назначений, поскольку соответствовало основным принципам гейдаровской кадровой политики. Новый сумгаитский голова имеет соответствующие происхождение – он родом из Нахичевани, долгое время прожил в Баку и, что немаловажно, физик по образованию. Как известно, в последнее время президент «запал» на физиков.

Но новые назначения, сделанные президентом на прошедшей неделе, однозначно показали – грядут перемены. Во второй по значимости город страны – Гянджу – президент назначил Эльдара Азизова, инициатора движения младореформаторов и экс-главу Низаминского района Баку. В свой деятельности на посту главы администрации одного из крупнейших бакинских районов Э.Азизов отметился двумя концертами в честь бестолкового референдума и многочисленными птичками неизвестного орнитологии происхождения, которые в странной, если не сказать больше, позе водружены во дворах района. В памяти осталась еще и заявление Э.Азизова о том, что журнал «Монитор» готовится зарубежными спецслужбами.

Что подвигло президента назначить «нацмена» с городским воспитанием, к тому же «русскоголового», главой исполнительной власти самого патриархального города страны, – остается загадкой. Так же, как остается загадкой – за какие грехи президент наказал жителей Низаминского района, назначив им главой исполнительной власти Абдина Фарзалиева – человека, больше известного хулиганскими выходками, нежели талантами государственного мужа.

А.Фарзалиев стал широко известен населению после нападения на лидеров азербайджанской оппозиции в отели «Хаят Редженси» во время пресс-конференции, посвященной итогам референдума. Видимо, президенту так понравился сей новоявленный гибрид Сиявуша Новрузова и Майка Тайсона, что он вознамерился наградить его высоким постом.

И наконец, президент назначил главой администрации Ленкорани – одного из самых проблемных в Азербайджане районов – Зейнала Нагдалиева. Причем в этот раз назначенец прибыл на новое место работы прямо из Москвы, где жил и работал последние 10 лет. Назначение более чем странное. Человек, ни дня не проработавший в системе власти, назначается на крайне ответственный и опасный участок работы.

Не исключено что список назначенцев будет увеличиваться день от до дня, и мы каждый день сможем быть свидетелями новых кадровых пертурбаций в алиевской пирамиде власти.

КАДРЫ НЕ РЕШАЮТ НИЧЕГО

Люди делятся на две категории: тех, кто возвышается, работая над собой, и тех, кто возвышается, унижая других. Принципы управления, которыми пользуется Г.Алиев, наглядно показывают его страсть к самоутверждению за счет подавления остальных людей. «Величие» Гейдара Алиева именно в том, что для возвеличивания себя он унижает всех вокруг. В отличие от других диктаторов он не боится своих подчиненных, потому что они подобраны с таким расчетом, что боятся остаться один на один с народом.

Никчемность его подчиненных прямо пропорциональна их близости к главе государства. Нет более преданных подданных, чем те, которые осознают глубину пропасти, в которую их низвергнут. К тому же каждый из них боится в любую минуту лишиться высокого благословения. Ибо горе тому, на кого падет немилость самодержца. Каждый из них запятнан настолько, что, только беззаветно служа, может избежать кары за содеянное. Каждый из них запачкан и замаран. На каждого из них есть целые чемоданы компромата. Доpога к веpшине гейдаровской пиpамиды лежит чеpез пpоступок. Это pаньше, говоpя об испытаниях, чеpез котоpые пpоходил человек, называли огонь, воду и медные тpубы.

В гейдаровском Азербайджане, если ты чист пеpед законом и совестью – ступай себе с миpом дальше, куда и шел, а если есть в твоей жизни что-то из pяда вон – тогда милости пpосим навеpх. Там такому самое место. Смог в жизни оступиться и опоpочить имя, в общем «посадить пятно» на биогpафию – очень хоpошо. Да что там хоpошо – замечательно! За годы работы в аппарате КГБ Гейдар Алиев прекрасно усвоил одну непреложную истину: лучший pычаг воздействия на человека – не кнут и не пpяник, а компpомат.

Суть метода пpоста: пpежде, чем поpучить человеку важный пост, его надо было замаpать, если, конечно, тот еще pаньше не успел замараться сам. «Чеpное пятно» – как ниточки у маpионетки: деpгай в какую хочешь стоpону, игpай в кукловода, а надоест – обоpвал ниточки, пpо «чеpное пятно» напомнил, и маpионетка – ни жива, ни меpтва.

Как pассказал нам один из «эксов», назначение на соответствующий пост происходило следующим образом. «Пpоходи, садись, – встpечает президент мучающегося в догадках. – Возьми вот в этой папке опеpативные матеpиалы на тебя, читай, только вслух, а то я очки забыл». Тот дpожащими pуками беpет папку и, не замечая никакого подвоха с очками, начинает читать… компpомат на себя. Голос слабеет, голова опускается все ниже и ниже, человек полностью pаздавлен, pастоптан. Человек готов к худшему. И тут ему с саpдонической улыбкой: «Hу как, пpочел?!». Ответить нет сил, а не ответить нельзя. И после молчаливой паузы, которая сделала бы честь великому актеру (во время которой у собеседника если не инфаркт, то полные штаны) президент глаголит: «Есть мнение назначить тебя… (далее называется кpесло, о котоpом этот человек мечтал всю свою жизнь. Все поют алиллуйя.

Каpтину Рембpандта «Возвpащение блудного сына» видели? Значит, можете пpедставить, каким был бы поpыв униженного в этот момент. И конец спектакля, то бишь назначения. Да и благословение соответствующее было: пятнайся дальше, но знай меpу.

Таким образом формировалась гейдаровская кадровая гвардия. Посмотрите на окружение президента – среди них нет ни одного человека даже физически полноценного. Президентский аппарат скорее напоминает кунсткамеру, нежели мозговой центр страны. Вообще это самое удивительное явление. Гейдарократия и интеллект – вещи несовместимые. За исключением самого президента, все остальные высшие чиновники беспросветно глупы. Более того, высота их служебного положения обратно пропорциональна их интеллекту.

Тенденция оглупления пронизывает всю пирамиду управления. потому что дураки, окружающие президента, окружают себя еще большими дураками, а те в свою очередь тоже действуют, исходя из правила: «я начальник – ты дурак». Для современного Азербайджана актуальна пословица: «Если ты такой глупый, то почему не во власти?». В итоге страной управляет только один умный.

Состоящая из абсолютно никчемных людей, главным достоинством которых была управляемость, власть довела страну до кризиса. И накануне очередных выборов до президента дошла наконец непреложная истина: необходимо что-то менять в этой заржавевшей и начавшей давать сбои системе.

КАДРОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

У наблюдателей возникает вопрос: с чем связана масштабная кадровая пертурбация в системе исполнительной власти? Многие поговаривают о начале кадровой революции.

На наш взгляд, страна действительно находится в преддверии серьезных кадровых перетрясок. Дело в том, что сам режим переживает момент, который без преувеличения можно считать революционным. Сама сложившаяся ситуация толкает Г.Алиева на путь кадровой революции.

По Ленину, революционная ситуация возникает в том случае, «когда верхи не могут управлять по-старому, а низы не хотят жить по-старому». Тезис, как писал Ленин, «архиверный», но, на наш взгляд, не до конца отражающий весь драматизм сложившейся у нас ситуации.

Действительно, в современном Азербайджане верхи уже не могут управлять по-старому, а низы уже не хотят жить по-старому. Корни сегодняшнего положения необходимо искать в ближайшем прошлом режима. В чем заключалась необходимость создания подобного режима в Азербайджане?

Чтобы понять и постулировать основные движущие силы, необходимо выяснить – какой процесс носит доминирующий характер? Наиболее яркой и все усиливающейся тенденцией является концентрация капитала в руках Семьи. Узурпация капитала и национального богатства носят беспрецедентный характер. Клан олигархизировался до размеров Семьи, и это означает, что основная цель режима – обеспечить Семью финансовыми потоками.

В таком случае становится понятной и тактика. Для обеспечения достаточными ресурсами нужно много денег. Для того, чтобы их добыть, есть два пути. Эволюционный – когда власть потихоньку коррумпируется и разлагается, и революционный – когда размеры коррупции становятся гигантскими.

Возраст лидера сыграл решающую роль в выборе тактики. Начался форменный беспредел. То, что происходит, можно охарактеризовать одним словом – грабеж. Такая ситуация при наличии слабого и аморфного общества могла продолжаться ровно столько, насколько хватит ресурсов. А их, по мнению авторов замысла, должно было хватить до самого конца, а потом – хоть потоп или оползень.

Но режим пожрал ресурсы страны гораздо раньше времени. То ли ресурсов оказалось меньше, то ли темпы растрат оказались чересчур высокими, то ли срок действия главного фактора неоправданно затянулся, но ресурсы кончились прежде, чем наступил конец режима. Терпение азербайджанского народа оказалось запредельным. И теперешнюю ситуацию можно охарактеризовать очень просто: верхи не могут управлять по-старому, но низы не могут ничего изменить.

Сегодня уже очевидно – Гейдар Алиев пережил свою власть. Парадокс в том, что ресурсы его здоровья оказались неизмеримо больше самых оптимистичных врачебных прогнозов. Организм, получив чудовищную дозу допинга в виде абсолютной власти, просто-напросто расцвел. Произошла регенерация жизненных функций. А состояние страны, резко ухудшившись, поставило перед патриархом сложную проблему – как продлить агонию.

Единственная возможность продлить агонию власти – это избрать наследника Гейдара Алиева. Наиболее желаемый вариант – власть переходит к сыну президента Ильхаму Алиеву. О таком развитии событий мечтают апологеты режима. Но есть ли у Ильхама Алиева шансы управлять наследством своего отца? На наш взгляд, проблема не в том, что И.Алиев не сможет управлять государством, хотя сомнений относительно его организаторских способностей предостаточно. Главным фактором на пути Ильхама Алиева «к трону» может стать отсутствие реальной общественно-политической силы, опираясь на которую, он мог бы придти к власти. Ни одна из серьезных трайбовых группировок не рассматривает его в качестве кандидата на пост президента.

Г.Алиев прекрасно понимает, какую угрозу для его сына несут соратники. Получившие от Отца невиданные преференции и ставшие олигархами, они неизбежно пожелают конвертировать свои невиданные доходы в политическую власть. И под их мощным напором И.Алиев не продержится и полугода.

Основа этих сил – аппарат. За годы правления патриарха он путем конвертации власти в капитал получил невиданные преференции и превратился в реальную силу.

КРОНОС НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Сегодня интересы Гейдара Алиева и построенного им режима расходятся. Патриарх понимает, что для обеспечения нормальной передачи власти необходима либерализация режима. И, как это ни парадоксально, чтобы осуществить свою главную жизненную программу, он должен пожрать порождение собственных рук – аппарат.

Долгие годы Г.Алиев опирался на старые проверенные кадры. Именно они, прошедшие с ним все перипетии борьбы за абсолютную власть, получили безраздельное право грабить страну. Он восстановил в Азербайджане систему «кормления», в свое время использованную Иваном Грозным для управления Русью.

Большинство чиновников администрации покупали свою должность за определенную сумму. Сам президент не стесняясь говорил потенциальным кандидатам, что для получения должности необходимо внести взнос в фонд. При этом само существование фонда обосновывалось необходимостью иметь дополнительные финансовые ресурсы для вооруженных сил. На самом деле все деньги накапливались на личном счету президента.

В результате, купив должность, чиновник превращал вверенную ему территорию или организацию в источник доходов. А целью его становилось стремление не только вернуть вложенные деньги, но и получить прибыль.

Как нам сообщили из компетентных источников, на одном из совещаний президент решил уволить одного из глав районов. Подняв и отчитав его, президент указал ему на дверь. Каково было удивление всех присутствующих, когда выгнанный, не поднимая головы, дрожащим голосом сказал, что еще «не окупил вложенных инвестиций». Тогда президент сжалился и позволил ему проработать еще некоторое время – видимо, чтобы тот все же «вернул свои инвестиции».

Нынешние кадры не могут быть опорой для нового госуправления. В принципе в центре уже завершилась реформа. На смену министрам, управляющим отраслями по принципу «кормления», пришли новые кадры, работающие на основе «соглашения о разделе прибыли» (СРП). При этом все финансовые потоки, даже взятки, четко фиксируются и даже документируются. Все полученные доходы делятся в пропорции 1 к 9. Понятно, что большая часть доходов уходит патриарху. Но на местах этот принцип пока не введен. И поэтому Г.Алиев начал кадровую революцию – с тем, чтобы ввести на всей территории страны новый принцип дележа доходов.

Принцип этот стопроцентно абсолютистский. Азербайджанская власть превратилась в средневековую феодальную монархию. И ей требуются верные вассалы. Но перед этим необходимо уничтожить предыдущих, ставших препятствием на пути. Своими сегодняшними действиями Гейдар Алиев очень сильно напоминает Кроноса – отца Зевса, который время от времени пожирал собственных детей.

ПАРТИЯ СКАЗАЛА: «НАДО». КОМСОМОЛ ОТВЕТИЛ: «ЕСТЬ!»

Кто придет на смену старым гейдаровским кадрам? В новых условиях трудно найти новые кадры, желающие работать в гейдаровской машине власти. Как сказал мне один из отказавшихся пойти на работу в систему исполнительной власти, лейтмотив всех отказников в том, что они «не хотят быть презервативами». По его словам, патриарх относится к кадрам, как к к презервативам – использует и выбрасывает, не затрудняя себя тем, чтобы отмыть. В таких условиях большая часть нормальных людей, задумывающихся о своем будущем, отказывается работать на патриарха.

Если посмотреть на вновь назначаемые кадры, то в глаза бросается одна характерная деталь. Практически все они сделали карьеру в комсомольских структурах. Если всмотреться еще пристальнее, то понимаешь – количество «комсомальчиков» во власти просто ошеломляюще. В принципе, последние назначения лишь подтвердили тенденцию.

В нынешней азербайджанской власти очень много комсомольских работников. Фархад Алиев, Гусейн Багиров и даже опальный олигарх Кямаледдин Гейдаров вышли из комсомольской шинели. Новые назначенцы Э.Азизов и З.Нагдалиев – из той же когорты. Интересно, а с чем связано увлечение президента комсомальчиками?

У этого процесса есть объективные предпосылки. Дело в том, что в СССР существовало несколько элит. И дележ политической власти в стране происходил именно по этому принципу. Политический истеблишмент СССР состоял из партийной олигархии, элиты спецслужб и «красных» директоров. В этом раскладе комсомол играл второстепенную роль поставщика кадров. Но интересно другое: комсомол поставлял кадры для всех трех элит.

В годы перестройки комсомол стал превращаться в самостоятельную силу. Комсомольцы одними из первых оценили всю прелесть конвертации административных потоков в финансовые. Львиная доля олигархов на постсоветском пространстве вышла из комсомольской шинели. Достаточно назвать самого богатого (конечно, после Г.Алиева) человека в СНГ – Д.Ходорковского, чтобы проиллюстрировать этот процесс.

Но ни в одной стране СНГ комсомол не смог стать ведущей политической силой. Власть в своих руках крепко держали их старшие товарищи. В одних странах (Азербайджан, Грузия, Туркмения, Узбекистан) у власти остались партийные бонзы, в других к власти пришли красные директора (Украина, Казахстан), а в некоторых – представители спецслужб (Россия). Но комсомольцы оставались в тени, занимаясь больше коммерцией, нежели политикой. В принципе, так было и в Азербайджане, где наиболее значительные из комсомольских бонз нанялись бизнесом.

Перелом наступил два года назад. Тогда «крестный отец» отечественных комсомальчиков – Джангир Муслимзаде – собрал тайную комсомольскую вечерю. На ней он поведал о том, что «комсомольцы» должны объединится вокруг фигуры наследника И.Алиева. И именно после этого началась серия интересных и знаковых назначений комсомальчиков на самые ответственные посты.

Новые назначения лишь подтвердили правоту тех, кто увидел в этом новые тенденции кадровой политики властей. Видимо, даже президент понял, насколько чужд его сын трайбовым силам, и наконец осознал, что опорой власти И.Алиева могут быть лишь люди, ментально ему близкие. И не нашел ничего лучшего, как обратиться к кадровому потенциалу азербайджанского комсомола.

Хотя вполне вероятно, что сделано это от безысходности. За годы своего второго правления патриарх уничтожил персоналии двух оставшихся элит – и спецслужб, и красного директората (партийных бонз он уничтожил еще в первый период своего правления). В итоге кадровое поле напоминает пустыню Сахару. И для того, чтобы принц мог хоть на кого-нибудь опереться, «под него» создается новая управленческая элита.

КОМСОПОЛИТЫ

Но насколько будет успешной новая кадровая политика властей? Все покажет ближайшее время. Наблюдатели отмечают, что последние назначения носят знаковый, даже ритуальный характер. Гянджа – это центр гянджинского клана, а Ленкорань – центр южного или, как его еще называют, талышского клана. И от того, как вновь назначенные справятся со своими задачами, зависит не только их собственная судьба, но и судьба всего плана передачи власти.

Анализ показывает, что шансов у вновь назначенных немного. Начнем с того, что у азербайджанского населения весьма специфическое отношение к комсомольцам. Наиболее расхожим выражением является «комсомол джаны – ит джаны», а само слово «комсомол» имеет нарицательное сатирическое значение.

Предыдущий опыт назначения космоПОЛИТных КОМСОмольцев на ответственные посты не впечатляет. Э.Азизова скорее всего ждет судьба Абдуррахмана Везирова. Назначенный главой Гянджи, он стал предметом шуток местных «лоту» после того, как сплясал твист вместе с женой на танцплощадке, желая личным примером «завести» гянджинцев. Понятно, что Э.Азизов не повторит печального твист-опыта А.Везирова, но ему, чтобы испортить репутацию, будет достаточно станцевать лезгинку.

Судьба З.Нагдалиева попавшего из первопрестольной в регион, работающий до полудня, вообще представляется трагичной. Назначение на посты в стратегических районах людей, не знакомых с местной спецификой, ни к чему хорошему не приведет. За годы независимости в регионах сформировалась своя элита. Это группа людей контролирующая основные сферы провинциальной экономики. И элита эта будет до конца бороться с вновь прибывшими КОМСО-ПОЛИТАМИ. Новые назначенцы чужды им по духу, и консервативная азербайджанская провинция отторгнет их.

Их участь – стать мальчиками для битья. На них президент отрабатывает параметры новой кадровой политики. А она, как и все устремления режима обеспечить правление после смерти патриарха, обречена на провал. Сегодня нет силы, способной обеспечить стабильность в постгейдаровском Азербайджане. И к какому политическому социальному слою ни обращался бы патриарх за поддержкой своего безнадежного дела, его везде будет ждать фиаско.

Режим обречен по одной простой причине – его НЕЛЬЗЯ трансформировать. Он должен быть и будет сметен, и на его руинах будет построен новый. Неизвестно лучший или худший, но то, что другой – это безусловно.

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 14, 10 aprel 2003 г.

РАЗГОВОР ЗА ГРАНЬЮ ФОЛА

«Вы живете в опасной стране, берегите себя» – эти слова в минуту прощания с Фуадом Мусаевым произнес бывший президент Футбольной федерации Франции А.Лутре. И к такому умозаключению он пришел после встречи с президентом Азербайджана Гейдаром Алиевым. Может быть, именно поэтому в кулуарах ФИФА Ф.Мусаева называют «Патрисом Лумумбой» (который боролся с конголезским диктатором Чомбе). Пройдет некоторое время, и Ф.Мусаев сможет убедиться в правоте своего коллеги. Власть направила всю мощь своей беспощадной репрессивной машины против руководителя азербайджанского футбола.

«Пусть меня посадят, ибо в азербайджанской тюрьме больше мужчин, чем за ее пределами» – в последние дни Фуад Мусаев неустанно повторяет эти слова. Кажется, его покидают последние силы и уже покинули последние друзья. Но он по-прежнему продолжает бороться. И кажется, ничто не способно сломить волю этого человека…

Не успел я поздороваться с Ф.Мусаевым, как в кабинет вбежал его помощник. «Что еще произошло?» – беспокойно спросил президент. «Нас исключили из ФИФА». После этих слов в кабинете Ф.Мусаева воцарилась мертвая тишина…

«ПУСТЬ ИЛЬХАМ РАДУЕТСЯ»

- Азербайджанские футбольные клубы и национальная сборная потеряли свое место на мировой футбольной арене. По всей видимости, длительная война, начатая государством против футбола и Фуада Мусаева, привела к подобному результату. Не так ли?

- Это удар не только по нашему футболу, это удар по нашей стране. В течение пяти лет наша федерация призывала власть пересмотреть свою политику в отношении АФФА. Мы постоянно предупреждали об опасности дисквалификации, призывали к соблюдению законов. Но тщетно. В последнее время власть предприняла беспрецедентные действия. Конфисковали наши автомобили, арестовали генсека АФФА Октая Зейналова, попытались провести альтернативные соревнования и наконец организовали провокацию в исполкоме АФФА. В течение всего времени власть просто терроризировала федерацию. Сколько можно терроризировать людей?

В письме ФИФА написано, что приняты во внимание последние события вокруг АФФА. Международная федерация осудила давление государственных органов. Они указывают, что решение принято в связи с недопустимостью данной ситуации и неоднократными нарушениями основополагающих этических принципов.

С целью урегулирования противоречий мы подготовили визит Блаттера и Йохансона в Баку. Их визит должен был состояться 5 мая. Впервые два президента футбольных федераций решили вместе приехать и на месте прояснить ситуацию. Такого не видела ни одна страна в мире – отношения между президентами ФИФА и УЕФА очень напряженные, и это общеизвестно. Но нам удалось организовать их визит в Баку. В связи с этим мы направили письма в президентский аппарат и другие государственные ведомства и попросили службу президента дать подтверждение, что президент примет их. Но уже две недели мы не можем получить подтверждение.

Какой позор! Двое авторитетнейших международных деятеля готовятся к визиту в нашу страну, а президент Г.Алиев отказывается принять их. Э.Шеварднадзе сам просит Й.Блаттера приехать в Грузию. Он горит желанием встретиться с ним, чтобы спасти грузинскую федерацию от санкций, на которых настаивает Россия. А наш президент отказывает ему во встрече?! Что это за отношение? Когда футбольным клубам «Динамо» Тбилиси и «Динамо» Киев угрожала опасность дисквалификации, президент Э.Шеварднадзе и экс-президент Украины А.Кравчук сделали все возможное для того, чтобы встретиться с руководителем УЕФА и решить проблемы футбола своих стран.

- Но ведь это нонсенс!

- Да, мировая история не знает такого прецедента, чтобы отказали в приеме столь высокопоставленным международным чиновникам. Они высказали пожелание посетить Азербайджан, ясно, что их визит поспособствует решению проблем нашего футбола. В другой стране этому бы обрадовались. Но только не у нас. Наша власть не заинтересована в решении проблем.

Сегодня я беседовал по телефону с начальником правового департамента ФИФА и спросил о визите Й.Блаттера. Но он сказал: «Если ваши власти не соизволили подтвердить свое намерение встретиться с президентом ФИФА, то о каком визите может идти речь?»

Но я на этом не успокоюсь. В ближайшее время Й.Блаттер должен приехать в Тбилиси. Я планирую встретиться с ним там и попытаюсь привезти его в Баку. Мы планируем открытие детского стадиона, и я хочу, чтобы он принял участие в его открытии. Может, это заставит одуматься нашего президента и принять президента ФИФА.

ФИФА оказывает однозначную поддержку АФФА. Мы и впредь будем представлять в Азербайджане интересы этой организации. И нас никто не лишал членства в ФИФА. Мы потеряли право участия на соревнованиях и право голоса на конгрессах.

Мы в очень тяжелой ситуации. И в этом виновата власть. Наш счет в банке арестован, против нас продолжается судебное шоу по отмене регистрации в Минюсте, один из руководителей АФФА Октай Зейналов содержится под арестом.

- Вы считаете, что государство целенаправленно создает препятствия для деятельности футбольной федерации?

- Так считаю не я. Это – мнение международных организаций, которое наше государство открыто игнорирует. Подобная политика привела к плачевному результату, который отразился в последнем решении ФИФА.

Пусть Ильхам Алиев радуется. После матча со сборной Финляндией он заявил, что наша сборная не должна выступать на международной арене. Что ж, они добились своего. Азербайджан больше не будет выступать на международной арене.

«КТО ГОВОРИТ О МУЖСКОМ ДОСТОИНСТВЕ?»

- Встречались ли вы с главой государства или с представителями его администрации, чтобы обсудить пути выхода из патовой ситуации нашего футбола?

- Я встречался с премьер-министром Артуром Расизаде и попросил его организовать встречу с Г.Алиевым. Но он сказал, что не может сказать об этом президенту. Представляете?! В его присутствии даже боятся упоминать мое имя. Тогда я решил направить обращение Г.Алиеву со страниц газет. Там нашли отражение основные проблемы нашего спорта, в частности футбола.

И как власть отреагировала на мое обращение? Они стали организовывать митинги «колхозников и трудящихся», проводить шоу по ТВ. Все набросились на меня. Суть пропаганды властей в том, что, мол, отставка Фуада Мусаева обусловит возрождение футбола в стране. Но почему в 70-е годы, когда бакинский «Нефтяник» дважды «вылетал» из высшей лиги Союза, никто не критиковал членов Бюро КПА и в том числе первого секретаря Гейдара Алиева, который лично опекал нашу футбольную команду?

- Недавно часть исполкома АФФА во главе с бывшим вице-президентом Фатуллой Гусейновым провела чрезвычайное заседание, где назвала вас «главным препятствием на пути развития национального футбола». Как вы расцениваете демарш бывших соратников?

- В течение последних десяти лет мы были единой семьей. И Фатулла Гусейнов, и другие входили в мое ближайшее окружение. Ни один из них ни разу не выступил с критикой в мой адрес. Мне просто неприятно не то что говорить об этом, но даже вспоминать недавние заявления этих людей. Сегодня Ф.Гусейнов вдруг ополчился против меня и все беды видит во мне. А два месяца назад он же был тамадой на банкете в честь моего 65-летия. Я могу показать видеозапись этого банкета, и вы убедитесь, как он прославлял меня.

То же самое я могу сказать и о другом вице-президенте Фуаде Асадове, который полчаса произносил тост, изнурив меня бесконечными дифирамбами. Что же произошло за эти два месяца? «Выдающийся сын народа Фуад Мусаев» вдруг превратился в беду и в головную боль? Это же лицемерие!

Никакого заседания исполкома не было. Они собрали отдельных лиц из исполкома, провели заседание и приняли решения, которые не имеют правовой силы. На этом заседании элементарно не было кворума. Если у этих людей остались честь и достоинство, пусть покажут хотя бы один протокол заседания исполкома, где они выступали с критикой в мой адрес.

Особое недоумение вызывает позиция Ф.Гусейнова. Он вообще работает на три фронта. Меня предупреждали, что он человек ненадежный. Но я продолжал верить ему – ведь нас связывали сорок лет дружбы. А он нанес мне удар в спину. Сейчас он оправдывается тем, что я его оскорблял, скрывал от него свой телефонный номер. Это смешно! Он продолжает поливать меня грязью на страницах СМИ. А я только сейчас впервые комментирую его действия.

И даже теперь я его не осуждаю. Жизнь очень тяжела, и видимо, ему сделали предложение, отказаться от которого было выше его сил. Пусть это останется на его совести, если у него еще осталась совесть. Бог каждому воздает по его деяниям! К сожалению, в этой ситуации «черный полковник» оказался в роли свадебного генерала.

Другой вице-президент Фуад Асадов обижается на меня, что я не снимаю с должности другого вице-президента Тогрула Гаджиева. А тот в свою очередь предъявляет мне претензии – почему я отправил в Цюрих не его, а Ф.Асадова? Они втроем подали на меня жалобу следователю налоговой инспекции с требованием наказать меня. И после этого они смеют говорить о мужском достоинстве?

«Я ПРЕДЛОЖИЛ КАНДИДАТУРУ РАМИЛЯ УСУБОВА»

- Власти всеми правдами и неправдами пытаются добиться вашей отставки. И ради достижения этой цели уже ничем не гнушаются…

- И в 2000 году, и в 2001 году они добивались моей отставки. Но почему я должен уйти? Только потому, что мое имя вызывает чье-то раздражение? Я даже не знаю, в чем меня обвиняют. Они безапелляционно заявляют – Фуад Мусаев развалил футбол. Я могу с таким же успехом заявить, что в нашей стране правят бандитизм и коррупция, экономика страны полностью развалена. И в этом виноват президент Г.Алиев, который стоит во главе этой страны. Эти люди не придерживаются своих обязательств. На основе Цюрихского соглашения я готовился провести конференцию и подать там в отставку. В связи с этим был выработан четкий план. Министр спорта, молодежи и туризма Абульфаз Гараев знал о моем намерении подать в отставку.

- После стольких лет борьбы, в январе этого года вы все же решили подать в отставку. Что вас привело к этому решению?

- Поймите меня, чисто по-человечески я устал. Сколько можно терроризировать одного человека? У меня семья, дети. Моя борьба извела и их. Власти довели меня до той черты, когда я заявил, что готов уйти. Я протянул им руку и предложил компромиссное решение. Но они оттолкнули мою руку. Я предложил им приемлемую модель для того, чтобы сохранить принципы Цюрихского соглашения, сохранить лицо исполкома и руководства страны. Мы договорились исполнить наше соглашения, сохранить устав АФФА, организовать встречу Г.Алиева с президентами ФИФА и УЕФА и наконец провести конференцию, которая должна была избрать нового президента федерации.

Я и не собирался выдвигаться. Но два месяца назад на заседании исполкома вице-президент Тогрул Гаджиев вновь выдвинул мою кандидатуру. И Фатулла Гусейнов поддержал его. Я могу показать протокол заседания – все члены Исполкома единогласно поддержали их предложение. И вдруг через два месяца начался «хор Пятницкого».

- С кем вы обсуждали условия выполнения Цюрихского пакта и возможность своей отставки?

- Я ни с кем их не обсуждал. Один из наших вице-президентов встретился с А.Гараевым и передал ему наши предложения. Тот воспринял их восторженно. По договоренности я ждал от них сигнала, чтобы встретиться с Й.Блаттером. Я встретился с ним, но не рассказал о деталях плана. Мы условились еще раз встретиться в Цюрихе, где я собирался рассказать о нашей договоренности с А.Гараевым.

Власть пытается создать иллюзию, что я как упертый бык, держусь за это кресло. Да не нужно мне это кресло! Хотя мне и предложили остаться и помочь, я отказался. Я сказал – если захотите, то изберете меня либо почетным президентом, либо почетным членом Исполкома. Но добавил – в Исполкоме должны быть представлены не шаромыги с улицы, а солидные люди. Я предложил кандидатуру министра внутренних дел Рамиля Усубова, первого вице-президента НОК Чингиза Гусейнзаде, бывшего президента клуба «Нефтчи» Агиля Пашаева, Алекпера Мамедова и некоторых других.

- А кто должен был возглавить АФФА?

- Я не могу сейчас об этом говорить – это неэтично.

Но власти сами сорвали этот план. Я уезжаю, и вдруг – гром среди ясного неба! – мне сообщают, что у нас отняли автомобили. Я срочно звоню в Баку и спрашиваю – как же так? Ведь мы же договорились. Министр спорта вообще не был в курсе дела. Наоборот, он встретился с министром юстиции Фикретом Мамедовым и попросил остановить вакханалию. И оказалось, что наши автомобили отнимали не судисполнители, а «гаишники»!!! Потом арестовали О.Зейналова и наконец подняли бунт в Исполкоме.

«Я ПРИГОТОВИЛ СВОЙ ВЕЩМЕШОК»

- Может, во власти есть силы, которые не заинтересованы в урегулировании противоречий с АФФА? Может, кому-то очень нужен конфликт с Ф.Мусаевым?

- В стране только один президент. И я не признаю ничьей власти, кроме его. В Конституции указаны его права и обязанности. И если кто-то в силах оказывать на него пагубное воздействие, то значит этот президент – слабый. Но Г.Алиев не из таких. И я уверен, что он лично руководит кампанией против меня. Но если его сейчас спросят об этом, он ответит своей любимой фразой – «мяним хябярим йохдур».

Со страниц «Монитора» я заявляю, что не подам в отставку и буду бороться до конца. Что со мной сделают? Посадят? Пусть сажают! Я уже приготовил свой вещмешок. Я готов сесть в тюрьму, но спасите футбол!

Мне интересно: неужели те, кто сегодня занимается беспределом, не понимают, что придет время, и они окажутся в той же ситуации. Однажды мы уже видели фиаско Г.Алиева в 80-х годах. Тогда те, кого он репрессировал, обрели свободу. И справедливое возмездие нашло тех, кто проводил репрессии в 70-е годы. Я был свидетелем этих процессов. Уверен, это еще раз повторится. Дай Бог увидеть это. И если я не увижу, увидят другие. Но это обязательно будет.

- Что будет с чемпионатом страны? Видимо, мы так и не дождемся начала национального турнира?

- По поводу чемпионата клубы устроили цирк. В свое время мы предлагали начать чемпионат и в неделю проводить два матча. Тогда директор БНЗ Рамиз Мирзоев сказал, что им надо посоветоваться.

Они сорвали проведение чемпионата. А сейчас требуют срочно начать его, и проводить матчи ежедневно, чтобы до конца мая завершить чемпионат. Вы представляете, какой бред они несут?! В течение месяца хотят отыграть чемпионат, который должен проходить в течение года!

Посмотрим на уровень наших футбольных клубов. Это – не клубы, а пародия. Они не в состоянии даже покрыть свои членские взносы в АФФА. Чем же занимаются их спонсоры и руководители? Политическими интригами и грызней. Пусть посмотрят, до какого уровня подняла свои клубы нищая Грузия – «Динамо» Тбилиси или, к примеру, «Торпедо» Кутаиси. Уровень материально-технических баз этих клубов не сравним с нашими. А уж про клубы Украины и говорить нечего. Киевскому «Динамо» построили базу на 250 млн. долларов! А какая превосходная база у «Шахтера»!

Да зачем далеко идти – даже в Махачкале, которая в 60-е годы училась играть в футбол у нас, построено два красавца-стадиона.

Далее, мы говорим, что «народ Армении помирает с голоду». А посмотрите, сколько стадионов построено у них за последние годы – причем во всех городах страны. Все армянские клубы в рамках еврокубков выступают на своих стадионах, в своих городах. А все наши клубы играют на единственном республиканском стадионе – в столице.

Так имеет ли смысл проводить чемпионат с такими клубами? Ведь национальный чемпионат проводится в первую очередь для формирования сильной национальной сборной. Но нам не из кого выбирать.

На смену нынешнему поколению должна прийти новая волна футболистов – из детского и юношеского футбола. Развитие детско-юношеского спорта во всем мире лежит на плечах государства. Но наше государство не прилагает никаких усилий для поднятия этих сфер футбола!

На мой взгляд, единственный выход из этой кризисной ситуации в том, чтобы собраться всем вместе и сказать – забудем про старые обиды и отстанем от АФФА. После этого необходимо предоставить возможность АФФА провести чемпионат, принять новый устав и провести конференцию, где будет избрано новое руководство. После этого мы обратимся в ФИФА и заявим, что их требования выполнены и попросим восстановить наши права. Это – единственный шанс, вернее, соломинка, за которую можно зацепиться.

«У НАС НА ДУЭЛИ ВЫБИРАЮТ СЛАБОГО»

- Многие обозреватели предрекают ваше возвращение в большую политику. По их мнению, ваша борьба с властями уже перешла в политическую плоскость. Увидим ли мы в ближайшем будущем вас среди основных претендентов на власть?

- Мы живем в бесправном государстве. И если многие политические лидеры, которых я уважаю, не в силах изменить ситуацию и покончить с беззаконием, то неужели это получится у меня? Сейчас у меня одна проблема – как освободить Октая Зейналова. Кто мне сможет помочь в этом деле, кто может что-то посоветовать? Честного и порядочного человека совершенно незаконно посадили в подвал. Это – беспредел. Это – террор.

А что касается возвращения в политику, то давайте об это поговорим после того, как решим все проблемы футбола.

Когда человек идет на дуэль, он выбирает себе противника. И сильный дуэлист никогда не выберет себе слабого, ибо легко его убив, он может с той же легкостью себя опозорить. К сожалению, у нас на дуэли все и всегда выбирают более слабого. Поэтому сегодня я выбрал другую политику – футбол. Порой даже плакать хочется, но когда вспоминаю, что создал базу и наилучшие условия для сотен мальчишек, то душа радуется.

- Фуад Энверович, над вашей головой – портрет президента Гейдара Алиева. Но ведь вы сказали, что именно он стоит во главе кампании против вас. Как это объяснить?

- Когда я был в Индонезии, то увидел над головой президента их федерации портрет диктатора Сухарто, который мало чем отличался от нашего президента. Президент страны – это символ. Ко мне ведь приходят иностранные делегации, представители международных федераций.

Да, он выступает против меня, а я – против него. Но я отдаю дань уважения посту главы государства. Наряду с его портретами висят портреты и Блаттера и Йохансена. Кстати, и на нашем стадионе висит большой портрет президента. Это наш президент – хороший он или плохой, любит меня или нет, но он символизирует мою страну. В каждом нормальном обществе так должно быть. Это не подхалимаж – многие из тех, кто держат в своих кабинетах портреты Г.Алиев и ежедневно целуют их, предавали его раньше и предадут потом. А вот я никогда его портретов не целовал, но и не предавал. Никто в этой стране не может сказать, что я в 80-е годы предал Г.Алиева.

Но Г.Алиев очень изменился. Это не тот человек. Раньше он совсем по-другому относился к людям. К примеру, когда мне вырезали гланды, он все время звонил мне, навещал и интересовался моим здоровьем. Я к нему тоже относился по-доброму: всегда звонил в Москву и интересовался его состоянием.

Я не предал Г.Алиева потому, что это не в моем характере. Я человек открытый и свои претензии всегда высказываю людям в лицо. Я боролся и с К.Багировым, и с А.Везировым, и с А.Муталибовым. Такой уж у меня характер. Я не могу закрыть глаза на несправедливость.

Моя совесть чиста, я остаюсь самим собой. И мне приятно ходить по улицам, видеть как меня встречают люди. Но стало стыдно ходить в магазины за покупками – с меня денег не берут.

Я считаю, что заслужил такое отношение тем, что пытаюсь сохранить свое человеческое достоинство. Я не могу жить по-другому. Каждый из нас должен бороться за свою честь. И пока мы не обретем собственное достоинство, то не сможем отвоевать Карабах. – Есть информация, что вы подготовили обращение к общественности, где нашли отражение многие факты, компрометирующие президента Гейдара Алиева. Насколько это соответствует действительности и как скоро мы сможем ознакомиться с этими материалами? – Да, я подготовил обращение, где отражено множество преступлений власти, доселе не известных обществу. Это материал – на черный день. Что бы со мной ни случилось, этот материал будет опубликован. Он охватывает период первого правления Гейдара Алиева.

Материал о том, кто и как сдавал армянам наши территории в Карабахе и Казахе. Мне очень больно за Карабах. Ведь мои предки из этого региона. Мне обидно за Шушу. Я обещаю вам, что этот материал будет опубликован в вашем журнале.

Беседовал Э.ФАТУЛЛАЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 14, 10 aprel 2003 г.

ГРОБЫ ПОСЛЕ ВОЖДЯ

По телевизору показывают новости, и уже по сложившейся традиции эти новости начинаются с событий в Ираке. «Опять про Саддама! Ну сколько можно?» – скажет читатель. И как всегда, будет прав. Но слишком много общего между всеми диктатурами в мире, поэтому происходящие в Ираке события не могут не провоцировать ассоциаций и параллелей.

При всей несхожести личностных характеристик вождя иракской революции и вождя правящего клана в Азербайджане построенные им политические режимы удивительно схожи. Так же, как схожи события, которые происходят сегодня в Ираке и, скорее всего, произойдут завтра в Азербайджане.

Не знаю, как читатели «Монитора», но я, глядя на бесчинства озверевшей от безнаказанности толпы иракских мародеров, впадаю в транс. После первых кадров напрочь забывается, что действие происходит в Ираке. Кажется, что все это происходит у нас в стране. Быть может, схожесть человеческих типажей, а быть может, ожидание надвигающейся беды – но что-то интуитивное не позволяет относиться к этим кадрам с циничным равнодушием западного обывателя.

Это он, находящийся за тридевять земель от войны, в сытой и благополучной стране, может себе позволить смотреть на нее, как на голливудский блокбастер. Для него кадры ежедневных новостей – это экзотика, щекочущая нервы и добавляющая адреналин в кровь. Для него погромы магазинов, разграбление банков, поджог библиотек и музеев – необходимые атрибуты для ощущения собственной богоизбранности. Глядя на вакханалию на багдадских улицах, на мародерство на земле, где писать люди научились раньше, чем на Западе научились ходить на двух ногах, они еще раз убеждаются в глубинной правильности действий американской администрации.

Глядя на все эти безобразия, которые в XXI веке выглядят анахронизмом, западный обыватель про себя повторяет многочисленные вариации ильфопетровского крылатого выражения: «Ну и дикий же народ! Дети гор…» В то же самое время зрители, которым не посчастливилось жить в цивилизованных странах, смотрят на эти кадры с смешанными ощущениями. Для кого-то это – недавнее прошлое, а для кого-то – ожидаемое будущее.

ПРЕДЧУВСТВИЕ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

К последним смело можно отнести население Азербайджана. Для нас кадры свержения Саддама – это уроки неотвратимо надвигающейся вакханалии.

Я вовсе не стремлюсь запугать азербайджанского читателя. Просто, проводя параллели между режимами багдадского вора и бакинского грабителя, приходишь к выводу о том, что падение последнего будет сопровождаться аналогичным всплеском вакханалических явлений.

Такова природа диктатур. Всякая диктатура есть не проявление силы личности, а проявление слабости общества. Только слабое и безнадежно больное общество может стать базой для создания диктатуры. Потому что диктатура не решает общественные проблемы, напротив, паразитируя на них, она решает конкретные проблемы диктаторов.

Всякая диктатура, имеющая характеристики стабильности, есть не что иное, как форма общественного наркоза. Гейдаризм как одна из форм диктатуры (необходимо признать – «диктатуры с человеческим лицом», правда, неизвестно чья это заслуга – самого диктатора или его подданных) ничем не отличается от аналогичных режимов в Африке и Азии. А это означает, что гейдаризм также существует исключительно за счет замораживания процессов общественного развития.

Любая диктатура путем репрессий вначале сжимает пружину общественного сопротивления, а потом фиксирует ее в определенном и удобном для диктатуры положении. Страна зависает в точке стазиса. Выход из него – в ликвидации камня преткновения, которым чаще всего является сам диктатор.

Как правило, все диктатуры доживают до своего логического конца. Без ухода с политической арены самого диктатора невозможна смена политического пейзажа. Иракские «уроки для стран с диктатурой» еще раз наглядно доказали, что стоит только диктатору уйти с политической арены, как меняется не только политическая ситуация в стране. Меняется вся страна. Повинуясь закону сжатой пружины, общественно-политическая ситуация распрямляется с такой силой, что принимает характер деструктивных, разрушительных для страны процессов.

Несмотря на то, что смена диктатора в Ираке произошла при помощи внешней силы, установить порядок и остановить вакханалию не удается даже войскам США. А теперь представьте, что происходило бы, если бы режим Саддам развалился бы сам по себе, а в Ираке не было бы американских войск!

Азербайджан, конечно, не Ирак, но аналогичные процессы, скорее всего, произойдут и у нас.

ЭКСПРОПРИАЦИЯ ЭКСПРОПРИАТОРОВ

Причина грядущих беспорядков кроется в самом характере азербайджанской власти. Узурпировав финансовые потоки, монополизировав национальное богатство и контролируя доходные сегменты экономики, правящая элита сама превратила себя в очевидную цель. Виктимность правящей элиты проистекает от осознания большинством населения вопиющей социальной сегрегации.

Любой успех только тогда имеет устойчивые параметры, если опирается на социально справедливые методы его достижения. Когда большая часть окружающих понимает, что человек достоин этого успеха, только в этом случае бытовая зависть, свойственная всем людям, не провоцирует агрессию. Но диктатуры редко бывают социально справедливыми, а уж тем более такая диктатура, как наша, когда социальное положение определяется не талантами или удачей, а набором генов или местом происхождения.

Как можно поверить в то что в Азербайджане не произойдет событий аналогичных наблюдаемым в Ираке, если у азербайджанского обывателя гораздо больше причин громить и грабить, нежели у иракского? Как, скажите на милость, можно удержать население от справедливого гнева на тех, по чьей милости он оказался в бедственном положении? Как остановить от мародерства беженца, уже десять лет живущего в глинобитной хижине, в то время как большая часть чиновников живет в трехэтажных особняках, по сравнению с которыми дома европейских миллионеров кажутся лачугами?

Недавно одна западная экспертная группа провела исследование. Целью было определить – на каких автомобилях разъезжают наши чиновники. Результаты были ошеломляющими. Самый бедный азербайджанский чиновник имеет 10 личных автомобилей, самый дешевый из которых стоит 36 тысяч долларов.

Большая часть правительства – не просто миллионеры, а мультимиллионеры. Магазины заполнены дорогими товарами, при этом большая часть населения голодает. Самая богатая на Южном Кавказе страна превращена в зону выколачивания суперприбылей для членов правящей Семьи. Клан, на который опирается режим, пожирает остатки национального пирога. В подобных условиях повторение иракского сценария не только вероятно, но наиболее возможно.

Население устало быть гражданами третьего сорта, и загнанная в угол ущербная психология люмпена обязательно постарается взять реванш. Тем более, что соблазнов, провоцирующих на грабеж и мародерство, более чем достаточно. В обществе слишком сильны экспроприационные настроения. И это неизбежно. В стране, где 90 процентов национального пирога узурпируется власть имущими и делится среди 1 процента населения – это неотвратимо. Но самое интересное, что подобные ожидания есть и в самой правящей элите, многие члены которой недовольны тем, как делятся доходы.

Итак, в Азербайджане налицо экспроприационные ожидания – таковы результаты проведенного нами блицопроса. Многие жители страны живут именно ожиданием, что в посталиевский период смогут компенсировать то, что потеряли за годы правления Семьи.

Подобная тенденция приведет к тому, что страна медленно но верно опустится в пучину хаоса. Это неизбежно. Сегодня в стране нет силы, способной заставить уйти правящий режим. И соответственно, тем более нет силы, способной остановить хаос. Но хаос не только уничтожит завоевания гейдаризма, не только позволит ограбить тех, кто грабил собственный народ – он разрушит азербайджанское государство. Войти в хаос гораздо легче, нежели выйти из него. И есть большое опасение что гробы после вождя будут появляться с такой же частотой, что и грибы после дождя.

ИЛЬХАМ АЛИЕВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 14, 10 aprel 2003 г.

КОРРУПЦИОННЫЙ БЕСПРЕДЕЛ

Коррупция – как много в этом звуке… Это емкое и короткое слово включает в себя все: и разнузданное поведение распоясавшихся чиновников, требующих взяток, и молчаливое поведение населения, эти взятки дающего. Это страшное слово, о котором сегодня много говорят, и борьба с которым только декларируется, но абсолютно не ведется. Много ли вам известно случаев наказания зарвавшегося коррумпированного чиновника? Мне – практически ни одного. Коррупция – это проблема, о которой говорят все политические и государственные деятели страны, но решения как не было, так и нет и, наверное, не будет. Даже президент в одном из своих интервью заметил, что коррупцию в Азербайджане победить невозможно. Да и как ее можно победить, если сам президент возглавляет коррупционную пирамиду?

Сейчас стало модно много и умно говорить о коррупции. Если спросить у любого из граждан Азербайджана – что на его взгляд мешает процессу экономических реформ, то, уверен, каждый первый среди причин, тормозящих развитие страны, назовет коррупцию. Проводятся многочисленные «круглые столы», страницы газет пестрят разоблачительными материалами. А коррупционный воз и ныне там.

Постепенно общество начинает воспринимать коррупцию не только как неизбежное зло, а как единственно возможный путь к процветанию. Словно раковая опухоль, коррупция пускает свои метастазы все дальше и дальше, разлагая саму азербайджанскую государственность. И хотя коррупция не есть чисто национальное явление, но именно в Азербайджане она обогатилась новыми чертами, а ее масштабы здесь привели к тому, что из проблемы, с которой общество борется, она превратилась в монстра, который сам борется со здоровыми явлениями, зарождающимися в нации.

По своей сути коррупция есть не что иное, как попытка чиновничьего аппарата получить прибыль от идущих в стране экономических процессов. В странах со слабым общественным контролем бюрократия превращается в правящий класс и таким образом пытается взять под контроль финансовые потоки.

Если посмотреть на проблему коррупции, то в ее основе лежит также психологическая подоплека. Та часть населения, которая занята в административном управлении, оказывается вычлененной из механизма общественного распределения прибыли. Их доходы ни напрямую, ни косвенно ни в коей мере не зависят от уровня доходов общества. И для того, чтобы компенсировать разницу в доходах социально активных членов общества, занимающихся бизнесом, не менее социально активные граждане занимающиеся госуправлением, пытаются извлечь из этого прибыль.

Имея глубокие корни, традиции коррупции в особенности сильны в обществах с сильными авторитарными тенденциями. Там, где власть достается элите по какому-либо иному праву, нежели доверие избирателей, элита не боится ее потерять. И поэтому совершенно спокойно начинает конвертировать эту власть в доход.

Коррупция бывает двух типов. Первый – это прогрессивная коррупция, когда чиновники опосредованно участвуют в распределении предпринимателями прибыли. Понятно, что делается это не за красивые глаза, а за предоставление неких льгот, позволяющих предпринимателям увеличить прибыль от операций. Подобный тип коррупции весьма распространен в западных странах, и мало кто знает, что в самой некоррумпированной экономике в мире – в США – на взятки тратится 800 миллионов долларов ежегодно. И хотя этот тип коррупции тоже вреден и опасен, он все же носит прогрессивный характер – учитывая, что в его основе лежит раздел дополнительной прибыли, и что он не носит дискриминационного характера.

Второй тип коррупции основывается на создании барьеров перед предпринимателями для того, ЧТОБЫ ОНИ ОПЛАЧИВАЛИ ИХ ПРЕОДОЛЕНИЕ. Это наиболее негативный тип коррупции, к сожалению, получивший приоритетное развитие в Азербайджане.

Сейчас наступил момент, когда общество больше не может развиваться, если не решит проблему коррупции. Одной из главных составляющих экономического кризиса является полнейшее отсутствие барьеров перед коррупцией. Любой чиновник в состоянии навязать предпринимателю ту модель отношений, которая его устраивает. Доходы бюрократического аппарата стабильно растут, в то время как доходы предпринимателей падают. При этом создает ситуация, когда предприниматель, который не желает вступать в систему круговой поруки, доводится до стадии банкротства.

Сама экономическая система построена таким образом, что выгоднее платить взятки, чем честно работать. Налоговая, таможенная системы, государственная экономическая политика – все построено таким образом, чтобы вынудить предпринимателя платить взятки. Те бизнесмены, которые принимают правила коррупционной игры, получают значительно большие прибыли, нежели те, кто пытается соблюдать сложившиеся законодательные нормы. К тому же чиновничество научилось подготавливать такие законодательные акты, которые либо необходимо нарушать (и в эту случае платить мзду на нарушение), либо, если ты их намерен выполнять, то рано или поздно понимаешь, что это невозможно.

Обществу исподволь навязывается мысль, что борьба с коррупцией – дело безнадежное. Постоянно приводятся примеры других стран, при этом нагнетается истерия вокруг любых попыток борьбы с коррупцией. Многие считают, что борьба с коррупцией в Азербайджане – это донкихотовская попытка воевать с ветряными мельницами. Так ли это?

Вопрос безусловно риторический. То, что с коррупцией бороться можно и нужно, не вызывает сомнений. Как показывает опыт других стран, коррупцию можно снизить до такого уровня, когда она не тормозит развитие страны. И если мы хотим иметь нормальное государство, мы должны начать с обуздания коррупции. Причем речь не идет о широковещательных заявлениях, а о планомерной методической работе по созданию нижеследующих условий:

- когда функционирование административно-государственного аппарата и движения денежных потоков будут максимально разделены;

- когда предпринимательство не будет ограничено жесткими налоговыми и административными путами, выход из которых только один – взятка.

Для этого необходимо принять несколько мер.

ПЕРВОЕ. Учитывая уже сложившуюся практику, когда большинство ведомств, контактирующих с предпринимателями и населением неизбежно берут мзду, необходимо сделать услуги чиновников платными. К тому же число таких ведомств необходимо свести к минимуму.

ВТОРОЕ. Должна быть создана система жесткого контроля над государственными служащими. Должен быть принят закон «О государственной службе», в котором бы четко оговаривались права и обязанности чиновников. При этом все чиновники и члены их семей должны заполнять декларации о доходах. Вообще введение тотальной декларации доходов является одной из самых успешных форм борьбы с теневым сектором вообще и с коррупцией в частности.

К счастью, в мировой практике известны случаи, когда удавалось решить проблему коррупции. К примеру, то, что называют «сингапурским экономическим чудом», вряд ли стало было возможным, если бы не драконовские меры против коррупции, принятые правительством этой страны.

Борьба с коррупцией – это экзамены на национальную зрелость того или иного народа. Потому что если коррупция необуздана, а ее размеры принимают катастрофические масштабы, это приводит к национальной катастрофе.

Власти, которая пользуется плодами коррупции, всегда необходимо помнить следующее. Население страны может, конечно, из-за властобоязни бесконечно долго не реагировать на коррупционный беспредел, Но у этого качества, которое так нравится многим авторитарным системам, есть один существенный недостаток – население никогда не станет защищать то правительство, которое правит, не опираясь на справедливые законы, и присваивает большую часть национального пирога.

Можно привести множество примеров, когда страны, где коррупция правит бал, оказывались жертвами кучки революционеров, либо становились жертвами иностранной агрессии.

Именами стран, павших жертвами коррупционного беспредела, усеяна новейшая история человечества. Как правило, в этом списке те страны, где слабы устои государственности, нет демократических норм и – главное – где власть узурпировала весь спектр экономических отношений. Это страны, где, говоря «власть», имеют в виду «капитал», и наоборот. И как правило, это – страны, прошлое которых неизвестно, настоящее туманно, а будущее – обречено.

ИСЛАМ АХМЕДОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 14, 10 aprel 2003 г.

ЭХО СУМГАИТА. Эльмар Гусейнов

История – странная штука. Она почему-то непременно хочет вершиться по одному и тому же лекалу. Видимо, это происходит потому, что она циклична по своей природе. Именно это и позволило Прудону заявить о том, что «история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй раз в виде фарса».

Сумгаит – город знаковый, имеющий для Азербайджана большое значение. Не потому что в нем проживает большое количество социально неблагополучного населения и не потому что в нем сосредоточена большое число промышленных предприятий. Знаковость Сумгаита проистекает из того, что он – город исторического значения. На закате советской власти именно в этом городе произошла трагедия, предопределившая судьбу советской империи. Впервые на территории СССР здесь произошли массовые беспорядки по национальному признаку, навсегда похоронившие сказки о советском интернационализме. И «эхо Сумгаита», прокатившись по городам и весям нашей тогда еще необъятной родины, разрушило империю, казавшуюся несокрушимой. Это была настоящая трагедия.

Но история возвращается, чтобы в этот раз явить нам фарс. Фарс, призванный разрушить колосс на глиняных ногах, – нашу прогнившую власть.

РАЗБОР ПОЛЕТОВ

Ничто не предвещало того, что в этот день произойдут судьбоносные события. Утром третьего апреля никто еще и не знал, что страна станет очевидицей событий, которые выявят недееспособность президента гораздо ярче, чем самые непримиримые из его критиков.

Неизвестно, когда президент принял решение поехать в Сумгаит. По крайней мере, по имеющейся информации, руководство его служб безопасности узнало об этом только в последний момент. Внезапно прибыв в город, президент провел совещание. В числе присутствующих был весь партхозактив Сумгаита. Как заявил президент, цель его приезда – поменять главу городской администрации. Впервые за долгое время президент лично на месте заявил о принятии элементарного кадрового решения.

В ходе своей речи президент попытался разъяснить причины, побудившие его пойти на этот шаг. По словам президента, к нему поступают анонимные письма, в которых говорится о том, что глава исполнительной власти города Таваккюль Мамедов употребляет наркотики, пьет и ведет разгульный образ жизни. При этом президент сопровождал свои заявления иллюстрациями.

Так, президент заявил о том, что анашу он видел только в молодости, но при этом лихо показал, как «забивается косяк». Правда, глава государства так и не уточнил, где и в каких условиях он прошел «курс молодого наркомана». На эти заявления обвиняемый глава администрации закатил рукава, тем самым доказывая, что вены у него в полном порядке. На что президент весьма философски заметил, что доказательств у него нет, и потому он не верит анонимкам. Но продолжил, что Т.Мамедова все же снимет и уже привез ему замену.

На смену проштрафившемуся он поставил на пост заместителя министра молодежи и спорта Вагифа Алиева, физика по образованию. Видимо, успехи другого физика на ниве офонтанивания Баку так удовлетворили президента, что он решил отныне и в дальнейшем опираться только на представителей этой профессии.

Но самое интересное ждало всех впереди. Следующей жертвой стал глава сумгаитского городского отделения ПЕА Хыдыр Алоев. Президент, «заложив» главу своей администрации Р.Мехтиева, заявил ему: «Что тебе нужно? Сколько должностей может занимать один человек? Ты – глава ПЕА в Сумгаите и депутат, и тебе все мало? А ты еще приходишь к Р.Мехтиеву и просишь его назначить тебя главой исполнительной власти Сумгаита».

Но с самой беспощадной критикой президент обрушился на истинного хозяина Сумгаита, главу концерна «Азерхимия» Фикрета Садыхова, тем самым дав понять, что он прекрасно осведомлен об истинной подоплеке конфликта. А конфликт в Сумгаите начался с того, что глава администрации города посмел снять с должности брата Ф.Садыхова, чем спровоцировал гнев могущественного сумгаитского олигарха.

Президент обвинил Ф.Садыхова в семейственности и привел в качестве примера… самого себя и свою семью. Президент так и сказал: «Ты хочешь, чтобы все твои братья занимали должности? Посмотри, мой брат Джалал – простой депутат и, видит Бог, когда его хотели назначить президентом Академии наук, он сам пришел ко мне и сказал – я этого не хочу. Или другой мой брат Агиль – я же его не назначил ректором экономического университета, хотя мне и предлагали».

А уж про своего скромнягу сына президент вообще ничего не сказал. Малыш-то занимает скромное место вице-президента ГНКАР, а исходя из президентской логики должен был сидеть в кресле Артура Таировича.

Поскольку на собрании не было никого, кто посмел бы уличить президента в лицемерии по поводу «скромных» должностей членов его семьи, которые на сегодняшний день являются фактическими хозяевами страны, контролируя практически все доходные сферы бизнеса (впрочем, это тема отдельной статьи), президент призвал Садыхова к скромности.

Следующий пункт обвинения был еще круче. Президент обвинил Садыхова в том, что он… не делится с Семьей: «Мы тебя поставили сюда, НИКТО тебя не трогает, а ты все тянешь на себя!». И тут же вынес вердикт: «Даю тебе три месяца. Не исправишься – пеняй на себя».

После Ф.Садыхова пришел черед другого сумгаитского олигарха – владельца центрального универмага, разросшегося до размеров главной городской толкучки – Замана Гаджиева. Президент уличил его в том, что он… недостаточно тратит деньги. В итоге ошизевший от президентского внимания предприниматель на вопрос президента, все ли он понял, ответил: «А что здесь непонятного? Все, что у меня есть, господин президент, все отдам…». По последней информации, у З.Гаджиева уже работает республиканская налоговая инспекция – видимо, для того, чтобы точно подсчитать – сколько именно он должен отдать.

АПРЕЛЬСКИЕ ТЕЗИСЫ ПРЕЗИДЕНТА

Сумгаитская поездка президента ознаменовала собой новый этап в развитии страны. В своей речи глава государства коротко и ясно – в доступной для всего населения форме – дал понять, что он ПРЕКРАСНО ОСВЕДОМЛЕН о состоянии дел во всей стране. Это разрушает уже устоявшийся и набивший оскомину миф о том, что президент бывает не в курсе того, что происходит в стране. Как оказалось, он знает даже оборот Сумгаитского торгового центра.

Второй тезис, прозвучавший в словах президента, заключается в том, что глава государства не видит принципиальной разницы между государственной собственностью и частной. Он так прямо и заявил.

Следующий тезис заключается в том, что президент в рамках этой избирательной кампании взял курс на грязный пиар. Причем делается это в примитивной «желтой» форме. Контуры грязной пропаганды прослеживались еще в нахичеванских поездках президента. Там он подверг критике своих министров, а в этот раз на публичное осуждение были выведены сумгаитские олигархи. С этой целью президент обвинил их в семейственности и мафиозности.

В своей речи он также коснулся итогов приватизации в Сумгаите, которая, по его мнению, прошла неправильно, так как позволила сконцентрировать всю городскую собственность в руках нескольких человек. О том, что во всем Азербайджане приватизация прошла таким образом, что позволила сконцентрировать всю собственность в руках Семьи президента, он предпочел не вспоминать.

По сути, сегодня президент пытается обвинить местных олигархов в том, что они узурпировали – с его разрешения – 10 процентов национальной собственности. Подобным популизмом он прикрывает глобальное воровство его окружением остальных 90 процентов национального достояния. В конце концов, если президент знает сколько зарабатывает простой сумгаитский олигарх Заман Гаджиев, он не может не знать, кто из членов Семьи получает долю с Ф.Садыхова. Кому он отдает львиную долю доходов, настолько громадную, что не может себе позволить тратить на что бы то ни было?

То, что все, сказанное президентом, не что иное как популизм, доказывает и такой факт. Большая часть того, что сказал глава государства, – весьма серьезные обвинения. Он обвинил сумгаитских олигархов в серьезных преступлениях. К примеру, Ф.Садыхов практически обвинен в финансовых злоупотреблениях. Как по-другому можно понять президентскую фразу: «Ты делаешь, что хочешь, и тебя не трогают, не мешают».

Возникает вопрос – а кто и зачем должен трогать главу госконцерна? Если он действует в рамках закона, почему ему кто-то должен мешать? А если он нарушает закон, то почему компетентные органы до сих пор не возбудили против него уголовного дела? Могу поспорить, что ни одного уголовного дела по итогам президентских выступлений возбуждено не будет. И вообще, все эти заявления не будут иметь никаких формальных последствий. Потому что президентские заявления были нужны для решения совершенно иных задач.

Какие цели мог преследовать президент, я не знаю, но одно можно сказать с уверенностью. Сумгаитское шоу стало прекрасной иллюстрацией того, на каком низком, можно сказать примитивном, уровне осуществляется управление страной.

ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА?

Для большинства населения так и остался неясным вопрос – свидетелями чего стали мы все при содействии АзТВ? Что это было: мафиозная разборка, на которой публично уличали в финансовой неверности; пиар-кампания или нечто иное, имеющее под собой совершенно иную подоплеку.

Понятно, что официальная версия, гласящая, что сумгаитская поездка имела деловое и рядовое значение и была вызвана стремлением урегулировать возникший в городе конфликт, неправдоподобна. Хотя бы по той причине, что смещение и назначение главы третьего по величине города страны вряд ли требовало прямого вмешательства президента. На днях состоялось аналогичная операция в Гяндже, но почему-то прошла она совершенно рутинно. А тут такой резонанс! Все газеты страны всю текущую неделю только и делали, что комментировали происшедшее.

Существует несколько версий, объясняющих суть того, что произошло.

ВЕРСИЯ ПЕРВАЯ: ОЛИГАРХИЧЕСКАЯ

Согласно ей, все, что произошло в Сумгаите, – итог непрерывного процесса олигархизации. Железный закон олигархизации гласит, что любая система, построенная по олигархическому принципу, в своем развитии неизбежно должна поглощать новые сферы. Правящая элита неизбежно сокращается до размеров клана, клан – до размеров семьи. Только таким образом можно обеспечить стабильность в стране.

Рано или поздно у любого из олигархов могут появится свои интересы, которые не всегда отвечают интересам правящей семьи. В этом аспекте сумгаитский разбор можно рассматривать, как первую попытку ограничить Ф.Садыхова, влияние и амбиции которого в последнее время весьма возросли. Как показывает практика, время от времени Г.Алиев «срывает» созревших олигархов. Так было и с К.Гейдаровым, который дозрел, после чего был подвергнут обструкции. Видимо, пришла очередь Ф.Садыхова. Как показывает практика, чтобы сохранить пост, ему придется отдать 30-50 миллионов долларов.

Сумма не такая уж большая, если учесть, что в его руках концентрированы громадные мощности нефтехимического комплекса и что он является монопольным производителем товаров, имеющих хороший экспортный потенциал. Его семья фактически владеет половиной Сумгаита. Братья возглавляют сумгаитский филиал «BUS»-банка, а также владеют доходными сегментами в экономике города.

Экспроприация экспроприаторов затронет и другие городские группировки. В первую очередь, это «сумгаитский Корейко» Заман Гаджиев, которого великий комбинатор вычислил – его судьба предопределена.

Если эта версия верна, то в ближайшее время Г.Алиев начнет потихоньку зачищать страну от региональных олигархов. В центре они почти уничтожены, поэтому власть, стремясь завоевать новые жизненные пространства, тянет свои щупальца в регионы.

К тому же вполне вероятно, что Гейдар Алиев пытается во что бы то ни стало принудить олигархов к новым расходам. На самом совещании президент несколько раз повторил, что сумгаитские олигархи не тратят свои деньги на развитие города. Тут возникает резонный вопрос – а разве они должны?

Налицо явное стремление возложить на плечи местной элиты расходы на обустройство городов и поселков, хотя это – безусловно задача государства. Но, как говорит президент, бюджет – это его карман, а тратить деньги из своего кармана он явно не любит и потому делает все, чтобы за него это делали другие.

ВЕРСИЯ ВТОРАЯ: МАРШ МЛАДОЧУРОК

Согласно ей, сумгаитское шоу есть не что иное, как начало полномасштабного продвижения во власть ильхамовских кадров. Нынешний глава Сумгаита – человек команды Ильхама, в 1995 году он возглавлял предвыборный штаб ЙАПа, а после выборов был сослан в министерство молодежи и спорта. Многие думали, что это политическая ссылка, но, как оказалось, он просто был в резерве.

В подтверждение этой версии говорит и тот факт, что практически в то же время во втором по величине городе страны – Гяндже – к власти тоже пришел человек из команды ильхамовских младочурок – Эльдар Азизов. Поэтому весьма вероятно, что Сумгаит – это начало нового этапа в смене власти, в ходе которого в различных городах страны на смену нынешней политической элите постепенно приводятся лица, преданные уже не патриарху, а его сыну.

ВЕРСИЯ ТРЕТЬЯ: ПРЕДВЫБОРНОЕ ШОУ

Вполне вероятно, что стриптиз власти в Сумгаите есть начало пиар-кампании патриарха. Новая ситуация требует новых подходов. Он прекрасно знает, что большая часть населения недовольна положением дел в стране, и пытается переместить огонь критики с себя на своих олигархов.

Сегодня социальная ситуация в стране работает против власти. Экономика развалена, коррупция достигла размеров беспредела, качество жизни ухудшается день ото дня, а виноватых нет (в идиотизм самокритики патриарх впадать явно не намерен!). Пожиратель огня должен его пожирать, даже если для этого его будет необходимо разжечь. И если нет врагов, то их надо придумать.

Но в последнее время ситуация с врагами президента резко ухудшилась. Многие из его врагов сошли с горизонта, некоторых он посадил и… Врагов не осталось! Азербайджанская оппозиция в своем большинстве настолько бездарна, что даже не может взрастить полноценного злодея. А с неполноценными нормального спектакля не поставишь. Ну кто поверит, что они могут мешать созданию нормального государства?! Срочно нужен враг. Таким врагом может стать азербайджанское чиновничество.

Как ни парадоксально, но этот план настолько примитивен, что может и сработать. Население подсознательно ищет виновных, не желая признавать в качестве такового главу государства. Тем более, что в большинстве регионов власть ассоциируется не столько с президентом, сколько с местным руководством и олигархией. Если это так, то в ближайшее время страну ждет целая серия отставок местных глав исполнительной власти.

Выборы задают новый алгоритм поведения для власти, и Г.Алиев, видимо, придерживается мнения, что загнанных чиновников пристреливают. Вся вина за сложившуюся в стране кризисную ситуацию ляжет на местных олигархов. Именно они, погрязшие в коррупции и разврате, могут принять на себя весь удар предвыборных баталий. И на их фоне патриарх – весь в белом – в очередной раз взойдет на престол.

БАЗАРКОМ

Вполне вероятно, что верны все три версии, и власть, как всегда, пытается одним ударом убить нескольких зайцев. И так же вполне вероятно, что ей бы это и удалось, и тогда все, даже самые непримиримые из алиевских критиков, были бы вынуждены признать его грандиозный политический талант.

Это могло бы произойти, если бы не одно «но». Уровень исполнения плана был на самом низком уровне. Если у президента и был некий план, то он провалился. Популизм хорош только тогда, когда вызывает у электората совершенно осознанную и просчитанную реакцию. Какие чувства у населения должно было вызвать сумгаитское шоу – гнев на олигархов, веру в доброго президента?

Скорее всего, Г.Алиев рассчитывал вызвать у населения чувство веры в то, что во всем происходящем в стране нет его вины. Пользуясь откровенно популистскими методами, он попытался переубедить общественное мнение, обелить себя и свою семью, и при этом очернить своих подчиненных. По мнению президентских пиар-технологов, подобный трюк должен был возродить реноме президента и вызвать у населения уверенность в том, что президент ни в чем не виноват, а всех, кто грабит страну, ждет жестокая расплата в виде отлучения от пирога.

Но не вышло! Роль оказалась не по зубам главному актеру страны. Ему не удалось убедить нас в том, в чем он хотел нас убедить. Почему? По той простой причине, что смотря на эти кадры, я, как и большая часть населения страны, испытывали лишь одно чувство – стыд.

Стыдно, когда человек, олицетворяющий твою страну, разговаривает на уровне базарного торговца. Кстати, я вынужден принести извинение всем крестным отцам во всем мире. Только посмотрев сумгаитское шоу, я понял, как я ошибался! Гейдар Алиев – не крестный отец, увы… Хоть он и возглавляет азербайджанскую мафию, название которой «власть», но не обладает главными качествами, делающими заурядного уголовника вершителем человеческих судеб. Увы, Гейдар Алиев «не отвечает за свой «базар».

К любому мало-мальски известному крестному отцу можно отнести одно главное характеризующее качество: эти люди контролируют свои эмоции и не позволяют себе ни одного лишнего слова.

Сумгаитская зачистка мало походила на криминальную разборку, гораздо больше она напоминала сходку торговцев на базаре. Та же терминология, те же движущие мотивы, тот же базарный уровень разговоров, и обвинения на том же уровне.

Гейдар Алиев превратил всю страну в один большой базар. Он определяет правила торговли, и он контролирует ситуацию на нем. Он решает кому, где, как и чем торговать. Поэтому он устраивает базарные разборки, на которых подвергает своих подчиненных критике, беспрецедентной для главы государства по лексике и содержанию. А они вынуждены молчать, потому что в противном случае будут лишены возможности грабить потребителей.

Все процессы, идущие в стране, подчиняются двум главным базарным принципам: «деньги не пахнут» и «денег никогда не бывает достаточно». Но в таком случае Гейдар Алиев явно не крестный отец, а просто-напросто ГЛАВНЫЙ БАЗАРКОМ базара, построенного им вместо страны.

ЭЛЬМАР ГУСЕЙНОВ

«Монитоp», еженедельное аналитическое pевю, No 13, 3 aprel 2003 г.